Он тебя не отпустит (СИ)

После моей фразы Башаров заметно скривился. Неприятно ему было, видите ли. Он неожиданно остановился и, не спросив разрешения, за руку взял. Меня слегка передёрнуло от такой наглости, но я даже не успела возразить, как Руслан начал говорить:
— Катюш, я не знаю от кого ты беременная, но готов признать ребенка. Я хочу сохранить семью. Не могу жить без тебя, честно. Мы совершили ошибки, — после Башаровского «мы» я удивлённо повела бровью и Рус попытался ретироваться в моих глазах, — я совершил ошибку, когда завел роман с другой женщиной. И я даже понимаю, почему ты мне изменила, и я никогда тебя за это не упрекну. Кать, моя любимая, моё солнышко, давай попробуем ещё раз? Ребенку нужен отец! А я смогу им стать, тем более, формально ребенок всё равно будет моим, потому что мы состоим с тобой в законном браке.
— Руслан, я не прощаю предателей.
— Кать, это ты сейчас так говоришь из-за обиды. Но пройдет время, и ты сможешь меня простить.
— Мне это не надо.
— Не торопись. Сейчас в тебе много эмоций, дай время им утихнуть.
Я закатила глаза. Время не поможет, если что. Разбитую чашку не склеить. Измену я никогда не смогу простить, могу только смириться с ней и на этом всё!
* * *
Руслан всё говорил и говорил, надеясь меня переубедить, но я молчала. Точнее, сдерживала себя, чтобы не рассказать всё, что о нём думаю. Не хотела заводиться! Врач ясно дал понять, что нервничать мне категорически нельзя, что угроза выкидыша — это серьезно и я обязательно должна беречь себя, если хочу выносить и родить здорового малыша.
Я попрощалась с мужем, так и не сумев его разубедить. Ишь какую глупость придумал! Хочет стать отцом ребенка. Моего!
Разозлилась, но выказывать эмоции не стала. Решила не принимать близко к сердцу, но потом вспомнила «дружеское» предупреждение. Мне же надо держаться подальше от настоящего отца ребенка и, если он надумает со мной встретиться, то убедить в своем счастливом браке. В печальной я ситуации оказалась, что не говори. Получается, возвращаться к родителям совсем нельзя, Мурат там быстро меня найдет и, если сильно захочет, то дождется рождения ребенка и сделает тест ДНК. Как у него это получится, а вот не знаю! У Шахина всё всегда получается. Выходит, мне нужно оставаться в столице. И как долго? Тоже не знала, как и то, насколько были реальными угрозы незнакомца, проникшего в мою квартиру.
Я снова распсиховалась, а затем ощутила тянущую боль внизу живота. Нет! Больше я не нервничаю. Беременность первая, поздняя, возможно, единственная в моей жизни. Я не имею права так рисковать. А потому, взяв себя в руки, решила не нервничать совсем.
В больнице мне было неплохо. Здесь, в палате, веселые девчонки. Они рассказывали забавные истории из жизни, а ещё мы вместе играли в карты и гуляли по вечерам на улице. Я не скучала, в общем.
Он позвонил, когда я совсем не ждала. Я же удалила его номер из списка контактов, а потому, увидев на экране мобильного телефона незнакомый номер, не задумываясь нажала на зелёную трубку.
— Алло, — сухо произнесла я.
— Привет, — ответил голос Шахина и я чуть не выронила из рук телефон. — Как дела?
— Нормально.
— Чем занимаешься?
Я посмотрела на себя сверху вниз.
— Лежу на кровати.
— Одна?
Хмыкнула. Вздохнула, а затем произнесла ровным тоном:
— Не совсем, но тебя это не касается. Зачем звонишь, мы же попрощались?
— Да как-то на душе гадко. Решил тебя набрать.
— Ясно, — через зубы.
— Кать, знаю, ты всё мне сказала при последней встрече, но, если вдруг тебе что-то будет нужно — звони, ладно?
Я ухмыльнулась. Нужно ли мне что-то от Шахина? После того случая с проникновением в мою квартиру и откровенными угрозами, мне ничего не нужно от Мурата, вот абсолютно! Я теперь к нему на расстояние пушечного выстрела не подойду не то, чтобы что-то там просить.
— Почему молчишь?
— Мне нечего тебе сказать.
— Кать, ты прости, если что было не так. Я меньше всего хотел обидеть.
— Я так и поняла.
— Ты сердишься, — не спросил, а констатировал факт. — Я скоро буду в столице. Давай встретимся? Поговорим.
 
— Мурат, я к мужу вернулась. Не звони мне больше, а лучше забудь меня.
В спешке нажала на красную трубку и отключила телефон, чтобы Шахин не смог дозвониться.
Села на кровати, подперев спину подушкой. Ладонями закрыла лицо и не сдержалась. Так горько стало, так обидно. Заплакала.
Возможно, сто раз пожалею в будущем, что не сказала Шахину о ребёнке, что соврала про мужа… Бог меня накажет, если виновата, но я не могу проверять реальность угроз человека, для которого не составило труда попасть в мою квартиру, и который знает о моей жизни гораздо больше, чем родная мать! Возможно, за мной даже следят. Я не знаю этого точно, но и исключать нельзя.
* * *
Меня выписали из больницы через неделю. В тот день была ужасная жара, плюс тридцать пять в тени. Я только вышла из отделения гинекологии и даже не успела пройти десять метров, как путь преградил Руслан. Важный весь такой, в светлых джинсах и рубашке с закатанными по локоть рукавами, будто сегодня какой-то особый день.
Он выхватил из моих рук сумки, и я даже не успела опомниться, как его губы коснулись моей щеки. Руслан резко отстранился.
— Что это было, Башаров? Что вот это всё? — возмущенно я развела руки в стороны.
— Забираю жену из больницы. Сегодня же день твоей выписки.
— Но я не просила меня встречать!
— Кать, не злись. Поехали, отвезу с комфортом. Куда тебе сейчас в маршрутку?
— Откуда ты узнал день и время моей выписки? Я же не говорила. Галя сказала? — Рус согласно кивнул и тогда я ощутила очередную порцию злости, только теперь уже на соседку.
— Давай дома поругаемся, а лучше вообще не будем ругаться, а Кать?
— Рус, что происходит? Тебя как подменили! Зачем тебе всё это? Не понимаю.
— Да просто я люблю тебя, Катюша. Люблю сильнее, чем думал.
Я закатила глаза. Одна и та же заезженная пластинка…
Надоело. Но долго сопротивляться я не стала и всё-таки позволила Башарову отвезти меня домой на машине. А что? Раз уж он приехал, не отправлять же обратно. Да и комфорт мне точно в пользу, ну и на такси сэкономлю. В общем, попользуюсь бывшим исключительно в благих целях.
* * *
Руслан отвёз меня домой, а затем помог поднять вещи в квартиру. Я хотела его прогнать. Даже придумала, что сказать, но Башаров неожиданно заснул в зале, прямо в кресле.
Я подошла к спящему мужу. Легко толкнула его в плечо.
— Эй, Рус… Просыпайся.
Он не проснулся. Либо спал крепко, либо так сильно хотел остаться со мной, что просто притворялся. Я не стала проверять: спит или же нет. В конце концов, мне врач запретил нервничать вот абсолютно. Так что, стиснув зубы от злости, я вышла из зала и закрылась в спальне. Заснула в скором времени за чтением любовного романа, а утром, когда разлепила тяжелые веки, то первое, что ощутила, — будоражащий аромат чего-то вкусненького. На удивление, но желудок откликнулся голодным урчанием.
Я поднялась с кровати, накинула халат, подвязала пока еще заметную талию тоненьким пояском, и вышла из спальни.
Ноги несли меня в кухню и не зря, ведь именно там происходило чудо, иначе я не назову, ведь Башаров сам лично стоял у кухонной плиты! Картина была еще той. Я даже глаза сонные потёрла, но нет. Видение никуда не собиралось исчезать и продолжало стоять в образе моего мужа, колдующего над сковородой.
Засмотрелась на Руса, чего уж там. Такое лицезрела впервые за десять лет, можно и посмотреть, раз показывают.
— А ты неплохо смотришься со сковородкой, — произнесла вместо приветствия.
Руслан резко обернулся. Увидев меня, растянул улыбку во все тридцать два и подмигнул.
— Готовлю завтрак для любимой жены.
Глаза закатила. Неугомонный какой.
— Я не знала, что ты умеешь готовить.
— А я и сам не знал, Кать. В интернете нашёл рецепт блинчиков и вот… Готовлю теперь.