Прорыв (СИ)

— Массированная ракетная атака! Перегрузка нашей ПВО и вот финал! — Нахмурившись, лаконично сообщил военный уже предполагая, на кого сейчас обрушится гнев хозяина Белого дома.
— Я вижу, что не одиночная атака, — наливаясь кровью на повышенных тонах начал распаляться президент. — Я хочу знать подробности! Как они смогли? Где была наша разведка? Почему мы проспали подготовку к такой масштабной операции?
— Разведка действительно крупно обосралась! — Не без удовольствия сообщил генерал, получив возможность свалить часть вины на другое ведомство. — Что касается остального, то, вынужден признать, венеды смогли нас здорово обвести вокруг пальца. Это всё, однозначно, их делишки! Сами арабы, на такое просто не способны.
Мы пока, сами не понимаем, как они смогли столь скрытно развернуть такое количество ракетных установок. Единственно, большая их часть была представлена достаточно примитивными установками для запуска неуправляемых ракетоснарядов. Такие, правда гораздо примитивнее и слабее, применяют палестинцы в войне с Израилем. Что действительно удивляет, так это высокая точность прицеливания для столь примитивных изделий и дальность.
Наша ПВО, просто захлебнулась от количества летящих ракет. Под конец, работали только по самым крупным, приоритетным целям. Ещё, удалось перенаправить часть истребителей на перехват особенно крупных объектов и это, нам стоило тоже нескольких самолётов, два из которых, оказались сбиты нашими же ракетами.
В общем рое выпущенных по нам НУРов, иракцы смогли запрятать несколько десятков венедских «Голованов». В том числе с ЭМИ боеголовками которые серьёзно повредили электронику наших центров связи и ПВО нарушив управление. А под конец, когда уже было почти нечем отвечать, прилетели Скады, каких то новых модификаций, среди которых, были с разделяющимися боеголовками и кассетными частями. Именно они, наделали основные разрушения на тыловых базах. И ещё — МиГи! Как утверждают очевидцы, пока ещё мы изучаем обломки, это были беспилотные варианты старых истребителей. Полностью роботизированные комплексы, вооружённые так же, как обычные самолёты. До трёх десятков. Половину удалось сбить на подлёте, но и долетевших, хватило что бы устроить хаос!
Президент мрачно выслушал доклад, посопел и уточнил.
— Как они смогли долететь? Откуда вообще они у них взялись? Мы же абсолютно господствовали в небе!
— Нам было известно о закупке и модернизации в интересах Ирака венедами старых советских истребителей. По данным разведки, они предполагали устроить на них камикадзе налёт на нашу морскую группировку. Мы готовились именно к этому. Были даже известны места базирования этих истребителей. Их прикрывала Иранская ПВО, закрывшая небо южного Ирака. Базы этих самолётов были поражены первой же волной томагавков. Но, как видно, они их успели перепрятать.
— А что персы? — Оживился президент. — Не пытались их сбивать?
— Пытались и даже сбивали! Но мы выпустили их с запасом.
Президент удивлённо уставился на генерала.
— А по самолётам, они тоже стреляли?
— Нет, по самолётам нет. Но мы, на первых порах и не заходили в опасное пространство, контролируемое их ПВО. Ну и предупредили их, что в случае атаки наших самолётов, они станут следующей мишенью.
Президент облегчённо выдохнул сквозь сжатые зубы. Получить войну ещё и с Персами, ему, да и никому рядом, совсем не улыбалось. В отличии от Ирака, модернизацией иранской армии, венеды занимались всерьёз и это, не была бы такая лёгкая прогулка, как ожидалась в Ираке. Хотя, как оказалось и Ирак смог преподнести им немало сюрпризов.
— Что по потерям?
— Ещё подсчитываются. — Вздохнул генерал. — Предварительно, около тысячи погибших. Ещё вдвое больше — раненых. Госпитали переполнены, на атакованных объектах ещё продолжается тушение пожаров и разбор завалов. Генерал Фрэнкс ранен. К счастью, не тяжело. Но в штабе, есть погибшие.
— По технике?
— Пятьдесят пять самолетов потеряно безвозвратно. Тридцать шесть, нуждаются в ремонте. Две трети в серьёзном. Шестьдесят два вертолёта, полтора десятка могут быть восстановлены. Потеряно сто пятнадцать танков. Предварительно, два — три десятка, можно восстановить. Потеряно полторы сотни лёгкой бронетехники, больше трёх сотен грузовиков, в основном, топливозаправщики. Уничтожено до половины запасов ГСМ на базах хранения в Кувейте. Чуть больше четверти боеприпасов и прочей амуниции. Пять больших транспортных самолёта потеряно безвозвратно.
 
Президент потрясённо уставился на генерала.
— И это всё за один налёт?
— Он был беспрецедентно массированным! Мы ни разу с таким не сталкивались и даже не ожидали подобного от иракцев! Есть уверенность, они всё вложили в этот удар и больше не смогут его повторить. Во всяком случае, венеды уже не смогут так просто протаскивать к ним оружие. А без внешней подпитки, они долго не протянут. Даже с венедскими советниками!
— А Вы, генерал, думаете воевать долго? — Вступил в разговор один из советников президента присутствовавший на разборе ночного боя.
— Нет, концепция войны остаётся прежней. — Спокойно ответил генерал. — Наши потери, если брать совокупно, в пределах пяти процентов. В основном, меньше. В людях, в пределах одного процента, если считать с ранеными. Войска ещё продолжают прибывать. Не вижу никаких препятствий что бы пойти и раздавить Ирак, как это задумывалось изначально! Чем быстрее мы начнём, тем раньше закончим и не дадим возможности противнику залечить нанесённые раны и пополнить арсеналы.
— Кстати, а какие потери у иракцев?
— 90% определённых заранее целей ракетного удара успешно поражено. — Начал генерал, но был тут же перебит.
— Так же успешно, как злополучные МиГи?
Генерал нахмурился.
— Доразведка мест ночных ударов в данный момент только производится. Ждём уточняющих данных. К сожалению, штабная работа на месте, в Кувейте, ещё только восстанавливается. Уточнённые данные будут через несколько часов. Но наиболее близкие к границе точки расположения вражеских ракетных установок, были своевременно засечены и накрыты нашей артиллерией и авиацией. Абсолютное большинство, если точнее. Они почти все, оказались в пределах тридцати, сорока километров от границы. Некоторые ещё ближе. Примерно половина пусков, производилась из городской застройки ближайших населённых пунктов, что затруднило их своевременное обнаружение и уничтожение. В любом случае, повторить такое, они больше не смогут!
Президент задумчиво побарабанил по столу пальцами.
— Как будут точные данные по всем озвученным вопросам, сразу мне на стол. Операцию, продолжаем. После произошедшего, мы уже не имеем права отвернуть. Народ не поймёт! Эту пощёчину, мы должны смыть кровью. Кровью иракцев! И ещё, Гарри, -обратился президент к советнику, — надо подумать, как мы можем наказать Венедию! Им должно быть больно!
* * *
Готовя встречный удар, который нанесли в первый же день новой войны иракские войска, мы конечно же не рассчитывали, что это резко отрезвит противника и заставит отказаться от продолжения войны. Но, очень рассчитывали на его эффективность и международный резонанс. Гегемон получил очень болезненный и обидный щелчок по носу и был в ярости.
А мы ещё постарались раздуть это событие до вселенского масштаба, красочно и со смаком подать его мировой общественности жадно прильнувшей к экранам телевизоров и мониторам компьютеров. Произошедший погром, в коалиционных войсках, было невозможно скрыть, как бы американцы с британцами ни старались. Флёр непобедимой армии у Америки значительно поблек.
А вот ракетно-бомбовые удары коалиции по иракским городам, вызвавшие большие разрушения и жертвы среди мирного населения, вызвали солидарное возмущение общественности. Эту картинку, наши корреспонденты, смогли подать так же талантливо, как разрушения в стане западных войск. А уж многочисленные снимки обломков сбитых самолётов и вертолётов, заполнили все газетные развороты. Посыл газетных изданий был прост — Америка начала мстить, отыгрываясь за обидное поражение на мирных жителях!