Выпускница Бартонского пансиона (СИ)

К нам подбежал Дэйс с застывшим лицом.
— Яна, прости, я и подумать не мог!
— Всё обошлось, — повторила я, только и думая, как бы сплюнуть скопившуюся во рту кровь.
— Ты забирай Ресса, а я Варьяну к лекарю отведу, — распорядился Ирхан.
Мои губы попытались улыбнуться ситуации — сразу видно командира.
В медпункте дежурил вахтенный, Ирхан отрядил его за лери Сальярой, а мне указал:
— Умыться можно там.
Я, благодарно кивнув, заторопилась к туалетной комнате.
Здесь было даже небольшое зеркало, и я смогла рассмотреть свои повреждения. Всё было очень неплохо, кроме глубокой ссадины на скуле. Чем это так? Я огорченно повертела головой, жаль, если останется шрам.
Мыльная вода стекала с рук чёрной, пришлось намыливаться три раза. Протёрла шею, осторожно, стараясь не задеть ссадину, промыла лицо и прополоскала рот, переставший кровоточить. Голова и одежда, конечно, выглядят ужасно, но сделать с ними сейчас ничего не удастся.
В приёмном кабинете Ирхан уже успел разлить по чашкам горячий чай, пахнущий травами.
— Пей, — коротко скомандовал он.
Я не стала протестовать. Маленькими глотками, чтобы не разбередить прикусы, выпила всю чашку.
— Спасибо. Вкусно.
— Не за что. Это хороший чай. Лери Сальяра всегда заваривает его своим пациентам. Остальным не достаётся, а я вот с тобой за компанию, — дружески улыбнулся парень.
— Кто это у нас сегодня вечерний страдалец? — с порога ехидно спросила лери Сальяра. — Ирхан, ты что ли? Опять запас чая вскрыл?
— Это мне нужна помощь, лери, — вступилась я, опасаясь, что Ирхану сейчас попадёт за свою заботу.
— Вижу, — махнула она рукой. — Что случилось?
— Мне бы ссадину обработать, упала неудачно.
С приходом магини в кабинете стало шумно и оживлённо. Усадив вернувшегося с ней вахтенного с Ирханом за чаёк, она вывела меня в другую комнату и указала на кушетку.
— Присаживайся. — Лери Сальяра открыла лекарский сундучок и достала флакончик. — Так мне и не удалось сегодня с тобой поговорить под взглядом малышки Элии. Что вы не поделили с этой занозой?
— Похоже, моего мужа, — ответила я, про себя удивляясь откровенности магини. Не каждый решится прямо обозначить своё отношение к дочери коменданта. Хотя лери Сальяре опасаться нечего, она лишь номинально зависит от руководства гарнизона.
— Вон оно что, кажется, я слышала кое-какие сплетни, — задумчиво протянула она, мягкими движениями втирая в мою ссадину масло на травах. — Скидывай-ка рубашку, кажется, ты собрала все синяки, что обычно выпадают на целый отряд.
— А разве по тому, как она бросилась к Хельригу на выезде, ничего не понятно? — с горечью спросила я, благодарная уже за то, что нашёлся человек, с которым можно поделиться.
— Это как раз ни о чём не говорит. Девушка привыкла к вседозволенности, обычно она находит другие дела, чтобы на сбор не выходить. Ладно, не об этом речь.
Намазанные травяным маслом ладони растирали мою спину, бока, плечи. Тело становилось лёгким, сильным.
— Первый раз меня маг лечит, — призналась я, вслушиваясь в свои ощущения, — это очень приятно.
— Об этом тоже хотела с тобой поговорить. Не одевайся пока, дай мази впитаться. А флакон возьми, на ночь ещё ноги намажешь. Ты ничего странного не чувствовала в эти дни?
Лери Сальяра присела рядом со мной, внимательно ожидая ответа. Я растерялась, мне-то многое произошедшее со мной в крепости казалось выходящим за рамки обычного. Но начать решила с самого непонятного.
— Сегодня Ресс, это ульс Хельрига, странно себя вёл. Мы играли, он схватил мою ногу и не отпускал, так и сидели, пока Дэйс не пришёл.
— Замечательно, — почему-то довольно сказала лери Сальяра и, видя, что я замялась, уточнила, — ничего не вспомнилось?
— А вы откуда знаете? — требовательно спросила я, во все глаза глядя на улыбающуюся магиню, она не торопилась отвечать, пришлось со вздохом сознаться. — Не могу сказать, что вспомнила, скорее, предчувствие воспоминаний.
— Уже хорошо, — лери Сальяра ласково похлопала по моей руке. — Значит, я права оказалась, предположив, что избавиться от амнезии ты сможешь при желании самостоятельно.
 
— Правда? Не может быть! — передо мной вихрем пронеслись события моей недолгой памяти, когда мне страшно не хватало воспоминаний. В первом классе со мной часами сидел пансионский лекарь, всё искал пути, чтобы память вернулась ко мне. Целый семестр мучений, пока он не отступился от задумки!
— Запросто, — опровергла лери Сальяра мои сомнения, — с тобой ведь не маг работал, я правильно поняла?
— Нет, к нам не приглашали магов, — покачала я головой.
Услуги магов-лекарей всегда были очень дороги из-за их малочисленности, и империя приберегала их для более серьёзных задач, чем оздоровление сирот. В медпункте пансиона можно было рассчитывать на травницу, костоправа и диагноста (он-то и пытался мне помочь), серьёзные случаи лечить не брались, просто переводили воспитанницу в другой интернат. Мне тоже грозило выдворение, но сначала ждали, что я сама вспомню, а потом класс стал слишком малочислен, чтобы запросто пожертвовать отличницей. Весомая причина для меня держать планку успеваемости высоко.
Лери Сальяра понимающе хмыкнула:
— Бюджетники, конечно. Тогда слушай. Условно выделяют четыре причины потери памяти. Первая — физиологическая: в детском возрасте, когда ещё не наработаны функции памяти, и в старости от деформирования цепочек причинно-следственных связей. Это понятно, да?
— Да, — я внимательно слушала.
Никто не говорил о моей амнезии так запросто, как будто она имеет очевидное решение. Обычно либо жалели (за что?), либо начинали сторониться (словно это заразно!). Третий вариант реакции окружающих, который мне больше импонировал, — о проблеме тут же забывали.
— Ещё причинами могут быть способы внешнего воздействия: удар головой либо сильное душевное потрясение. И, наконец, магическое происхождение амнезии. Твой случай, если тебе интересно.
— Мне интересно, — подтвердила я.
В голове роились предположения. Значит, я была знакома как минимум с одним магом! Но зачем забирать память у двенадцатилетнего ребёнка?
— Ждёшь, что я взмахну рукой и память к тебе вернётся? — лери Сальяра наклонила голову набок, как Ресс сегодня, и испытывающе смотрела на меня.
— Не верится, что так просто, — вздохнула я. — Если бы так, то зачем было спрашивать?
— Непросто. Даже гораздо сложнее, чем можно было ожидать. Потому что магом, который тебе устроил амнезию, стала ты сама. Сильная предрасположенность к магии жизни. Как ты знаешь, этому невозможно научить, с этим только родиться надо. Но, вот ведь загвоздка, распознаёт мага жизни такой же маг жизни, другие люди могут догадаться лишь по косвенным признакам. Можно всю жизнь не подозревать о том, что ты постоянно вкладываешься в окружающих, как правило, никто не связывает благоприятное стечение обстоятельств с наличием рядом непроявленного мага.
— Вот как, — задумчиво отозвалась я. Никакого потрясения я не испытала, скорее, удовольствие от того, что некоторые странности прояснились. — Значит, я и вы маги жизни? И что теперь?
— Прямо сейчас ты отправишься отдыхать. В помощницы мне тебя не отдали, так что будешь приходить после ужина, чтобы учиться. Тебе бы в академию, девочка, но теперь уж не попадёшь, — лери Сальяра прижала меня к себе и погладила по волосам.
Так неожиданно. Ворох предвоспоминаний шелохнулся в моей голове. Я замерла, пытаясь ухватить за хвост ускользающее ощущение.
— Вспоминается? — с любопытством спросила магиня.
— Нет, — накатило сожаление, — но если началось такое шевеление в памяти, то постепенно вспомнится?
— Будем надеяться, — тактично ответила лери.
В дверь деликатно стукнули. Голос Ирхана печально оповестил, что печенье внезапно закончилось, и поинтересовался, где находится НЗ.
Я ойкнула и спешно натянула рубашку.