Говорящие часы. Честная игра. Бей ниже пояса, бей наповал

Песня кончилась, и снова лишь жидкие аплодисменты. Посчитав, видимо, что их недостаточно, чтобы одарить публику третьей песней, Донна ушла со сцены.
— Самое время для знакомств, — напомнил Джонни.
— Прямо сейчас?
Он кивнул. Воон соскользнула со стула и пошла напрямик через танцевальную сцену. Джонни отметил, что она была почти с него ростом. Он ринулся за ней. Они миновали оба пианино и попали за кулисы.
Воон постучала в одну из ближайших дверей:
— Дорогая, это я, Воон…
— Какая Воон? — прозвучал голос Донны Двайер.
— Воон ван дер Хайде, милая. Хочу познакомить тебя с моим другом.
— Иди прочь, — отозвалась Донна Двайер.
Прекрасное личико Воон ван дер Хайде стало хмурым.
— Наверно, нельзя строго судить ее после того, что произошло. Может, в следующий раз?
Джонни отрицательно покачал головой.
— Встретимся у бара, — сказал он и, отворив дверь, решительно зашел в гримерную Донны Двайер.
— Слушай, ты, тощая… — начала певица, услышав звук закрывшейся двери, но, обернувшись, оторопела: — А вы кто?
— Я был другом Вилли Воллера…
Донна Двайер схватила стоявшую на столике бутылочку с недопитыми сливками и со всего размаху запустила ее в Джонни. Если бы тот вовремя не увернулся, снаряд угодил бы ему прямо в голову.
— У Вилли не было друзей! — закричала Донна Двайер. — Никто из его знакомых ни разу не протянул ему руку помощи при жизни. А теперь, когда он умер…
Она пнула ногой свой стул с такой силой, что он перевернулся, и двинулась на Джонни.
— Я был рядом с ним, когда его убили, — быстро проговорил тот.
Певица размахнулась и наотмашь ударила Джонни по лицу. Удар оказался сильным: Джонни почувствовал боль. Девушка приготовилась к следующему удару, но Джонни удалось ухватить ее за руку. Спустя мгновение он поймал и вторую ее руку. Казалось, он держит в руках рассерженную дикую кошку. Она ударила ногой ему в голень, и он отпустил ее, пятясь назад.
— Спокойнее, Донна, — крикнул Джонни, — я на вашей стороне.
— Зато я — не на вашей, — закричала она в ответ. — Вилли умер и…
Вдруг девушка расплакалась, бросилась прочь от Джонни к кушетке и упала на нее лицом вниз. Ее тело сотрясали рыдания. Некоторое время Джонни молча смотрел на нее, затем повернулся и вышел из гримерной.
Он вернулся в зал. Воон ван дер Хайде сидела у стойки, потягивая «Зеленую саламандру». Джонни подумал, что нужно пройти мимо нее и покинуть бар, но пока он колебался, она мигом допила свой напиток, спрыгнула со стула и подбежала к нему.
— У вас покраснело лицо, — заговорила она, — вы схлопотали пощечину.
— Схлопотал, — сознался Джонни.
— А я не стану вас шлепать, — пообещала Воон. — Давайте уйдем отсюда. Здесь так тоскливо. — Она взяла его за руку.
Они направились к дверям. На улице она жестом показала швейцару, что им требуется такси.
— Сегодня приятный вечер, — заметил Джонни. — Почему бы нам не прогуляться?
— До Виллиджа?
— Почему именно до Виллиджа?
— Я там живу, глупый.
Швейцар уже открывал дверцу подъехавшего такси. Джонни помог ей забраться в машину, просунул голову внутрь и сказал:
— Только что вспомнил! Нужно срочно внести залог за знакомого, который попал в тюрьму. Спокойной ночи! — И он с шумом захлопнул дверцу. Было видно, как Воон кричит ему что-то изнутри. Шофер же, услышав звук закрывающейся дверцы, завел мотор, и машина рванулась с места.
  
Глава 6
 
Для полного счастья Сэму Крэггу обычно нужно было немного. Вот и сейчас он сидел за столиком в ресторане «У Гогерти», ожидая бифштекс, и с аппетитом поедал булочки, ранее принесенные официантом. Опустошив хлебную корзиночку, он заказал еще, и к тому времени, как официант подал суп, расправился уже с девятью булочками. Сэм съел суп, затем закуску и еще две булочки. Наконец официант принес бифштекс.
То был очень большой, толстый кусок великолепного мяса. Сэм умял его вместе с печеным картофелем и другим гарниром и под конец заказал большой кусок яблочного пирога с прослойкой сыра. Вдобавок он выпил три чашки кофе. Он уже подумывал, не повторить ли весь заказ, как официант принес ему счет — четыре доллара и шестьдесят пять центов. Сэм вздрогнул от ужаса, хотя был готов к этому. Подав официанту десять долларов, он стал ожидать сдачу.
 
За соседним столиком Сэм заметил худощавого мужчину с угрюмым лицом. На его правой щеке виднелся тонкий шрам в виде серпа. Лицо мужчины показалось Сэму знакомым, хотя он не мог вспомнить, где они могли встречаться.
Сэм все еще размышлял об этом, когда официант принес ему сдачу: пять долларовых банкнотов и монеты достоинством двадцать пять и десять центов. Сэм взял деньги, но положил десять центов обратно на тарелку.
— Что это, сэр? — спросил официант.
— Чаевые, — надменно ответил Сэм.
Официант внимательно посмотрел на Сэма, пытаясь понять, не шутит ли он. Убедившись, что Сэм не шутил, он сказал:
— Извините, но я не могу принять от вас столь щедрый дар. Это было бы несправедливо по отношению к вашей жене и голодным детям.
— А пошел ты… — огрызнулся Сэм и отправил монету к себе в карман. Он поднялся из-за стола и задвинул за собой стул.
В этот момент он вспомнил, где прежде видел мужчину, сидящего за соседним столиком.
— Вы тот самый тип, которого я видел в «Далекой тропе» сегодня вечером! — сказал Сэм, подходя к мужчине.
Мужчина посмотрел на него затуманенным, почти отсутствующим взглядом:
— Ну и что?
— Вы подсыпали ци… яд в виски Вилли Воллеру!
— Конечно, — ответил человек. — Если выйдет, я с удовольствием и тебе подсыплю яда в виски.
— Не выйдет, — отрезал Сэм. — Я не дотронусь до виски в компании с вами.
И тут он спохватился.
— Вы признаетесь в убийстве Вилли Воллера? — напрямую спросил Сэм.
— Отчего не признаться? Он тогда еще собирался петь эту гадкую песню…
— Между прочим, теперь я владелец прав этой «гадкой» песни, — заявил Сэм Крэгг. — Она принесет мне доход в полмиллиона долларов. Так сказал Вилли Воллер.
— Ты хоть здесь не собираешься ее петь?
— Я буду петь ее где и когда захочу, — резко ответил Сэм.
Тут он сообразил, что собеседник вновь старается его одурачить.
— Вы только что сознались в убийстве Воллера, — серьезно добавил Крэгг. — Меня и моего приятеля, Джонни Флетчера, чуть не задержала за это полиция.
— Вот незадача! — участливо заметил человек со шрамом. — А теперь, будь любезен, оставь меня в покое. Я еще не закончил обедать. Меня раздражает, когда мне не дают спокойно поесть.
— Вы закончите обедать в тюрьме, — угрожающе заявил Сэм. — Я вызываю полицию.
— На твоем месте я бы не стал этого делать, — спокойно заметил мужчина со шрамом. — Если ты вызовешь полицию, мне придется тебя убить.
— Думаешь одолеть меня в одиночку? — вызывающе спросил Сэм.
Человек со шрамом весил не более семидесяти килограммов, а Сэм Крэгг, он же Крошка Самсон, был мужчина не промах. И вот тот, кто весил не более семидесяти килограммов, в задумчивости оглядел Сэма.
— В правое колено — пол-унции, — начал перечислять он, — затем в правую руку — еще пол-унции, если ты вздумаешь ею размахивать, и пол-унции — прямо в лоб.
— Чего вы там бормочете? — рассвирепел Сэм Крэгг.
Мужчина поднял лежавшую у него на коленях салфетку. Под ней обнаружился семизарядный револьвер 32-го калибра.
— Каждая пуля весит примерно пол-унции, — объяснил он. — Три пули в указанной мною последовательности — и дело сделано. Для большей уверенности можно добавить четвертую. У меня останутся еще три на случай, если кто-то захочет вмешаться.
От его спокойствия у Сэма по спине побежали мурашки. Он отступил на два шага назад.
— Вы не посмеете… стрелять в людном месте!
— Еще как посмею, — приятным голосом ответил его собеседник. — Некоторые вообще говорят, что я псих и способен на что угодно. Поэтому, если не хочешь заполучить мои маленькие кусочки свинца, садись напротив и жди, пока я не закончу обедать. Понял меня?