Стиратель границ. Том 1 (СИ)

Еды мало, кормить нечем, а вот за Нирудой, где людей почти никогда не было, и где прямо сейчас возводится новое селение — да, пожалуйста! Если не выживут, то причина смерти не голод.
Я отметил этот факт, не собираясь сразу же высказывать его Севолапу, предпочитая отыскать людей, вроде Вардо и его дочери, которые могли быть вхожи в сам Пакшен. Да и наверняка у меня есть еще люди непосредственно из самого города.
— Бавлер, если Анарей действительно тебе не подчиняется, это может стать проблемой для всех нас!
— Вероятно, — кивнул я, насколько мне позволяло мое положение на кровати. — Но именно по этой причине я и собираюсь отправиться туда, через Кралю, чтобы узнать — все ли там хорошо. Может, мне удастся его уговорить отступить. Или сделать что-то еще, чтобы устранить проблему, созданную этой вылазкой. Ведь три захваченных деревни…
— Уже пять, Бавлер.
— Тем более! — вскричал я. — Тем более! Завтра же… Нет, послезавтра выдвинусь.
Севолап снова притих. Теперь он смотрел на меня с нескрываемым подозрением:
— А ты сможешь?
— Еще как! А теперь, если ты не против, мне нужно все обдумать и передохнуть.
— Но я еще не закончил!
— Я закончил, — отрезал я и взглядом проводил Севолапа до двери.
Как только он ушел, я вернулся к размышлениям — начинался опасный путь, который мог привести меня к определенным проблемам. Ведь я не мог соврать себе, что капитан Анарей, который с особым рвением отправился за Кралю, чтобы потрепать войска Мордина и захватить часть его деревень, отдаст захваченное и вернется обратно в свой форт.
Он не согласится, потому что погибшие в его и так немногочисленном отряде едва ли останутся неоплаченными — в том плане, что их убили просто так, чтобы потом сдать захваченные земли обратно противнику. Да, скажи я такое Анарею, он меня точно повесит, а его людей не смутит, что я правитель и колдун.
Да и к чему мне это вообще? Я бы с удовольствием забрал себе эти земли, только вот охранять их некому. Да, сейчас там сидит Анарей, но если с севера начнет движение армия Пакшена, а с востока на них двинет Мордин, то сто с небольшим бойцов не смогут сдержать объединенные силы врага.
Амбициозно, интересно, но жертвовать людьми не хочется. Против сдачи земель и послушного исполнения приказов Севолапа говорило многое. Как на меня люди смотреть будут? Он высказал мне теорию, все планы, почему и как происходящее отразилось на Рассвете. Но кто сказал это людям и поверят ли они его словам, если это будут просто слова?
Я же буду выглядеть предателем интересов простых людей, если буду вступать в различные сговоры с людьми, которые не имеют влияния и значения среди простых… низших? А кто же этот такой? Если он был наемников и его произвели в помощники Миолина, тогда он должен быть верхним! Иначе бы он не был правой рукой.
Загадки уровней оставались прежними — мне даже стало казаться, что на них уже никто не обращает внимания, потому что здесь, среди людей, я не слышал ничего подобного. Это была какая-то древность, и относились к ней так, точно отдавали дань прошлому.
Жаль, что в большинстве своем уровни были как раз только у верхних, которые со мной и разговаривать не хотели. Еще бы им захотеть — какой-то выскочка правил селением, почти что городом, тогда как они… чем? Парой деревень?
— Бавлер, ты… тут? — дверь приоткрыл Мьелдон, который держал в руках толстую, но потрепанную книгу. — Что случилось?
— Еще одно покушение. Даже пошутить не получится — третьего я, вероятно, вообще не переживу, — я вздохнул. — Но его устроит разве что Севолап, который немного не то получил, чего ожидал.
— А у него есть какие-то ожидания? — Мьелдон вошел полностью, прикрыв за собой дверь.
— Звучит так, точно ты его знаешь.
— Знаю. В монастыре знают всех текущих правителей, а также их ближайшее окружение, — ответил Мьелдон. — А также ближайшую историю, которая у нас имеется до определенного момента — то есть, до крупного пожара, который унес часть современных летописей.
— Так, расскажи про Севолапа, — попросил я.
  
— Я тут книгу принес. Бестиарий, — Мьелдон показал на потрепанный томик. — Надо бы людей с ним ознакомить.
— В этом я участвовать не буду. Поэтому попрошу тебя разъяснить все людям. А мне нужно знать все про Севолапа.
— Наемником был, до того торговал, происходил из самой обычной семьи — верхних среди них не было раньше. Он — первый, насколько летописи показывают его родословную, — пустился в пространные объяснения Мьелдон. — Так что вроде бы ничего особенного в нем нет. Нормальный в целом, если так можно называть людей, у которых в руках есть хоть какая-то мало-мальски приличная власть.
— Его можно считать причастным к каким-нибудь переворотам? Особым событиям, вроде смерти Миолина? — спросил я.
— Ну, едва ли. Он не должен быть таким, — пожал плечами Мьелдон. — Если только что-то изменилось за последний год.
— Или полгода. Или еще меньше — как только оказалось, что здесь есть что-то выгодное. Рассвет, например.
— На что ты намекаешь, Бавлер? — монах подошел ближе. — Если твои новости такие же пугающие, как и то… как ты выглядишь…
— Я намекаю на то, что Севолап только что признался мне, что в Совете есть большой план по присоединению к Мордину.
— Вероятно, он имел в виду Мордин присоединится к Пакшену? — недоумевал Мьелдон. — Или к тебе попросту пришел не Севолап, а совершенно другой человек, который намерен тебя использовать.
— Нет, его узнал Конральд, а ты подтвердил, что Севолап был наемником, — прояснил я ситуацию. — Так что это точно он.
— Тогда могу я допустить, что в силу своего состояния ты понял его неправильно или что-то не услышал, а потом…
— Мьелдон, ты можешь не говорить о всяких там допущениях? Я все правильно понял, а Конральд просто попытался навалять своему бывшему напарнику. Кроме того, меня попытались отправить уговорить Анарея отступить!
— Анарея? Отступить? — ахнул Мьелдон. — Вообще-то у меня были другие просьбы от Пироканта к тебе.
— Я все понимаю, но не могли бы просьбы Пироканта подождать? — даже с какой — то злостью спросил я.
— Почему подождать? Бавлер, разве ты забыл, кому ты обязан всем этим? — мягко спросил меня Мьелдон. — Монастырь хочет мира, но для этого через восстановление нашего Ордена в Пакшене надо добиться объединения земель. К сожалению, в Мордине у нас нет такой возможности, нет шансов даже начать подобную деятельность. А потому, если Пакшен присоединят к Мордину, то и остатки ордена тоже канут в лету!
— Ты предлагаешь мне не помогать Севолапу, не отзывать Анарея и не делать ничего, что помешает одному маленькому отряду устраивать диверсии во вражеском тылу, который сейчас, по сути, может принадлежать Рассвету?
— Почему ты не хочешь сделать так, чтобы то, что захватил Анарей, тоже стало принадлежать Рассвету? — встревоженно спросил Мьелдон.
— Потому что Рассвету не хватит сил для защиты, не хватит ресурсов для защиты и не хватит времени для обустройства, — с жаром ответил я. — Ты, быть может, не видишь, что мы с трудом справляемся с теми людьми, которые только что прибыли сюда. Сейчас нужны недели для того, чтобы построить им дома, тогда как еды вновь мало — мы с Киротом посчитали, что люди у нас могут выживать на одном лишь сыре или молоке. Что мяса немного, а рыбные супы скоро доведут людей до тошноты!
Себе я мог признаться в том, что приукрасил ситуацию, но вот Мьелдон только посмотрел на меня, как на последнего паникера.
— Мне кажется, что сейчас тебе можно не беспокоиться о еде, — ответил мне монах. — Большинство людей, которые прибыли, привезли с собой достаточно припасов.
— Но сейчас осень, ничего не вырастет!
— Охотники могут обеспечивать до двух дней в неделю нормального питания всех жителей.
— Только охотники — Ахри в частности — ничего не принесли за последнюю неделю! — спорил я. — И чтобы узнать причину этого, мы хотели снарядить экспедицию на юг, чтобы пройти площадь в несколько квадратных километров и найти следы тех зверей, которые могли бы разогнать оленей и прочую живность. Сейчас нет ни кроликов, ни зайцев — а из них получались бы не просто отличные супы у Мати, но еще и варежки на предстоящую зиму!