Тайны затерянных звезд. Том 3 (СИ)

Я даже могу продолжить логическую цепочку дальше и предположить, что это был план Мартинеса с самого начала. Он, ещё во время службы в Администрации, каким-то образом узнал про существование субмиссиона — возможно, от своей семьи, которые тоже сплошь были армейскими офицерами. Кто-то из его предков жил в то самое время, когда тайна газа подчинения выплыла наружу, и потом передал эту историю в следующее поколение. А оно — в следующее, то есть, непосредственно Мартинесу. А он уже воспринял её не как байку, а как руководство к действию, и, пока имел достаточно власти для всяких полулегальных и полностью нелегальных операций, узнал о местонахождении субмиссиона, а, возможно, даже изъял его оттуда и спрятал в каком-то личном тайнике. И не ради того, чтобы использовать его на своих солдатах, нет — это глупо, ведь оболваненный солдат — это, конечно, хороший солдат, но без способности критически мыслить и принимать решения, это очень быстро кончающийся солдат. А обучить нового на его место — это время. Экипировать его новой экипировкой взамен потерянной — это деньги. И самое главное — это вопросы от командования: «А почему у тебя солдаты мрут как мухи?»
Зато потом, уже на пенсии, субмиссион — это то, что нужно. Заманиваешь на планетоид тысячу-другую человек обещанием райской жизни, месяц травишь их субмиссионом — и получаешь всё тех же послушных болванчиков, которые готовы ловить любое твоё слово и заглядывать тебе в рот. Посылать их на штурмы больше задачи нет, поэтому и умирать они будут не быстро, но ощущение абсолютной власти — о, оно никуда не денется. Можно им упиваться хоть каждый день, отдавая первые пришедшие на ум указания и глядя, как люди их выполняют.
Да, это вполне в духе Мартинеса… Узнаю старого сукиного сына.
Только один момент мне остался непонятен. Он белым пятном маячил в стройной картине сложившегося паззла, как будто одного фрагмента не хватало. И его не просто не хватало в картинке — он вообще отсутствовал в принципе. Куда ни глянь, в какую сторону не подумай — ответа на вопрос не находилось и найтись даже в принципе не могло, потому что любой ответ моментально порушил бы стройную картину, как кусок паззла с нужным рисунком, но неподходящий по форме, да ещё и больше остальных в полтора раза.
И вопрос этот звучал так.
Если Девид Мартинес — бывший администрат, который нынче ушёл на пенсию и упивается теперь своей властью, используя для удовлетворения собственных амбиций давно запрещённое психотропное вещество…
То почему этим веществом его снабжает «Шестая луна», которые вроде как всей душой против Администрации и администратов, пусть даже бывших⁈
Что их связывает?
Или есть что-то, что мы упускаем из вида⁈
  
Глава 20
 
— Что-то не сходится, — произнёс я, и в наступившей тишине лазарета это прозвучало набатом. — Мы что-то упускаем. Мы точно что-то упускаем.
— Ты о чём? — капитан перевёл на меня удивлённый взгляд.
— Субмиссион, — я кивнул на пробирки. — Это же жуткое зелье, хуже любого оружия, даже биологического. Зачем «Шестая луна» передаёт его… тому, кто здесь всем заправляет. Какой им от этого толк?
— Может, тут заправляет тоже представитель «лунатиков»? — тут же выдала теорию Кори. — Хотя…
— Вот именно — «хотя»! — я кивнул. — Сложно представить, что организация, которая противостоит автократии Администрации, сама будет использовать методы насаждения этой самой автократии. Это же ломает все принципы, на которых вроде как стоит «Шестая луна».
— И тем не менее, нельзя сбрасывать со счётов эту версию, — возразил капитан. — Ведь про «луну» мы, по сути, ничего и не знаем. Кто разберёт, как на самом деле устроено их общество и какие цели на самом деле они преследуют. Возможно, использование субмиссиона здесь, на Проксоне, как-то оправдано… Ну, по их мнению, конечно. Не по-нашему.
— Тогда почему они пытались нас убить, когда мы увидели, что там внутри? — риторически спросил я, и обвёл экипаж взглядом. — Они же отсылали посылку контрабандой, то есть, заранее зная, что там что-то противозаконное. И в тот момент, когда мы увидели, что именно находится в коробке, для нас ничего не изменилось. Это по-прежнему оставалось что-то противозаконное для нас, да к тому же мы так и не поняли, что именно. «Шестой луне» просто нет никакого смысла пытаться спрятать концы в воду, потому что они и так в этой воде по самые уши.
  
— Тогда что, по-твоему, произошло? — капитан сложил руки на груди. — Или, вернее говоря, что, по-твоему, ты предотвратил? Это же из-за тебя вся эта история завертелась!
Капитан был прав. Нужно было объяснить команде свои действия.
— Я поговорил с одним из людей снаружи, — я мотнул головой, имея в виду пространство за стенами корабля. — И он назвал имя здешнего… Скажем так, «лидера». Я вспомнил, что уже слышал это имя. И это меня сильно насторожило. А потом, когда Пиявка рассказала про субмиссион, вся история сложилась как мозаика. Если говорить совсем вкратце, то здешний «лидер» это бывший генерал Администрации, который сейчас на пенсии. И вот она посылка… Теперь сложить два и два намного проще, не так ли?
— Генерал Администрации… Субмиссион… — пробормотал капитан, собирая мысли в кучу. — Я всё ещё не понимаю, что ты хочешь сказать. Как-то не складывается картинка.
— Я просто… — я пожал плечами, глядя в сторону. — Я просто подумал, что история о том, что «лунатики» передают какой-то груз для администрата, пусть даже и бывшего, звучит как-то странно. Как-никак, дружбы между ними не может быть даже в принципе. И единственный вариант, который мне пришёл в голову — что они передают что-то опасное для него, вроде бомбы. Но никакой взрывчатки или другого способа убить администрата или как-то ещё насолить ему сканеры не обнаружили. Возникает логическая неувязка — что же такое могли передать врагу Администрации администрату? И я решил выяснить, что же это за загадочная вещь такая…
— И вот мы выяснили… — задумчиво продолжил мою мысль капитан. — Но от этого не стало легче. Даже наоборот — появилось ещё больше вопросов.
— Именно так! — поддакнул я. — Теперь мы знаем, что в посылке действительно не было ничего такого, что соответствует характеристики «опасное», по крайней мере не напрямую. Но теперь остаётся вопрос — а зачем вообще «Шестая луна» передаёт администрату средство контроля населения? То есть, по сути — играет ему на руку?
— Может, там есть что-то ещё, кроме вещества? — снова выпалила Кори первую пришедшую в голове идею. — Например, скрытая бомба?
Вот всегда она так. Как ей что-то стукнет в башку, тут же срывается с тормозов и теряет способность критически мыслить, будто ей тоже задурили разум субмиссионом. Точно так же было и на «Навуходоносоре» и тот случай ничему её, очевидно, не научил.
С другой стороны, без этой своей перчинки Кори не была бы Кори.
— Хотя нет… — Кори сама себя поправила. — В таком случае сканер бы показал опасные вещества.
— Именно! — я указал на неё пальцем. — Я прогнал в голове уже все самые вероятные варианты, и единственным правдоподобным мне кажется только один.
— И какой же? — живо заинтересовалась Кори.
— Очень простой, — я указал на ящик с пробирками. — В этих пробирках вовсе не субмиссион.
— А что тогда?
— А это и есть наш главный вопрос. Мы точно знаем, что там нет ничего опасного, то есть, это не оружие и не попытка как-то устранить Мартинеса, потому что… Ну что он, совсем идиот что ли, чтобы открывать пробирки, в которых должен находиться газ подчинения и нюхать его собственным носом?
— Ладно, мы поняли, это не оружие для убийства, — перебил меня капитан. — А что тогда?
— А это нам и предстоит выяснить. И я знаю только одного человека в этом экипаже, кто сможет помочь в этом вопросе.
Пиявка к этому моменту уже отошла обратно к Магнусу, поскольку отведённые ею на работу повязки пять минут истекли. Она снова нагнулась над раненой ногой здоровяка, и делала с ней там что-то своё врачебное. Работа её явно настолько поглотила, что даже лицо её разгладилось и вернулось к нормальному виду, словно она уже и думать забыла о субмиссионе и о том, какое влияние его появление оказало на неё и её родичей.