Говорящие часы. Честная игра. Бей ниже пояса, бей наповал

— О да!
— Значит, утром вы снова поедете кататься?
— Почему нет? У меня осталось всего два дня.
Холтон уныло посмотрел на нее:
— Вы будете рады уехать из Лас-Вегаса?
— А почему мне не радоваться? Ведь это значит, что я буду свободна…
Подошел официант с бутылкой шампанского.
— Это вам посылает мистер Чатсворт с наилучшими пожеланиями…
— Чатсворт? — удивился Джонни. — Не знаю никакого Чатсворта.
— Шампанское для леди, — пояснил официант.
Но миссис Лэнгфорд уже улыбалась и кивала кому-то, кто находился за спиной у Джонни. Обернувшись, Джонни увидел его — человека сильно за сорок, с прилизанными волосами, через три столика от них. Он был в смокинге. Пока Джонни разглядывал его, незнакомец поднялся и подошел к ним.
— Движение становится оживленным, — хмуро заметил Джонни.
  
Глава 8
 
Подойдя, Чатсворт взял руку миссис Лэнгфорд. На какое-то мгновение Джонни показалось, что тот собирается поцеловать эту руку, но он ограничился тем, что помял ее обеими своими.
— Не помешал, дорогая? — промурлыкал он.
В горле у молодого Холтона послышалось какое-то рычание.
— Нисколько, мистер Чатсворт, — говорила между тем миссис Лэнгфорд. — Я очень рада… вы знакомы с мистером Холтоном?
— Конечно. — Чатсворт коротко кивнул.
— А это мистер Флетчер и мистер Крэгг.
Чатсворт поздоровался с Джонни и протянул было руку Сэму, но передумал и ограничился простым кивком.
— Как поживаете, джентльмены?
— Подсаживайтесь к нам, — пригласил Сэм Крэгг.
— Вы разрешите? — обратился Чатсворт к миссис Лэнгфорд.
Она ответила утвердительно, но свободного стула не нашлось. Впрочем, официант, принесший шампанское, оказался на высоте. Он сходил к тому столику, где прежде сидел Чатсворт, и принес его стул.
Джонни посмотрел через стол на Холтона:
— Конкуренция?
Холтон насупился.
И тут Сэм Крэгг решил, что теперь настала его очередь поддерживать светскую беседу. Он приятно улыбнулся мистеру Чатсворту:
— А ты, приятель, чем занимаешься?
Мистер Чатсворт изумленно воззрился на него:
— Что, простите?
— Чем занимаешься — ну, на жизнь чем зарабатываешь?
— Я… я работаю в области страхования, — промямлил мистер Чатсворт.
— Страховки продаешь?
Холтон оглушительно расхохотался. Сэм сердито покосился на него:
— Я что-то смешное сказал?
— Мистер Чатсворт, — терпеливо объяснила Джейн Лэнгфорд, — возглавляет страховую компанию «Мидвест», одну из крупнейших…
— А, да, — откликнулся Сэм, нимало не смутившись. — Я и сам как-то купил у них полис. — Он подвинул свой стул поближе к мистеру Чатсворту. — Вот удачно, что мы с тобой встретились. Я на твою фирму обижен. Я им заплатил на двенадцать баксов всяких взносов, а потом один-единственный раз не мог уплатить, так они меня вычеркнули из своих списков. Чатсворт, я тебя спрашиваю, разве можно так обращаться с клиентами?
Мистер Чатсворт побагровел.
— Я, конечно, не знаю всех обстоятельств, мистер Слэгг…
— Крэгг!
— …мистер Крэгг…
— Ну, обстоятельства обстоятельствами, а я выложил двенадцать баксов и ничего не получил взамен. Вот из-за таких штучек люди и не доверяют страховым компаниям…
— Если вы напишете мне письмо, — напыщенно произнес мистер Чатсворт, — я прослежу, чтобы вам полностью возместили ваши… э-э… двенадцать долларов.
— А как насчет процентов?
— Мистер Крэгг, — поспешно перебила миссис Лэнгфорд, — вы, конечно, очень остроумны, но это шутка зашла уже слишком далеко…
— Это кто здесь шутит? — возмутился Сэм. — Я потратил деньги…
— Но сейчас, вероятно, не самое подходящее время…
Тут в разговор включился и Холтон:
— Если человек занимается страхованием, то для него всякое время подходящее. Страховые агенты пристают к нам в любое время дня и ночи, где ни попадя. Так почему мы не имеем права высказать свои претензии страховщикам в любое удобное для нас время?
— Послушайте, — не выдержал Чатсворт, — я тоже ценю шутку, но я не понимаю, к чему весь этот… так сказать, розыгрыш…
В этот момент к Джонни подошел коридорный Ник и, наклонившись, зашептал ему на ухо:
 
— Мистер Флетчер, можно вас на минутку?
— В чем дело?
Ник высоко поднял брови. Джонни встал:
— Прошу меня извинить, я ненадолго…
Он дошел вслед за Ником до двери, но, увидев, что тот собирается идти дальше, поймал мальчика за руку.
— Слушай, Ник, неужели это настолько секретно?
— Секретно, мистер Флетчер, уж вы мне поверьте.
Джонни последовал за Ником через вестибюль в игорный зал. Ник остановился около игральных автоматов.
— Возвращайтесь в свой домик, мистер Флетчер, только не заходите внутрь, пока я не подойду.
— Послушай, сынок, — возразил Джонни, — я еще не пообедал…
— Вам не захочется есть, когда вы увидите, что у вас в комнате.
Джонни раздраженно воскликнул:
— Ты так говоришь, как будто у меня в комнате покойник!
— Так и есть…
— Что?
— Потому-то я и подумал, что лучше нам выйти порознь, истер Флетчер. Вы идите здесь, а я пройду через парадный од и обойду здание кругом.
Джонни пристально посмотрел на коридорного, а затем, не говоря ни слова, начал пробираться сквозь толпу.
Он вышел из казино через заднюю дверь, пересек подъездную дорожку и направился к номеру 24. Поднявшись на веранду, он услышал позади торопливый стук каблуков и, обернувшись, увидел Ника.
— Ну ладно, — напряженно сказал Джонни, — давай посмотрим о чем тут речь.
Он подергал дверь — она была заперта. Ник пролез вперед.
— Я открою.
Он вставил ключ в замок, повернул его и открыл дверь. Просунув руку, нашарил выключатель и включил свет.
Джонни шагнул в комнату. Ник шел за ним, чуть ли не наступая ему на пятки. Вначале Джонни не заметил ничего особенного, затем взгляд его упал на пол, и он увидел между кроватями пару ног в коричневых брюках.
Джонни быстро обошел вокруг ближайшей кровати. Он посмотрел в мертвое лицо… человека из Долины Смерти. Того самого, что умер буквально у него на руках.
С минуту Джонни молча таращился на мертвеца, а в голове у него теснились тысячи мыслей. Потом он медленно повернулся и посмотрел прямо в смышленое лицо Ника.
— Прихлопнули его, — тихо сказал коридорный.
— Кто это?
— А вы не знаете?
Джонни медленно покачал головой. Ник подошел поближе, прерывисто вздохнул и бросил быстрый взгляд на труп:
— Я уже десять минут голову ломаю — кто это? Мне все кажется, что я его где-то видел, а вспомнить не могу, хоть тресни…
Джонни подошел к двери, закрыл ее на задвижку, потом опустил шторы на окнах до самого подоконника. Затем он вернулся к кровати.
— Ну ладно, Ник, давай-ка поговорим по душам.
Ник присел на краешек кровати, сделал гримасу и пересел на стул.
— Конечно, мистер Флетчер, поэтому я и вызвал вас по-тихому. Значит, зашел я сюда и увидел этого типа…
— Погоди минутку, Ник. Ты говоришь, зашел сюда… Зачем?
— Потому что меня вызвали. — Ник посмотрел на часы. — Сейчас восемь двадцать три. Я пришел сюда без двух минут восемь…
— Кто тебя вызвал? — угрюмо перебил Джонни.
— Понятия не имею. Старший коридорный мне позвонил, я поднимаюсь, он говорит — иди в номер 24. Я прихожу, стучусь в дверь — не отвечают. Я подумал — странно это, отпер дверь, а тут — на тебе!
— А что, коридорные всегда носят с собой запасные ключи?
На лице Ника промелькнуло подобие улыбки.
— Умные — всегда.
— Ну ладно, Ник, значит, ты умный. Так, может быть, сумеешь рассказать все толком. Ты говоришь, тебя послал сюда старший коридорный. Кто он такой?
— Билл Хейз — ничтожный, бессовестный, двуличный ублюдок, вот кто он такой.
— Видно, вы с этим Биллом Хейзом не очень-то дружите.
Ник высунул язык и резко выдохнул: в результате раздался влажный, грубый звук, очевидно выражающий мнение Ника о Билле Хейзе.