Разлом миров. Санкт-Петербург (СИ)

- Я… Я не понимаю…
Совсем ребенок… Он же ребенок…
Он вновь махнул рукой, отпрыгнул от существа в сторону с такой легкостью, словно ничего не весил. Подлетел к машине и…
Схватил Васю. 
Я пискнуть не успела, как он отбросил ее в сторону болота. Дочка даже не могла кричать, лишь хватала ртом воздух и грохнулась в воду.
В этот момент машину отбросило в сторону. Длинные острые лапы богомола схватили автомобиль за крышу и откинули его дальше по дороге.
Тварей оказалось несколько. Более того они отличались по половым признакам.
И если женская особь лежала поверженная и истекала кровью, все еще сохраняя двигательные рефлексы в конечностях, то мужская…
Судя по взгляду ребенка и его трясущимся рукам, с этим он так легко не справится.
Это существо больше раза в два, за спиной дрожали тонкие лепестки крыльев с яркими прожилками. На кончиках изогнутых длинных рук – когти и, как у истинного богомола, острый крюк-шип с ядом на конце.
Мальчик пошатнулся, упал на одно колено, вновь прислонив ладонь к груди, где висел амулет – ему было больно дышать, он с трудом держал равновесие.
Чудовище, что снесло машину, запрокинуло назад голову и так же, как и женская особь, стало меняться.
Ребенок пятился назад, я рванула к дочери, совершив ошибку.
Нельзя. Никогда нельзя поворачиваться к хищнику спиной и тем более бежать.
Это сигнал к атаке, начало охоты и жажда крови в одном флаконе.
От удара спасла собственная неуклюжесть: нога зацепилась за корягу, я пролетела вперед, разодрав до крови колени и ладони. В этот же миг над головой пронеслась длинная изогнутая лапа с острым когтем.
Крылья богомола трепетали, они создавали сильные потоки воздуха, разносили в стороны пыль под ногами и листья. Я видела, как существо сменило цель и, заметив мою дочь, рвануло к ней. Оно изогнулось прямо в полете, но далеко улететь не успело.
Рванув с места, видя ужас на лице дочери, а так же рваную рану на ее плече, я сама не поняла, как оказалась сверху на чудовище. Тонкие крылья хоть и не прогнулись подо мной, но летать эта тварь уже не могла. Богомол упал мордой в грязь, пролетел вперед, хлестнул конечностью, но мигом взвыл, раскрыв зловонную, полную острых зубов пасть: незнакомый мальчик полоснул ребром ладони будто лезвием, отсекая твари лапу. Глаза ребенка в этот момент были переполнены чернотой, в лицо брызнула темная, вязкая кровь и кожа под ней пошла пузырями. Мальчик зарычал, молниеносно извернулся прямо в воздухе и ударил с разворота босой ногой в сустав конечности. Тварь вновь взвыла, затем потеряла крыло, а потом уже голову.
Существо стихло, его тело трясло, темная кровь впитывалась в сухую землю, текла по склону прямо к болоту и смешивалась с водой.
Вася выла. Она смогла сделать глубокий вдох и только после этого подала голос, указывая нам за спину.
То, что я сказала после – не перевести даже на матерный язык.
Еще одна пара.
- Вася… Тебе нужно уплыть… Это болотистое озеро, оно глубокое, но ты умеешь плавать. Там выход на тропу, а после начнется дорога. Там ферма с коровами… ты же помнишь, мы там были…
- Мамочка…
- Вася, ты должна бежать… прямо сейчас. Ты маленькая, они тебя не увидят. Ты должна…
Дочка не могла. Она боялась так же сильно, как и я, и не могла двигаться. Я видела ее трясущиеся ноги, бледную кожу и кровь на руках. Видела, как эти твари спокойно перешагнули брошенное уже мертвыми существами тело неизвестного человека, оттолкнулись от земли, с невероятной скоростью сменили форму и рванули к дочери, поняв, что она самое слабое звено.
Я видела, как тварь расправила крылья, как изогнула шею, повернув голову чуть ли не на 360 градусов, а затем остановилась буквально в сантиметре от меня.
Непонимание на лице врага… Осознание боли…
Мальчик сражался рядом с дорогой и был на последнем издыхании, а вот та тварь, что бросилась на нас…
Он замер за ее спиной – мужчина, что лежал брошенный на дороге. Он проткнул тварь насквозь, вспоров грудную клетку в области сердца. Его ладонь торчала из груди, по длинным пальцам стекала ядовитая кровь, оставляя следы раздражения и волдыри.
 
И это был не человек.
Эльф… 
Взрослый, сильный мужчина с острыми ушами повторил те же движения, что и ребенок, но промахнулся. Мужская особь увернулась, хоть и поранила крыло – одно распороло острым суком молодой березы. И никакая дыра в груди его не смущала.
- Эмой… - прохрипел мужчина и махнул рукой в сторону.
Я рванула к Васе, мгновенно вытащила ее из воды, обхватила руками и не знала, куда бежать и что делать.
Мальчик уничтожил женскую особь, но потерял сознание – он пошатнулся несколько раз, замер на месте, уставился на остроухого огромными, полными ужаса глазами и не выдержал.
Взрослый же мужчина сражался с тварью до последней капли крови. Он рвал на части крылья, сам получил много ран, не всегда успевал уходить от ударов и падал на землю, начиная задыхаться. Как и ребенок, он терял сознание, держался из последних сил, но не выдержал, припав на одно колено.
Тварь замахнулась последней лапой, готовая снести эльфу голову, но я успела метнуть нож.
Сама не поняла, как попала с первого раза прямо в голову, но попала…
До эльфа богомол не добрался…
- М… Ма… Мамочка…
Васю трясло, ее рука была порвана, я же выла, не в силах понять, что делать. Меня колотило от ужаса, эмоции сбивали, вид битвы пугал до состояния паники и сумасшествия. Я пыталась дышать ровно, но ничего не получалось.
Когда же я получила от Васи пощечину, мир вновь заиграл своими красками, и я увидела, из-за чего ТАК кричит Вася, хотя все твари повержены.
Эльф… Эльф подполз к нам почти вплотную. Я видела его яркие, наполненные синевой глаза, острые клыки… Совсем не эльфийские… Видела белые, словно снег волосы, и тонкие, когтистые руки…
Нет… Это не эльф… А что, если он тоже… Тоже враг?
Сил сопротивляться не осталось, я видела, как он тянул свою руку к моему лбу, как морщился, не в силах разглядеть нас из-за заливающей глаза крови. Ощутила ледяное прикосновение и…
Тепло. 
Тепло сильной волной разлилось по всему телу. Оно проникало в каждую клеточку, успокаивало мысли, создавало чувство завершения, когда понимаешь, что бой окончен и больше на нас никто не нападет. Я видела, как раны на теле начинали затягиваться, как разорванное плечо Василисы приходило в норму, как сплетались ткани между собой, как…
Как падал без сознания тот, кто нас спас.
И наступила тишина. Звенящая, пугающая всем своим естеством.
***
- Так, а теперь объясни мне, ради всего святого, - Оксана не выдержала первая. Встав со стула, она начала ходить из стороны в сторону, наблюдая за тем, как я пытаюсь подключить к ноуту данные с видеорегистратора. На мое счастье он не помер, хоть и сильно пострадал. И что самое главное – на момент трагедии он все записывал. По крайней мере то, что с нами происходило до того, как вторая тварь отшвырнула машину в сторону. – Если вас с Васей крутануло в машине, затем тебе подушка безопасности нос сломала, потом ты говоришь, что падала и что-то хрустнуло… Потом то, что вы сражались… Почему ты все еще жива? Цела? И дышишь ровно? Где твои раны? Я видела разодранную одежду у тебя в ванной – это то, что осталось от твоего платья?
- Он вылечил... - Я указала на эльфа. – Мне кажется, я себе сломала не только нос, просто не чувствовала из-за страха и не осознавала до конца, что с телом. Боль появилась вместе с осознанием реальности происходящего: постепенно просыпалась, проникала в голову… Я видела его глаза в тот момент – в них словно весь мир соткан…
- В смысле? – Маша невольно поперхнулась, уставившись на меня.
- Они насыщенного голубого цвета, возможно даже ближе к синему и… этот блеск… Будто искры… Знаете, иногда в книгах описываю магов, чьи глаза наполняются силой и в радужке возникают своего рода магические символы – вот в тот раз было нечто похожее. Он еле стоял на ногах, почти потерял сознание. Я видела, с каким усилием он вызвал в своей ладони тот свет…