Неспящая красавица

– Вот почему вы уточнили, первая ли это наша встреча, – протянул маг.
– Да, как вы понимаете, я уже имел честь быть знакомым с вашей семьей, Андрей Сергеевич, – посмеиваясь, заметил Адлерберг. – Вижу, Надя, по твоему лицу, что у тебя множество вопросов, но я нем как рыба! Нет-нет!
Надя недовольно насупилась. Теперь настала очередь Андрея краснеть. Он заставил себя вернуться обратно в кресло.
– Свет в окне второго этажа – тоже ваших рук дело?
– Должен же я был как-то позаботиться о том, чтобы вы не заплутали в лесу. – Владимир одобрительно улыбнулся в пушистые усы. – Как вы понимаете, столь сильная магия завязана на мне, и слушаться демоны могут лишь меня либо моего наследника. В ком достаточно похожей крови.
– Я думал, вы теперь бессмертны, – хмыкнул Андрей.
– Теперь да. – И граф подмигнул магу. У Андрея почему-то перехватило дыхание. Чутье подсказывало, что что-то здесь не так. В голове мелькнула догадка бредовая, но поэтому, скорее всего, верная. – Рано или поздно все равно мне придется все это передать.
– Маме? – высказала единственное логичное предположение Надя.
– Слава богу, нет. Твоей матушке я бы не доверил и оловянных солдатиков, уж прости, Наденька, но ты сама знаешь, какой она бывает, – Надя согласно кивнула, ничуть не обидевшись. – Да и к тому же я пытался. Но дом ее не принял. После маленькой капли ее крови с каминами начало твориться такое… – Владимир Александрович махнул рукой. – Вспомнить страшно. После этого мы крепко и поругались. Юлия полагала, что это я нарочно. Ах, если бы! Ведь и я сам подневолен, обязан слушать своих псов.
– Это из-за нее дом заснул? – ахнула Надя.
– И да и нет, – Адлерберг неопределенно качнул головой, уставился куда-то перед собой, вспоминая. – В последний ваш приезд мы разговаривали с Юлией о том, что наследницей дома станешь ты, Надя. И что вам чаще надо бывать у меня в гостях, чтобы вы с домом привыкали друг к другу. Видишь ли, милая племянница, уже тогда мы были уверены, что в тебе нет и капли магических способностей. Но вот досада, демоны не станут слушаться обычного человека… и того, кто не связан родством с Адлербергами. Я говорил Юлии о том, что мы можем попробовать вас с домом как бы познакомить. По капле крови, понемногу, они должны были привыкнуть к новой хозяйке. Юлия и слушать ничего не хотела, тогда я решил действовать самостоятельно. Мне было необходимо немного крови, чтобы подпитывать ею камины. Я как раз беседовал с тобой, – Адлерберг кивнул Наде, – когда влетела разъяренная сестрица, принялась кричать, что я сумасшедший, жадный скупердяй… Ну и так далее. Как-то так неловко вышло, что Юлия тянула тебя за руку, ты споткнулась о ковер да налетела губой на решетку камина. Кажется, даже зуб вылетел, – мужчина усмехнулся. – Зуб восстановили, а шрам, смотрю, так и остался.
– Почему же я ничего не помню?
– Думаю кузина затерла твои воспоминания. Это несложно, с ее-то уровнем.
– Так почему же дом заснул? – нетерпеливо заерзал в кресле Андрей.
– Видите ли, – Владимир Александрович вздохнул, возвел глаза куда-то к лепнине на потолке. – Из-за этой нелепой случайности с разбитой губой в камин попало слишком много крови. Они начали буквально сходить с ума. И в какой-то момент я понял, что еще немного, и они перестанут слушаться, а это значит – катастрофа неизбежна. Они могли разрушить дом, уничтожить всех, кто был здесь. Я не мог этого допустить. И мне пришлось…
Граф замолчал, грустно глядя в огонь.
– Что вам пришлось, дядя?
– Пожертвовать собой, – вместо Адлерберга ответил Андрей.
– Что?! Что за бред? – Надя уставилась на мага как на идиота.
Граф печально улыбнулся Андрею, перевел взгляд на племянницу.
– Увы, так и есть.
– Но вы же сейчас здесь! Разговариваете с нами! – Надя сжала пальцы на подлокотнике.
– Я приказал Юлии, чтобы она брала тебя и уезжала как можно быстрее. Ты должна была выжить любой ценой. А я предпринял отчаянную попытку сохранить дом и людей в нем. Не знал, получится ли, но, как видишь. Дом заснул, а ты выросла в красивую, сильную барышню. – Адлерберг печально улыбнулся. – Моя душа теперь тоже часть дома, так что я могу позволить себе небольшую вольность – говорить с вами. Сила «Феникса» помогает мне поддерживать некое подобие жизни, но только в стенах поместья.
 
Они немного помолчали, каждый по-своему осознавая услышанное. Граф так и глядел в огонь, удивительно умиротворенный. Первой заговорила Надя.
– И все же, раз я наследница, дом должен был признать во мне свою, – она покосилась на Андрея. – Нас. Я ведь правильно понимаю, что без мага я не смогла бы ничего зажечь? – Адлерберг кивнул. – Тогда почему дом нас мучил видениями?
– Испытывал, – развел руками мужчина. – Проверял, достойные ли вы наследники такого большого хозяйства. Ну, судя по всему, проверку вы прошли. Чему лично я искренне рад.
Рады ли этому Надя и Андрей, никто не уточнил.
– Дядя, могу я попросить?
– Все что угодно, дитя, – Владимир Александрович благодушно улыбнулся.
– Могли бы вы вернуть мне воспоминания того вечера? Когда я получила шрам. – Надя решительно взглянула на дядю.
– Хм. Я нет. Но мы можем попросить помощи у твоего друга, – Адлерберг лукаво улыбнулся Андрею: – Молодой человек, практиковали ли вы когда-нибудь открытую передачу воспоминаний через третье лицо?
– Нет. – Андрей помотал головой.
– Ну что ж, все бывает в первый раз, это не сложно. Вставайте позади Нади, вот так. Кладите ладони на ее затылок и открывайте свое сознание. Возможно, будет не очень приятно, увы…
В первые мгновения Наде показалось, что ничего не поменялось. Она все так же сидела в кресле, трещали за расписным экраном поленья, от камина шел ощутимый жар.
– …запомни, это очень важно, – мягко, но настойчиво говорил дядя, вкладывая в маленькую ладошку тяжелые часы. У каждого мага были такие, Наденька это хорошо знала. У мамы, да и у всех важных господ из сыскного. Каждый щеголял золотой или серебряной цепочкой и начищенной луковицей.
Надя сжала прохладный металл. Крышка открылась, демонстрируя циферблат: двадцать минут пятого. Скоро будут накрывать праздничный ужин.
– Владимир! – Дверь кабинета с грохотом распахнулась, на пороге стояла статная женщина. Голос матери отдавал сталью, как обычно, когда она была ею недовольна. Наденька вздрогнула, вскидывая голову. Юлия Федоровна стояла в дверях кабинета, сверкая глазами. Девочка сжалась, пытаясь казаться меньше, будто таким образом удастся избежать наказания.
– Добрый вечер, Юлия, – спокойно, как будто ничего не происходило, проговорил дядя.
Надя сжала часы в руке крепче и тут же почувствовала укол. Пискнула тихонько, глядя на то, как на указательном пальце набухает капелька крови и капает на часы. Металл немедленно потеплел.
Девочка вся сжалась от испуга, глядя то на мать, то на дядю. А вот взрослая Надя, глядя сквозь глаза маленькой себя, заметила, как сильно на самом деле постарела Юлия Федоровна. Несмотря на все целительские мази и заклинания, которые позволяли оставаться волшебнице вечно молодой, взгляд Юлии Федоровны двадцатилетней давности сильно разнился. Было в нем больше… силы. Глубины.
– Владимир! – Темный взгляд буквально впился в мужчину. – Что ты успел ей рассказать? – женщина перешла не неизвестный Наде язык. Точнее, он был неизвестен маленькой Наденьке, а вот капитан-дознаватель прекрасно узнала язык Цицерона.
– Все, – невозмутимо ответил хозяин дома, ничуть не смутившись грозного вида сестры, и тоже переходя на латынь. – Ты не оставила мне выбора.
– Выбора? Как ты смеешь говорить мне о выборе?! – Разъяренной валькирией женщина подлетела к дочери, дернула за руку, поднимая с кресла. Надя, не успевшая сообразить, чего от нее хотят, неловко выронила часы прямо на пол.
– Мама! Мне больно! – Девочка попыталась вырвать руку, но куда там. Хватка у будущей начальницы Магического сыскного управления была как у бульдога.
– Юлия, прекрати! – На этот раз за племянницу вступился дядя, снова переходя на русский. – Ты пугаешь ребенка.