Не слабое звено (СИ)

Маргарет, что Таня назначила старшей, отлично справлялась со своей работой – в замке стало чище даже во дворах. Каменный пол в покоях короля был начищен, возле кровати слуги настелили несколько шкур, и сейчас она руководила слугами, что укладывали перину на основание кровати. Выглядела она не хуже тех, что видела в музеях Таня: высокое изголовье, столбики, похожие на крепкие, но искусно вырезанные балясины, практически незаметное основание для балдахина, что терялось в складках ткани и создавало ощущение, что темно-синяя, бархатистая ткань парит в воздухе над кроватью.
Таня пожалела, что нельзя задрапировать стены, потому что запас тканей был не так уж и огромен, как описала ей Маргарет. Ну, ничего, - подумала она. Еще успеется, а пока – и так выглядит отлично. Зато удалось выкроить ткани на достаточно богатые шторы. Теперь непрезентабельные окна со ставнями были задрапированы таким же синим бархатом. Потом, если вдруг что, его можно будет снять и сшить платье. Таня невольно улыбнулась, вспомнив знаменитое зеленое платье Скарлет из портьер.
– Айзек, следи за тем, чтобы камин протапливали ежедневно – в комнате не должно быть сырости, как и в наших покоях. Ставни плохо прилегают к окнам, и нужно починить их, а к холодам заткнуть все щели мхом, – обратилась Таня к Айзеку, что ни на шаг не отходил от хозяйки, когда она обходила замок.
Айзек долго не мог привыкнуть, что леди может столько знать и понимать в хозяйстве, а когда смирился, оказалось, что леди обучает мужиков из Шотландии очень интересному делу – Айзека через неделю после первой пробы самогоноварения приобщили к процессу, и теперь он на последние деньги замка закупал в соседних графствах ячмень.
Таня сделала несколько настоек на сухих ягодах, в какие-то добавляла мед, доводя сладость до ликерной. В это время сладости доступны лишь богатым, а если напиток станет еще и кружить голову – должен стать бестселлером сезона. Таня хотела сделать ликер, о котором будут шептаться, который захотят попробовать все в Англии и не только. Ставка на алкоголь всегда сыграет – думала она, вспоминая бар, в котором работала.
– Жаль, что сейчас не лето, тогда бы у нас был очень большой выбор ягод, – за обедом поделилась заботами с Флоренсой Таня.
– Дорогая, сухих ягод у крестьян столько, что можно накормить не только Англию, значит, мы можем просто их скупать, и за одно, предупреждать сборщиков, что на будущее лето мы готовы закупать свежие, - ответила Флоренса, отправляя в рот очередную порцию пирога с луком и яйцами.
– Да, но мне бы хотелось сейчас. К тому же, денег у нас не так уж и много – Айзек закупает на последние ячмень для пива. Сухие ягоды дают хороший цвет напитку, а свежие – аромат и вкус. Сегодня вечером я хочу угостить тебя тем, что мы делали несколько дней. За ужином мы не станем вспоминать о напитке, а когда вернемся в покои, я угощу тебя, и попрошу решить – понравится ли это лордам, а тем более – королю.
– Ты заинтриговала меня, дорогая, я даже не представляю, что еще можно сделать лучше этого, – она заулыбалась и указала на пирог. – После охоты, долгой дороги и промозглой погоды, эта еда покажется королю и лордам – чем-то волшебным!
– Вот и увидишь, и поверь мне, ты будешь удивлена! – ответила Таня, и в этот момент вспомнила о глинтвейне. Улыбнулась сама себе, и решила, что подать горячий взвар нужно сразу по прибытию короля! Сразу! Так они смогут не нарваться на его плохое настроение, усталость. Лишь бы он не оказался тем человеком, о котором говорят, что даже пятьдесят грамм делают из него животное! Вот и увидим, - успокоила себя Таня и принялась за пирог.
За ужином Магрегор рассказал, что Ричард – бывший батлер просит аудиенции у хозяев, и утверждает, что у него есть что им сообщить. Флоренса посмотрела на Таню, мол, дорогая, решать только тебе.
– Завтра за обедом можете привести его прямо в зал и усадить с нами за стол. Сегодня вечером и завтра утром не давайте ему еды, только воду, – задумавшись, словно что-то представляя или вспоминая, дала указания Таня. Магрегор и Дункан молча поклонились и вышли за двери.
 
– Я осмотрела покои короля и пришла в восторг, сестра, – решила сменить тему Флоренса, хоть Таня и видела, что после ее слов о голодовке для батлера она вопросительно глянула на нее.
– У нас будут такие же, уже скоро и наши кровати будут готовы. А еще, мастера сделают нам фальшстену. Пока одну, и мы подумаем о нескольких таких в замке.
– Для чего она?
– В покоях возможно будет спрятаться. Между действительной стеной и возведенной стеной из бревен, распиленных пополам, будет пространство. Стены мы задрапируем шерстяными тканями, и будет не понятно, что там есть ниша. Когда я осматривала покои короля, эта идея пришла мне в голову. За нашей стеной сразу королевская кровать и очаг, как и у нас.
– Хм, да, ты права, получается, он будет прямо за стеной?
– Да, и поэтому, мы наши кровати установим прямо у входа – подальше от стены, и говорить будем только на улице, потому что как при нем, так и после его отъезда, ушей в наших стенах прибудет, а потом, сразу после того, как свита отбудет, займемся этой стеной, – почти шепотом, наклонившись к Флоренсе проговорила Таня.
– Ты считаешь, что будет время, когда эта ниша нам понадобится? – не испуганно, не удивленно, а больше для того, чтобы Таня повторно озвучила свои опасения, для понимания, что сестра тоже понимает опасность, спросила Флоренса.
– Если не понадобится, мы устроим там тайник, но лучше перебдеть, чем недобдеть, – улыбнулась Таня и поняла, что Флоренса только отдаленно поняла значение этих слов.
– Я рада, что ты так много думаешь о безопасности.
– Да, думаю, и у меня есть вопросы по еще двум башням, в которых я не была. Полагаю, в одной из них находится часовня, а вторая пустует?
– Да, одна пустует, но наш маршал – Эдвард сообщил недавно, что и там теперь есть охрана.
– А в часовне нет охраны? Я не видела возле нее солдат, и не знаю – есть ли в ней служитель, – старательно делая вид, что упоминает о часовне вскользь, продолжила расспрос Таня.
– Наш капеллан – очень серьезный и в то же время, добрый человек – его любят даже крестьяне, для которых всегда открыта часовня внизу башни.
– А мы не должны посещать службу? – перебила Флоренсу Татьяна.
– Я не столь набожна, сестра, – глаза Флоренсы забегали, – и святой отец сам молится за нас.
– Думаю, все же, нужно познакомиться и осмотреть часовню – она тоже стоит на границе между нами и возможными врагами. Часовня меня интересует не больше, чем остальные части стены, сестра, – уже настойчиво ответила Таня.
– Хорошо, тогда завтра после обеда с нашим бывшим батлером мы навестим капеллана. Я не стала спрашивать, но сейчас меня просто разрывает от любопытства – что же ты задумала, коль приняла решение пригласить его голодным, да еще и усадить за стол? – Флоренса явно желала поменять тему, и то, что прогулку в часовню она назначила на послеобеденное время, говорило лишь о том, что утром она без Тани собирается навестить капеллана.
– Батлер – любитель вкусно поесть, и неделю назад я велела Магрегору кормить его лишь постной похлебкой без соли. Воду он получает в тех количествах, которые запросит, а вот хлеба – только небольшой кусочек по утрам. То, что он захотел поговорить с нами – хороший признак, значит и эти лишения даются ему тяжело. Уже неделю каждый вечер Магрегор относит в темницу большой кусок горячего пирога и отдает его стражнику, что охраняет нашего управляющего. Тот не видит, что разогревает на железе охранник, но запах этого пирога он чувствует несколько часов.
 
Флоренса застыла, слушая Таню, и в какой-то момент она шумно сглотнула слюну, посмотрела на пирог в руке и опустив голову тихонечко засмеялась.
– Фелисия, я и не думала, что в такой красивой головке могут жить такие изощренные методы…
–  Истязания? Ты это хотела сказать? – продолжила Таня за сестру, которая как будто испугалась обидеть ее этим словом.