Я – Ворона (СИ)

— Партию в вэйци, дочка? — предлагает батя.
К гадалке не ходи: хочет отвлечь.
— Хочу досмотреть, — мотаю головушкой.
И до завершения объявлений всех номинаций, где заявлены представители «дела», высиживаю на батиных коленях. Итог: Жуй ушел жевать… траву или еще что-то, дабы заесть горечь поражения. Его обошел актер, сыгравший Мао Цзэдуна. Такое крайне сложно обойти, сами понимаете.
Возможно, свою роль сыграло еще и то, что Жуй Синь прежде «не звездился», это Ян его продвинул на главную роль чуть ли не из команды каскадеров. Внезапно, как он (щегол наш) может. А актер-победитель — известен в Срединном государстве, обширную фильмографию и армию фанатов имеет. Опять же — роль Великого кормчего. К слову, драма «Лидер-основатель Мао Цзэдун» еще и за лучший сценарий премию получила.
Ян Хоу с недовольным видом загробастал еще одну статуэтку, вторую в этом году. Все победители произносят благодарственную речь. Говорят спасибо: судьям, фанатам, папе-маме, всем-всем-всем… Щегол на предложение ведущего «сказать пару слов» в сунутый под нос микрофон сообщил:
— Я — Ян Хоу. Всем хорошего вечера, — пожелал и был таков.
Очевидно, располагать к себе людей — это не про режиссера Яна.
Осталась самая важная и ценная номинация. Выдающаяся телевизионная драма. Вес этой премии перекрывает многие другие. Она как бы сочетает в себе работу всех, кто принимал участие в создании сериала.
Конечно, с учетом «крена» в бреющем полете местных фей в сторону патриотизма, я не особо надеялась на победу.
— На Двадцатой церемонии вручения премии… Летающие Апсары… Первую премию получает… Дело о фарфоровой кукле! — ведущая делает долгие паузы и большие глаза (в меру возможностей). — Поздравляем!
— Хотя бы тут отыгрались, — бухтит себе под нос все еще недовольная матушка. — Но все равно — несправедливо.
— Я довольна, — говорю совершенно искренне. — Судьи высоко оценили историю.
А история — это во многом сценарий. В котором остов… скелет, скажем так (это всё Шуфэн и уроки естествознания) — от Ма. Так и быть — мир его косточкам. Что до иных органов — это уже не только главного сценариста заслуга. Кровь по венам этого сценария запускали мы с мамой. Сценарист Бай Я.
Ничего, что о нашем участии знает узкий круг лиц. Самое важное, что показала мне эта премия: мои истории способны затронуть сердца людей. Независимо от локаций, в которых они обитают, и от разрезов глаз.
Дальше объявляют вторые и третьи премии, затем премии за короткометражные сериалы. Этим тяжко соревноваться с «полновесными» К-Драмами в одной категории. Оперные сериалы — есть тут и такие, а я и не знала — тоже по отдельным «статьям».
— А теперь настал черед объявить особую премию, — хитро щурится ведущий, как котяра, что тайком слопал всю хозяйскую сметану, и не огреб за это тапком. — Специальный приз жюри.
— Как вы знаете, дорогие зрители и гости премии Летящие Апсары, — дарит улыбки всем подряд ведущая. — Каждый член жюри может предложить одну кандидатуру. Это может быть как драма — любого формата, так и персона. Если вклад в развитие китайской драмы столь велик, что заслуживает, по мнению члена жюри, отдельного выделения.
— В прошлый и позапрошлый год специальный приз жюри не вручался, — дополняет ведущий. — Значит, сегодня нас ждет что-то особенное!
— Или кто-то особенный, — сжимает кулачки в (слегка) наигранном предвкушении ведущая. — Вручит эту награду наш особый гость. Выдающийся деятель кино и телевидения, легендарный Лянь Дэшэн!
Мама замирает с пультом в руках. Она-то уже собиралась выключать телевизор. Время позднее, всё важное объявили… А тут — мой киношный папка выходит, солидный такой.
Мы переглядываемся — поочередно — всей семьей. Одна мысль на троих: «Неужели Мэйли?»
— Я уже знаю, кто получит специальный приз жюри, — улыбается (после того, как стихают бурные аплодисменты зала) господин Лянь. — Но так сразу не скажу. Должна ведь быть драма!
  
Нам показывают реакцию зала: люди искренне смеются. Хотя они высидели уже полтора часа в своих креслах. Драма на награждении драм — это хорошая шутка. Уместная.
— Можете дать хотя бы подсказку? — строит уморительную рожицу ведущая (молодец, кстати, хорошо лицом отрабатывает). — Маленькую?
— Если я дам вам маленькую подсказку, — киношный папка хитро улыбается и замолкает на миг.
А у меня сердце уходит куда-то вниз. И бьется так громко, что часть реплики Лянь Дэшэна заглушается громкостью пульсации сердечной мышцы.
Знаменитый актер, которого позвали ради вручения одной-единственной награды. Который — совпадение? — сыграл мастера-кукольника и «моего» отца. Дает «маленькую» подсказку…
— Это не драма, — продолжает играть в кошки-мышки с впечатлительной ведущей признанный мастер. — Достаточно драматично?
— Даже я не нахожу себе места от волнения, — как нарочно тянет время ведущий. — Мастер Лянь, просим, скажите же нам.
«И я, и я», — запело мое внутреннее «я. — 'И я того же мнения. Касательно волнения».
— Хорошо, — Лянь Дэшэн преображается в серьезного и торжественного вещателя. — Сегодня специальный приз жюри получит человек, чьи навыки, возможно, не идеальны. Однако талант и харизма этого человека поистине выдающиеся. Я счастлив и горд, что мне позволено назвать это имя сегодня со сцены. Ли Мэйли!
Я тихонько сползаю с коленей бати. Он замер с раскрытым ртом и, по-моему, не дышал еще с: «Хорошо». Как и мама.
— Да-а-а-а-а-а! — взрывается тройным победным воплем наша маленькая квартирка. — Мэйли!
Ай, да «папка»! Чистая победа добра. Снова.
Уснуть мне этой ночью удается далеко не сразу. Эмоции слишком ярки. Будто сотни праздничных фонариков вспыхнули разом за моей спиной. Залили мерцающим светом путь передо мной.
А когда все же засыпаю, фонарики переносятся со мною в мир грез. Они украшают и освещают темную улицу. Я (слегка подросшая версия Мэйли) иду по ней, почему-то одетая в ципао — это такое традиционное китайское платье, из более «поздних». Не такое старинное, как ханьфу.
В руках у меня — золотая статуэтка. Она тоже источает свет. И я с улыбкой шагаю вперед, совершенно ничего не боясь.
Мироздание, это намек? Я на верном пути?
…На следующий день мамочка будет извиняться перед соседями за учиненный шум. В извинениях будет звучать больше гордости, чем сожаления, но никто не осудит. Это свои заслуги тут выпячивать не принято. Гордиться достижениями детей — это другое. Здесь это все понимают.
Еще — тоже на следующий день — в СМИ поднимется шум (но не слишком сильный) о распределении призов в награждении, прошедшем накануне. Скажут и про роль актрисы второго плана. Разные, скажем так, озвучат мнения. Специальный приз жюри сгладит накал страстей. Но ту Нин попрекнут слабой, посредственной (для обладательницы премии) игрой неоднократно.
Не знаю, есть ли связь с небольшим скандальчиком вокруг номинации 2000 года, но уже в следующем году список номинаций изменят. И актеров (актрис) второстепенных ролей из ряда номинаций просто-напросто вычеркнут. Зато добавят премию за детский короткометражный телесериал. Не совсем очевидно, с какой целью, ведь номинантов в данной категории не окажется. Позже эта номинация незаметно исчезнет.
А через пять лет премии Золотой Орел и Летящие Апсары вообще разнесут по разным годам. Распределят по четным и нечетным. И формат обозначения номинаций изменится с учетом тематики драм. Станет значительно логичнее.
Шумиха же уляжется быстрее, чем поднялась. Тут вообще быстренько утихают скандалы.
А среди моих детских игрушек появится симпатичная статуэточка. Ее привезет режиссер Ян. Еще он привезет красный конверт. От дяди. Мы так-то согласились на то, чтобы долю от прибыли (два процента, напомню) от выручки Вод Куньлунь нам вручили по итогам календарного года. Тем более, что сейчас всё пущено в оборот.