Преданная (СИ)

– Но ты же… ты же здесь… Ты понимаешь, что станешь рабом? Что уже не сможешь выбирать, как жить и что делать?
– Как будто раньше мог, – фыркнул Лиан залихватски. – Здесь, может, даже попроще будет. Ты же теперь моя хозяйка? Никому меня не отдашь?
И тут я не выдержала: кинулась в его объятия и разревелась в голос. Меня прорвало: рыдала и рыдала, не зная от чего. А любовник только стоял и поглаживал по спине, не задавая вопросов. Конечно, я его никому не отдам! Никому не отдам этого сумасшедшего…
– А как же тот мир? – внезапно спросила я, когда поток слёз стих и сознание прояснилось. – Мы его бросили?
– Мы сделали всё, что могли, – спокойно пожал плечами визирь, теперь уже бывший. – Твой последний удар существенно подпортил планы Фирвину. А дальше, надеюсь, шахзаде, Нимфель и стража разберутся.
– Но они же не знают…
– Знают, – огорошил Лиан. – Перед разводом я рассказал всё Эри и Трие и попросил содействия. Думаю, они уже поделились с новыми мужьями, да и с отцом. Дальше их битва. Знаю, ты привыкла доводить дела до конца, но иногда достаточно просто довериться другим.
Я то ли вздохнула, то ли охнула. Интриган. Он куда раньше меня разгадал план Фирвина и предвидел мой уход. И с самого начала собирался пойти следом. Сумасшедший – другого слова и не подобрать.
– Давай к моим, что ли, – неуверенно пожала я плечами и, отстраняясь, утёрла лицо. – Я сейчас не знаю, как поступить – может, помогут. Раз ты со мной, это многое меняет. Будет трудно.
– Тебе было бы проще без меня?
– Нет, – ответила я без колебаний. – За тебя волнуюсь.
– Не переживай. Я сам знаю, чего хочу. И примерно догадываюсь, что выйдет.
– Тогда пойдём.
Взявшись за руки, мы неторопливо побрели к холмам, туда, где раскинулось хозяйство моего отца. Длинные подолы кафтанов волочились по высокой траве, мы выглядели непривычно для этого мира. Не стоило и удивляться, что заметили нас сразу, стоило нам выйти на возвышенность.
Кто-то из племянников тыкал в меня пальцем – я их, наверное, и не узнаю сейчас. Сёстры оторвались кто от стирки, кто от готовки – побросали все дела и с криками наперегонки бросились ко мне.
– Вира! Вира! Вира! – звенело со всех сторон.
Меня пытались обнять все, а иногда, казалось, не обнять, а задушить. Я смеялась и плакала от счастья. Пробовала ухватить всех разом и целовала каждого по очереди, радостная донельзя. За сёстрами почти тут же подскочили родители, уже отчаявшиеся меня вновь увидеть. Мы ревели и обнимались, и ревели, оставив расспросы, где я была, на потом.
– Ну, Вирка, ещё и демона себе нового привела, – первой заметила Лиана Ревекка и тут же потянула к нему руки.
– Не трогай – не товар, – отрезала я, вмиг напрягшись и выскальзывая из хватки родни.
– Что это тебе, жалко, что ли? – надулась сестра.
– Жалко, – подтвердила я и огорошила всех: – Это мой муж. Я же ваших не лапаю.
Тишина, наступившая после радостной встречи, казалась почти гробовой. Все замялись, не зная, что и говорить. Первым отошёл отец, внезапно спокойно воспринявший новость – наверное, по сравнению с моей смертью муж-демон выглядел безобидно.
– Пойдём-ка в дом, – предложил папа с тяжким вздохом. – Расскажешь хоть, что с тобой приключилось.
 26. Предание о заботе Ки 
Близких соседей у родителей не было, а дальние заезжали редко и всегда тратили на дорогу кучу времени. Гостей встречали хлебом-солью и всячески привечали, даже если они и раздражали. Поэтому, когда я увидела, как папа гоняется за давним своим знакомым с метлой, – очень удивилась!
– Так ведь я ж правду говорю! – пытался оправдаться сосед – щуплый мужичонка лет сорока. – С чертякой же твоя дочь! С бесом безродным без благословения божьего живёт и не по закону! Как же ж ты её так, не вразумил?
– А ну поди сюда, пень плешивый! Я тебе сейчас покажу, как зятя моего любимого обижать!
– Какой зять, кум? Полюбовник же беззаконный!
Отец его почти достал – ветками по спине «огладил». Ещё минутка и, уж не знаю какими силами, мой полный и совсем неспортивный папа догнал бы соседа, и тогда невежливому гостю мало бы не показалось, но Лиан спешно перескочил через невысокую ограду и за считанные секунды перехватил «страшное оружие».
 
– Варфоломей Гавриилович, вы зачем людей бьёте? – с усмешкой спросил Лиан.
Мы жили вместе уже год, но я никак не могла привыкнуть к его новому образу в этом мире. Великий визирь всегда двигался степенно, ограниченный длинными одеяниями – мой демон, в заправленных в высокие сапоги штанах и в просторной подпоясанной рубахе, мог позволить себе пробежаться, вспотеть от тяжёлой работы и, смеясь, завалиться на траву.
Он вообще здесь непривычно много смеялся и радовался жизни, хотя в него какие только оскорбления не летели. Я как-то спросила, как он терпит, всегда обижаясь за мужа. На что Лиан ответил, что в бытность визирем приходилось слышать и не такое, правда, в спину, а не в лицо. И за этим мог последовать неприятный удар. Здесь же слова – это просто слова, иногда, хоть и обидные, но совершенно беззлобные.
– Так он же ж… О тебе всякие пакости говорит! – возмущённо засопел в усы мой отец.
– И шут с ним! – миролюбиво решил Лиан. – Вы-то куда полезли? Никакого здоровья не хватит за всеми с метлой гоняться.
– Ох, прав, зятёк! Ох, прав! – согласился тесть, растирая больную поясницу. – Но этот… – кинул он злобный взгляд в сторону соседа и погрозил кулаком, – пусть лучше на глаза мне не показывается, пока чушь пороть не отучится. У самого зятья кривые да косые, так он чужих обижает!
Невольно я хихикнула. Конечно, в самом начале знакомства папа так бы за Лиана вступаться не стал. Да что говорить – он и сам был настроен скептично. От переезда в город отговаривал, боясь, что все заботы лягут на мои плечи, а так хоть семья поможет. Они и помогли – с покупкой земли, с материалами для дома. Пришлось, конечно, передарить родне других своих демонов, к которым они привыкли, но эта плата за всё показалась малой. К тому же мы просто не потянули бы лишние рты.
Отец всё переживал, как я там управлюсь, и постоянно ездил в гости, при любой возможности. И когда в очередной приезд не застал дома меня, успевшую перехватить небольшое судебное дело, но увидел плотничающего Лиана… Вот так «любовь» и началась. Мужья сестёр кто с землёй возился, кто с бумажками – специалисты, конечно, достойные, но ремесленничать из них не умел никто, даже забор умудряясь ставить криво. А папа всегда восхищался «рукастыми».
– И не подумаю даже! Совсем с ума посходили! – пожаловался сосед и уже не спеша вышел за околицу.
На меня посмотрел косо, но поздоровался, ничего не высказав лично.
Папа при встрече расцеловал меня в обе щеки, и повёл в дом. Мама с Томой и Фимой суетились у плиты, но, как услышали шаги, вместо добрых слов нас встретил грозовой рокот:
– Варик, мы только обед сготовили, а ты гостя выгнал! Совсем из ума выжил?
– А нечего наших поносить! – не менее воинственно отозвался папа.
– Ну, объяснил бы ему по-человечески, что он не прав! Зачем же в драку сразу? Куда я теперь лишнее дену? Собакам-то жалко! – посетовала  мама и тут вышла в сени, где мы переобувались. – Ой, дети приехали! – всплеснула она руками, сразу забыв обо всём.
Накрывали все вместе, попутно обмениваясь последними сплетнями. Отец хотел утащить Лиана, но Фима завела разговор о посуде и пришлось мужчинам остаться. Сначала она попросила сделать несколько тарелок для них, а потом выдала целый список адресов знакомых, куда стоило заскочить в гости – взять заказы. Подозреваю, не она, наша гончарная лавка имела бы куда меньшую популярность.
Когда мы только открылись, сделав торговый зал из первого, единственного достроенного этажа, переживали все. Я вообще боялась связываться с торговлей, но Лиан настоял – не хотел сидеть у меня на шее, когда мог зарабатывать.
Заглядывали к нам сначала с опаской. На демона, принимающего заказы, так и вовсе посматривали с подозрением. Потом ближайшие соседи привыкли, товар понравился. К нам стали ездить и издалека, но иной раз весьма специфичные визитёры. На удивление много заходило смешанных пар. В городе нашлось чуть меньше десятка – немыслимая цифра для меня. Мы общались, делились, перенимали опыт друг друга. Иногда заскакивали такие же как я – младшие дочери, влюблённые в демонов. Я смеялась, что скоро создадим общину.