Тайны затерянных звезд. Том 3 (СИ)

— И это было вовсе не разовое явление, — поддержал её Иван. — Это буквально стало бичом колонии, потому что с каждым днём люди становились всё злее и раздражённое, и постоянно срывали друг на друге свою злость. Начало доходить даже до драк… Но так как нас перед заброской сюда познакомили с историей предыдущих попыток реализации плана «Флора», мы знали всё, что происходило с ними. И заподозрили какое-то стороннее воздействие. Проверили всё, что только возможно проверить, включая организмы всех колонистов…
— И ничего не нашли, — кивнул я.
— Ничего, — Иван мотнул головой, тут же скривился и ухватился обеими руками за виски, будто боялся, что без этого голова развалится надвое. — Проклятье… Моя голова…
— Вот тогда мы вспомнили о кометиках, — продолжила за него Надежда, взяв мужа под руку. — Про существ, которые вроде бы как своим существованием и поведением доказывают существование неких ментально-телепатических способностей. Решили, что раз есть один вид таких зверей, то почему бы не быть ещё одному? И сразу же ещё один вопрос — если есть два вида зверей, способных к ментальным воздействиям, то, может быть, один из них сможет указать на другой?
— И вы запросили кометиков?
— Да, мы обратились к «Хабитат», — подтвердила Надежда. — Выложили им свои теории, и они согласились с нашими доводами и пообещали доставить кометиков на промежуточную станцию, откуда их должен был забрать наш аварийный корабль… Всё, разумеется, в тайне… Но мы их так и не дождались… Уж не знаю почему.
— Зато мы знаем, — вздохнул я, и кратко, насколько получилось, пересказал всю историю.
— Гриб-телепат… — всё так же прижимая пальцы к вискам, покачал головой Иван. — Даже представить такое сложно… Интересно, почему мы не почувствовали его воздействие сразу же, как только высадились?
— Возможно, потому что тогда воздействия и не было, — ответил Кайто раньше всех. — Судя по тому, что мы видели, гриб использует свои плодовые тела как… Не знаю, излучающие антенны? Наверное, да, потому что, когда мы их уничтожили, ментальное воздействие прилично потеряло в силе. А плодовые тела у грибов они же сезонные. Вы просто прилетели не в то время — буквально за месяц до того, как из земли должны были полезть фиолетовые грибы. И вам не повезло. По той же причине об этих грибах, возможно, вообще никто не знал, даже работники «Хабитат». Ведь для того, чтобы найти в земле тонкую нить грибницы, надо знать, где именно её искать. А даже если и найдёшь — надо как-то понять, что это грибница не простого гриба, а гриба-телепата!
— Зачем вообще грибу телепатические способности? — удивился Иван. — Чем больше мы узнаем о космосе, тем более чудесными становятся открытия…
— Это точно! — вздохнул я. — И не всегда эти чудеса хорошие.
— Ребят, я пойду, — быстро сказал Магнус, который всё это время нервно оглядывался на закрытый шлюз корабля. — Мне… Я пойду…
И, не дожидаясь ответа, он развернулся и зашагал к кораблю. А вернее — к своему кометику, которого заперли внутри, чтобы не показывать колонистам. Они, конечно, не то чтобы прямо в своём уме, но всё равно незачем им это знать. Во всяком случае, раньше времени.
Дверь лазарета за спинами Ивана и Надежда открылась снова, и из неё вышел подросток лет семнадцати, такой же бледный, как и они сами.
— Виктор! — Надежда тут же кинулась к нему, насколько позволяло её состояние, и обняла за плечи. — Как ты?
— Хреново, тётя Надя, — ответил подросток. — Но та женщина с красными глазами велела выметаться и не путаться под ногами. Сказала, что жить буду… А вы не видели мою маму случайно?
Я уже не стал уточнять, кто его мама. Судя по всему — одна из тех, кто лежит за лазаретом…
Сегодня многие узнают, что их жизнь неожиданно резко перевернулась с ног на голову. Сегодня многие будут пытаться понять, как жить дальше. Понять, стоит ли вообще дальше жить…
А «Хабитат» в своих отчётах напишет про всю эту ситуацию что-то безликое и неконкретное, вроде «Тестовая колония не оправдала возложенных на неё надежд».
  
— Мы отойдём… — подошла к нам Надежда. — Надо сообщить руководству корпорации о случившемся. Они сразу же пришлют сюда помощь.
Я посмотрел на капитана, передавая управление разговором ему.
— Да, давайте, — кивнул он. — Чем быстрее это произойдёт, тем лучше. Я пойду с вами на случай, если вдруг вам снова станет дурно.
И они ушли, забрав с собой Виктора, который пока что ничего не знал про свою мать.
— Что думаешь? — Кори вопросительно посмотрела на меня.
— А что тут думать? — я пожал плечами. — Думаю, что мы тут надолго. Мы же не можем бросить их в таком состоянии, да и заказ, считай, пока еще никому не сдали… Поэтому думаю, что было бы неплохо пробежаться по ближайшим домам и собрать пледов. И чаю заварить для тех, кто выходит из лазарета… Если Пиявка, конечно, разрешит им его пить.
  
Глава 14
 
Пить чай потерпевшим Пиявка разрешила. Поэтому мы с Кори быстро натащили из ближайших домов целую гору пледов и электрический чайник с чаем заодно. Протянули от корабля провод, и принялись встречать выходящих из лазарета людей чашкой горячего напитка и тёплым пледом. Для тех, у кого в организме прилично не хватало крови, это было отличным подспорьем, и люди с благодарностью утеплялись, даже не задавая вопросы, кто мы такие и почему это делаем. Им было достаточно самого факта.
Часа через три Пиявка закончила. Она сообщила об этом по комлинку совершенно обессиленным голосом, и даже отказалась выходить наружу. Так и сказала:
— Выносите меня.
И Магнус тут же отправился внутрь, чтобы отнести её на корабль.
Лишь одного человека не удалось спасти. Все остальные были живы, хотя двое до сих пор не пришли в себя и жизнь в них, по сути, поддерживали системы лазарета. Но, как сказала Пиявка, это не очень-то страшно — через время они должны будут прийти в себя тоже. Особенно если прибудет спасательная команда корпоратов с их профильными специалистами и тревожными чемоданчиками, укомплектованными по последнему слову медицинской техники и фармакологии.
И спасательная команда прибыла. Всего через каких-то шесть часов, которые пролетели незаметно для нас — нам было просто не до того, чтобы заморачиваться ещё и этим, хватало возни с выжившими.
Через шесть часов, после того как Иван и Надежда вместе с нашим капитаном вызвали помощь, недалеко от колонии приземлился остроносый атмосферный челнок. Небольшой, буквально на десять человек. И все десять были спасателями, о чём красноречиво свидетельствовал знак на их форме — синий крест, разломанный по диагонали пополам.
Хотя нет, не все. Десятым пассажиром челнока был человек в костюмчике, такого важного представительного вида, что сразу захотелось подписать первое, что он подсунет под нос. И я такой явно не один, потому что как-то иначе объяснить тот факт, что в тестовой колонии проекта, который уже восемь раз терпел крах, до сих пор каким-то образом оказываются семьи с детьми и престарелыми (ну ладно, «зрелыми», но это всё равно перебор) родственниками — просто невозможно. У любого здравомыслящего человека, услышавшего цифру девять в названии планеты, на которую ему предлагают заселиться, обязательно в голове появилась бы идея выяснить, а что произошло с предыдущими восьмью попытками… Но только не в том случае, когда эта самая голова забита красивыми речами важно выглядящего человека, от которого так и исходят волны доброжелательности и честности.
Может, он тоже того… Своего рода телепат?
— Здравствуйте-здравствуйте! — обрадовался костюм, едва только мы попали в его поле зрения. — А я боялся, что не успею, не застану вас, что вы уже улетите к моему прибытию!
— Куда мы улетим… — хмуро ответила ему Кори. — Груз-то всё ещё на корабле. Как-то времени, знаете, не было его сдать — все возились с вашими же колонистами.
Девушка явно себя чувствовала неуютно рядом с этим генератором дружелюбия, и неудивительно. Она-то привыкла к прямолинейным людям, которые слов на ветер не бросают, и говорят то, что думают, не беспокоясь о том, что о них после этого подумает собеседник. Сказал, что не верит тебе — значит, не верит. Сказал, что убьёт — значит, убьёт. Ну или по крайней мере попытается.