Говорящие часы. Честная игра. Бей ниже пояса, бей наповал
И все часы шли. Маятники качались, колесики крутились.
Эрик Квизенберри подошел к одной из панелей, нажал кнопку — тотчас распахнулась деревянная дверь, за которой оказался черный металлический сейф, откуда Эрик достал «Говорящие часы» и поставил их на стол посреди комнаты.
Николас Бос ахнул при виде часов, глаза у него алчно заблестели.
— Без двух минут три, — заметил Эрик Квизенберри. — Через две минуты часы заговорят.
Николас Бос любовно гладил часы пальцами.
— Да, да, да… — бормотал он, — это «Говорящие часы». Я хотеть их иметь.
— За сколько? — усмехнулась Бонита Квизенберри.
Николас Бос бросил на нее испытующий взгляд:
— Я давать пятьдесят тысяча доллар.
— Простите, не расслышала! — обронила Бонита.
Николас Бос проглотил ком в горле.
— Тот канадец… сколько, он говорить, он платить?
— Побольше пятидесяти тысяч.
— У Горация Поттера больше нет, — заявил Бос без обиняков. — Я не верить.
— Я что, по-вашему, лгу? — взвизгнула Бонита, раздувая ноздри.
Бос поднял руки кверху, как бы защищаясь от ее гнева:
— Нет, нет, мадам. Я… это есть термин, употребляемый в бизнесе. Вы хотите получить больше денег, я говорю — нет.
— И ты позволишь ему вот так просто уйти, а, Эрик? — обратилась Бонита к мужу.
Квизенберри кашлянул. Он был в замешательстве. Джонни стало ясно, кто в семействе Квизенберри верховодит.
— Послушайте, мистер Бос… — начал Эрик.
И тут началось светопреставление. Ровно в три зазвучали все часовые механизмы — каждый на свой лад: кукушки куковали, колокола били, трубы трубили, куранты играли свои мелодии, молоточки ударяли в гонги…
В первый момент Джонни чуть с ума не сошел, но затем попытался сосредоточиться на «Говорящих часах». Он видел, как из дверцы вышел с поклоном золотой человечек, но слова, которые он произносил, заглушал шум, производимый остальными часами. Николас Бос буквально прильнул к человечку, и Джонни заметил, что на лице у грека появилось выражение сильного изумления.
Било только три, так что часы вскоре успокоились. Интересно, подумал Джонни, что здесь творится в полдень и в полночь… Наверно, от трезвона и в погребе не скроешься!
Шум затих. Николас Бос выпрямился и объявил:
— Я давать семьдесят пять тысяча доллар.
— Наконец-то я слышу разумные речи, — оживилась Бонита Квизенберри. — Ты что-то сказал, Эрик?
Эрик Квизенберри опять кашлянул, а затем промямлил:
— Мистер Бос, полагаю, мы договорились о сделке. И если, сэр, вы готовы заплатить наличными, думаю, можно приступить к оформлению купчей.
— А вы ничего не забыли? — вмешался Джонни. — Судя по сообщениям в газетах, «Говорящие часы» Саймон Квизенберри завещал своему внуку Тому.
— Я это знаю, — нахмурился Эрик Квизенберри. — Но раз я его отец, часы, естественно, переходят…
— Может, и так, — заметил Джонни, — а может, и нет.
Бонита Квизенберри вмиг оказалась рядом с Джонни.
— Послушайте, да кто вы такой, — повысила она голос, — что вмешиваетесь в наши дела? Насколько я помню, вы…
— Джон Смит, знакомый Тома Квизенберри, вашего пасынка…
— Который и убил его!
— Нет. — Джонни криво усмехнулся. — Я оказался последним, кто разговаривал с Томом перед его смертью. Он, миссис Квизенберри, кое-что порассказал мне, в том числе и о том, почему он убежал из дому. — Джонни повернулся к Боните спиной. — Мистер Квизенберри, вы отец Тома, но все равно, прежде чем вы заключите сделку о продаже «Говорящих часов», советую вам проконсультироваться с юристом. Это может избавить вас от неприятностей. Видите ли, у вашего сына, возможно, есть еще кое-какие близкие родственники, имеющие право претендовать на часы…
Эрик Квизенберри сделал большие глаза:
— О чем это вы, сэр?
— Тома не было дома целых три месяца, прежде чем он… умер. Возможно, за это время успел жениться.
— Чепуху какую-то вы говорите! — Эрик уставился на Джонни.
Джонни молчал. Эрик повернулся к жене. Бонита побледнела и спросила:
— Эрик, в чем дело? Том женился на Дайане?
— Я не в курсе, — сказал Эрик. — Но если даже и так… — Он обернулся к Джонни Флетчеру. — Сэр, что вам об этом известно?
— Собственно говоря, ничего. Меня просто вдруг осенило. В конце концов, вашего сына практически выгнали из дому…
— Что это вы такое себе позволяете? — взорвалась Бонита. — Выгнали, видите ли… Эрик, прикажи этому человеку немедленно покинуть наш дом!
— Я как раз собирался это сделать, — усмехнулся Джонни. — Но прежде я бы просил вас, мистер Квизенберри, ответить на один вопрос. Нанимали ли вы или ваш покойный отец частного детектива по имени Джим Партридж?
Джонни показалось, что Бонита Квизенберри вот-вот лишится сознания. Она вздрогнула, как от удара, и часто-часто заморгала.
Квизенберри, похоже, пришел в замешательство:
— Джим Партридж! Вы сказали, Джим Партридж?
— Ну да, Джим Партридж! Частный детектив… Я столкнулся с ним в Коламбусе. На мой взгляд, он охотился за «Говорящими часами».
— Этого не может быть! — сказала громким шепотом Бонита. — Я… давным-давно потеряла его из виду.
Квизенберри внимательно посмотрел на жену. Лицо его медленно покрывалось румянцем.
— Бонита, — сказал он, — по-моему, нам стоит это… обсудить.
— Значит, Партриджа вы не нанимали, — уточнил Джонни.
Квизенберри покачал головой:
— Может быть, отец…
Когда Джонни с Сэмом направились к выходу, Квизенберри окликнул их:
— Молодые люди, в случае чего, как мне вас разыскать?
— Мы сами вас найдем, если что, — отозвался Джонни. — Счастливо оставаться, миссис Квизенберри.
Спускаясь по дорожке, Джонни оглянулся на дом и сказал:
— Не нравится мне все это!
— Мне тоже, — вздохнул Сэм. — Вся семейка какая-то чокнутая. А знаешь почему? Потому что весь этот бедлам с часами кого хочешь сведет с ума! — Дверь сторожки была распахнута, и они увидели, что враждебно настроенный привратник разговаривает по телефону. Сэм замедлил шаг: — Может, разберемся с этим типчиком?
Не прекращая разговора, Корниш бросал на них злобные взгляды. Джонни и Сэм вышли из ворот.
Внизу, у подножия холма, раскинулся Хиллкрест.
— Ну что, возвращаемся в город? — спросил Сэм.
— Возвращаемся, но немного погодя, — ответил Джонни.
— Почему не сразу? Собираешься и дальше здесь ошиваться? Мачеха бедняги Тома та еще штучка! С нее станется вызвать копов, и нас сцапают!
— Похоже на то! Упоминание о Партридже ее просто подкосило. Интересно, что он за птица, этот Партридж? — Джонни подмигнул Сэму. — Не терпится разузнать…
— Джонни, что ты опять задумал? Клянусь, я скоро протяну ноги.
— Хочу мисс Раск навестить. Помнишь, она говорила, что живет в Хиллкресте?
— Мисс Риск, мисс Риск… Она совсем девчонка! — обронил Сэм.
— Ну и что? В наши дни венчают даже шестнадцатилетних. Девчонки всегда выскакивают за парней, к примеру, постарше меня. А нашей Дайане лет девятнадцать, а то и все двадцать. Не исключено, у нее найдется кузина либо подружка… Для тебя.
Сэм все еще хмурился, но уже не протестовал. На главной улице Джонни зашел в аптеку с целью узнать адрес. Выйдя, он кивнул на многоэтажное здание в конце с улицы:
— Она вон в том доме живет, вместе с матерью.
На их звонок дверь отворила Эллен Раск. На ее лицо набежала тень.
— Вы — те самые, кто…
— Которые продавали книги, — быстро проговорил Джонни. — Но не волнуйтесь. Мы друзья вашей дочери… И Тома Квизенберри.
— Не понимаю. Дайана ничего не говорила…
— Она не рассказывала вам, как двое незнакомцев в Коламбусе помогли ей вернуть «Говорящие часы»?
— Да! А вы, стало быть…
— Смит и Джонс, — представился Джонни. — Ваша дочь дома?
— Жду ее с минуты на минуту… Проходите, пожалуйста! Думаю, все в порядке.
— Спасибо.
Они вошли в опрятную квартиру. Миссис Раск провела их в гостиную и жестом предложила сесть на диван. Сама опустилась в кресло.