Тёмный ратник. Факультет. Том 6

Пока я поднимался из руин, на Ткача снова налетел Кезарий.
И тут я отчётливо понял одну штуку: а ведь по отдельности мы действительно были слабее противника, зато вместе, как два тёмных рыцаря, мы имели неплохие шансы. Та же история произошла с сёстрами Нобу на экзамене. По отдельности они не смогли бы покорить ядовитого питомца, а вот вместе – сработали даже лучше многих.
Я снова погрузился во тьму, но на этот раз бросился не к Ткачу, а к Кезарию.
Добравшись до него, я встал рядом и точь-в-точь повторил движение его дальнобойной атаки – это был Удар гнева. Ратник директора хлестанул кулаком по дорожке Квартала Веридий. Я сделал то же самое одновременно с ним.
Вот это вышел Удар гнева, мать его!
Такого я ещё не видел. Земля содрогнулась, в ближайших горах прогудело, по камням с хрустом понеслись огромные трещины, и… Ткача сбросило с ног!
Я вышел из погружения во тьму, чтобы показать Кезарию, в чём причина такого удара. Тот понял всё моментально. Мы переглянулись и снова ударили вместе, на этот раз Точечным вихрем. Синхронно вынули мечи, синхронно ими крутанули и синхронно пустили удар в противника.
Не успел он подняться от предыдущего удара, как его снова сбило с ног, и теперь уже сам Ткач в своём золотистом волчьем доспехе проломил стену дома.
Чтобы не дать ему опомниться и поменять тактику, мы использовали Теневые путы. Вытянули вперёд руки, сжали и разжали кулаки, выпустив сразу по пятёрке цепей с гарпунами. Прямо на лету цепи сплелись вместе и стали вдвое мощнее.
Я даже не думал, что такое возможно.
Кажется, Кезарий тоже о таком не подозревал. Мало того, даже сам Ткач подобного не ожидал. Его тело окутали цепи, громадные гарпуны намертво впились в его броню, ну а я и Кезарий бросились в ближний бой.
Мы атаковали врага сразу с двух сторон, рубанув по броне Ткача одновременно. Его крепкий доспех выдержал и это, но всё же загудел, получая сразу двойной урон.
Удары не прекращались, атака набирала силу и скорость.
Кезарий бил мастерски, выискивая слабые места в латах врага, а я усилил атаку ещё и параличом, после чего прошептал заклинание Моментальной заморозки и рубанул прямо по шее свободного ратника. Льдом успела обрасти часть его шлема, броня снова загудела, но лёд почти сразу взорвался осколками. Из Теневых пут Ткач тоже освободился быстро.
Понимая, что сейчас он выкрутится и всё-таки даст нам прикурить, я и Кезарий снова ударили вместе. Не сговариваясь и будто точно чувствуя, что именно будет делать другой.
Удар гнева.
Точечный вихрь.
Теневые путы.
Точечный вихрь.
Удар гнева.
Ткач отшатывался, падал, доламывал дома, таранил спиной поваленные деревья. И если уж для того, чтобы пробить его броню, мы не доросли, зато доросли, чтобы повалять ублюдка по камням.
Обычно скупой на эмоции Кезарий неожиданно вошёл во вкус.
Он выдал виртуозный Точечный вихрь, подкручивая свои мечи снизу вверх и подкидывая противника в воздух. Я повторил его движение, как тень – получился хитрый, мощный и короткий удар снизу, как апперкот невидимым гигантским кулаком.
Мы проделали такое ещё несколько раз.
Ткач подлетал, отшатывался, получал урон и уходил в беспросветную оборону, а мы оба надвигались на него, тесня к краю Квартала, к самому обрыву.
Он уходил.
Мы надвигались.
В этот момент краем глаза я заметил мерцание школьного портала. Ворота в нём распахнулись, над полем битвы прокатилось дружное ржанье сильфийских лошадей. По каменным дорожкам застучали копыта, и руины школы озарились градом мерцающих стрел. Новая атака обрушилась на остатки магов Ниманда.
Отряд Энио и Буфа пронёсся на лошадях, сметая врагов.
Неожиданно ко мне и Кезарию присоединился Альмагор Стронг. Он встал позади нас и принялся хлестать Ткача внеранговыми заклинаниями. Только они оказались куда мощнее моих – такими я даже не умел пользоваться.
Сначала Стронг выкрикнул короткую фразу на древнекронодском, и по воздуху тут же пронеслось гудение, звук будто стал осязаемым, сплёлся в единую ударную волну и отправился в Ткача. Ратник дёрнул головой.
 
На этом директор не остановился.
Он произнёс ещё одно внеранговое заклинание. Увидев, как оно работает, я захотел немедленно его выучить.
Прямо из воздуха, вертикально земле, образовался тончайший и почти невидимый диск с лезвием. Он завертелся и метнулся в противника, бесшумно резанув пространство и ударив его в шлем. Потом был ещё один режущий диск, и ещё один.
Да, броня у Ткача была крепкой.
Такую не пробьёшь – директор был прав.
Шлем Ткача остался цел, зато от ударов он опять отшатнулся и мотнул головой, будто потеряв ориентир. И тут к атакам Стронга присоединились мелкие атаки студентов. Они встали уже за спиной директора и пустили в Ткача всё, что могли – от ядовитых питомцев до потоков огня.
Ну а потом на врага пошёл Фонтей, раненый и всё ещё злой.
Он вооружился световым мечом и таким же щитом.
Увидев всё это, Ткач шагнул назад.
– Я не прощаюсь, – тихо сказал он.
Ратник вдруг убрал доспех и, откинувшись назад, упал в обрыв. Его тут же подхватила воронка золотистого песка, он будто в нём растворился. И только теперь, увидев его без брони, я точно вспомнил, откуда знаю этого человека… точнее, не человека, а только того, кто им притворялся.
Совсем недавно он смотрел на меня с портрета на стене бывшего дома Беллы Мориц. Это был её муж, Атрей Мориц. Широкоплечий и крупный блондин в позолоченных очках.
Сегодня очков на нём уже не было.
– Всем приготовиться! – выкрикнул Стронг. – Воздвигаем защитный барьер!
Он и Фонтей бросились в сторону обрыва, вскидывая руки и выкрикивая одинаковые заклинания. В воздухе забрезжила сиреневая дымка. Она становилась гуще, крепла, расплывалась и разрасталась вверх и в стороны.
На это я уже не стал смотреть. У меня были задачи поважнее.
Я быстро убрал доспех и обернулся, чтобы отыскать в толпе выживших студентов, преподавателей и сильф того, кто обещал найти Сьюн.
Учителя Сато.
Его я увидел позади всех. Он стоял один и хмуро смотрел на меня…
 
Книга 6. Эпизод 2.
 
Сквозь толпу я ринулся к учителю Сато.
От его хмурого взгляда во мне всё оборвалось, отчаяние обрушилось с новой силой.
– Нашли?! – выкрикнул я на бегу. – Вы нашли её?
Не дожидаясь меня, учитель развернулся и торопливым шагом посеменил в сторону Квартала Кэрулим. Из четырёх Кварталов уцелел он один, всего пара домов стояли в копоти от пожара.
– Учитель! – Я догнал старика. – Учитель, скажите, что вы нашли её!
Он остановился. Его посох с птичьей лапой на набалдашнике привычно ткнул меня в грудь.
– Ты должен быть стойким, ученик. Тяжёлые времена для всех нас, и мы не имеем права на отчаяние. Тебе придётся привыкать к тому, что твой ратник уже не будет таким сильным…
Я со злостью ухватил посох старика и выдернул из его руки.
– Так вы нашли её или нет?!
– Погоди. Это важно. – Старик с серьёзным видом полез в карман и вынул мешочек, как из-под табака, сунул в него пальцы и вытащил… леденец.
Сато отправил его себе в рот, раскусил и смачно захрустел.
Он жрал конфеты, мать его!
– Учитель… – Я скрипнул зубами.
А он снова сунул пальцы в мешочек.
– Тебе бы тоже не помешало. – Сато протянул мне второй леденец. – Это успокоительные конфеты от Бакчо Барбара. Очень хорошая штука, знаешь ли… мне помогают.
Я на конфету даже не посмотрел.
– Если вы не нашли её, так и скажите!
– Кто сказал, что не нашли? Нашли, – спокойно ответил он, выдёргивая у меня свой посох обратно и продолжая хрустеть леденцом. – А что, я разве не сказал?
Вот придушить бы его!
Если бы я не знал Сато, то подумал бы, что он надо мной издевается.
– Она без сознания, – добавил учитель. – И ранена. Я предполагаю, что Белая Сова покидала Каскады как раз в тот момент, когда они подверглись уничтожению. Из-за этого она материализовалась здесь уже без сознания и с ранением.