Хроники разведки: Эпоха холодной войны. 1945-1991 годы
Ни Серов, ни Коротков, естественно, не могли и предвидеть, что сейчас они беседуют с будущим начальником внешней разведки, двумя будущими председателями КГБ СССР, а также с будущим Генеральным секретарем ЦК КПСС, Председателем Президиума Верховного Совета СССР и Председателем Совета обороны СССР…
Неоднократно группа Серова решала свои задачи непосредственно в районах боевых действий. Передвигаться по городу можно было только на бронетранспортёре. Однажды попали под сильный пулемётный обстрел. Штатный механик-водитель был тяжело ранен, тогда Серов самолично взялся за рычаги управления и вывел машину из-под огня. Вечером, раздеваясь, Коротков обнаружил, что его шинель в нескольких местах пробита пулями.
Важнейшие политические решения во время венгерских событий принимались Сусловым, Маленковым и Аристовым [45], военные – Жуковым и Коневым. Активно работала по своей линии группа Комитета государственной безопасности во главе с его председателем Серовым. Но и начальник внешней разведки, и советский посол в Венгрии не стояли в стороне ни от происходивших там событий, ни от принимавшихся решений.
Члены оперативной группы КГБ, состоявшей из сотрудников советской внешней разведки и контрразведки, были задействованы в проведении специальных мероприятий. Выполнение возложенных на них задач потребовало мужества и решительности. Им приходилось работать в условиях вооруженного сопротивления, иногда ночью, порой перемещаясь на танках и бронетранспортёрах. Группа осуществляла также разведывательное обеспечение действий советских воинских частей.
После повторного ввода советских войск в Будапешт и перехода реальной власти к Революционному правительству положение в городе и стране начало постепенно стабилизироваться. Но оставалась серьёзная проблема: бывший премьер-министр Имре Надь укрывался в посольстве Югославии. Пока он будет оставаться в его стенах и фактически находиться всё-таки в Венгрии, говорить о полной нормализации обстановки в стране не приходилось.
Начались долгие и интенсивные переговоры между руководителями СССР, Югославии, Венгрии и Румынии о судьбе смещённого премьера… Советские и венгерские руководители видели лишь один выход из ситуации: депортация Надя и его соратников в Румынию, на что было получено согласие правительства этой страны. Надь упорствовал. <…>
Серов конфиденциально сообщил своему заместителю по оперативной группе некоторые факты из биографии Надя, которые тогда ещё являлись тщательно оберегаемой государственной тайной. Оказывается, борец со сталинизмом Имре Надь ещё со времен Ягоды и Ежова был агентом НКВД под кличкой «Володя». По доносам старательного стукача в середине тридцатых годов в Москве были арестованы и репрессированы около двухсот коммунистов-коминтерновцев, в том числе много венгров…
22 ноября Имре Надь по достигнутой договорённости покинул посольство Югославии… Сделав несколько шагов, он вдруг передумал и попытался вернуться назад, но тут же был блокирован оперативной группой генерала Серова и усажен в автобус.
На следующий день, то есть 23 ноября 1956 года, Имре Надь и несколько его соратников были вывезены через границу в Румынию, о чём генерал Серов уведомил Первого секретаря ЦК КПСС Хрущёва.
Венгерские события ярко высветили влияние на них американских спецслужб и контрреволюционно настроенных эмигрантов, а также предательскую роль некоторых руководящих деятелей ВНР. Одновременно они наглядно продемонстрировали возможности советского руководства по ликвидации возникшего очага напряжённости в недавно созданном Варшавском договоре.
«Бен» решил, что ему необходимо начать какое-либо коммерческое дело, не прерывая учёбу в университете. Он справедливо полагал, что занятие бизнесом укрепит его положение в обществе и даст возможность после окончания учёбы в университете остаться в Англии.
Разведчик приобрёл в кредит десяток музыкальных автоматов и установил их в кафе и барах в нескольких районах города. Это стало удачным прикрытием для разведывательной деятельности и легализации средств, получаемых из Центра.
В дальнейшем его пригласили стать одним из директоров фирмы, которая занималась эксплуатацией более трёхсот автоматов по продаже жевательной резинки, чипсов, орешков и сигарет, расположенных по всему городу.
«Бен» оказался талантливым предпринимателем и уже через пару лет стал состоятельным человеком. В целом можно было считать, что новое прикрытие давало ему возможность успешно заниматься разведывательной деятельностью. В частности, он мог практически в любое время суток разъезжать по разным районам города и решать различные разведывательные задачи, не привлекая к себе внимания местных властей и окружения.
Одновременно положение «Бена» позволяло ему завязывать полезные знакомства. В то же время ему не надо было дожидаться денежных переводов из Центра. Зарабатываемых денег ему вполне хватало на то, чтобы обеспечивать своё безбедное существование и расходовать средства на оперативные нужды, в частности – на агентуру.
Генерал-майор Василий Алексеевич Дождалёв, куратор Конона Трофимовича Молодого, так нам когда-то о нём говорил:
«Молодый был “прикрыт” как бизнесмен, но не просто “легендирован” под бизнесмена – он жил этой жизнью. Создал фирму по эксплуатации игровых автоматов. Потом ещё одну: по производству каких-то хитрых замко́в. Этот его замо́к даже получил золотую медаль на Брюссельской выставке. Если в начале своей работы он был, так сказать, на содержании государства, то потом уже он себя сам обеспечивал полностью, стал надёжно зашифрован. Расчётный счёт в банке, всё можно проверить… “Бен” был изумителен тем, что, находясь на нелегальном положении, чувствовал себя как дома. Никаких сомнений – что это опасно, – не было. Но позже он мне говорил: “Знаешь, я всё-таки думал, что провал может быть. Теоретически. Эта мысль нужна была, чтобы всегда помнить, что я должен сделать в случае провала: А, Б, В… Чтобы мобилизованности своей не терял”. А я считал, что он об этом и не думает совершенно! <…>
Конон Трофимович умел располагать к себе людей, так что с агентами, которых он принял на связь, у него установились хорошие отношения. От них стало поступать больше интересной информации. Помнится, что для наших военных моряков огромный интерес представляли приборы обнаружения подводных лодок. Информация нелегальной резидентуры “Бена” ставила ВМФ Советского Союза в преимущественное положение по сравнению с британским флотом. Впоследствии о результатах его работы англичане отозвались так: “Сколько-нибудь важных секретов в британском Адмиралтействе не осталось”».
В 1956 году ЦК КПСС принял решение об увеличении кадрового состава отдела НТР (научно-техническая разведка. – А. Б.) в центральном аппарате внешней разведки и выделении дополнительного количества должностей прикрытия для сотрудников НТР в советских учреждениях за рубежом. Это позволило заметно активизировать деятельность линии НТР за границей и значительно расширить возможности получения научно-технической информации резидентурами.
Расширение возможностей НТР и повышение качества получаемой секретной технической информации потребовали от руководства главка ещё более активно заниматься вопросами дальнейшего развития научно-технической разведки. Сахаровский на регулярной основе встречался с руководством и сотрудниками отдела НТР по этим вопросам.