Зона поражения (СИ)
— Отец передал благословение в путь.
— Спасибо.
Еще постояли, Кирилл вскинул на плечо рюкзак и вышел из терема. Нужно было успеть к паломникам и напроситься в автобус, а он шел, пиная опавшие листья, и не хотел торопиться, как будто правда уходил из дома «в страну далече», оставляя друзей и родных. Надо же, как привык.
На работе встретили буднично, как будто Кирилл и не уходил. Только начальство вопросительно подняло брови.
— Без толку там сидеть. Да и хреновый из меня Штирлиц.
— Ну, что-то же ты узнал, — утешил Руслан.
— Узнал. Что такое отпуст, кто с кем спал, у кого муж богатый. Очень тайная информация. А уж как поможет найти злодеев и дела закрыть!
— Расслабься, — сочувственно посоветовал Руслан. — Закрыли уже.
— Что закрыли?
— Два дела закрыли — Крылова и бухгалтера. Я вчера подписал.
— Два закрыли? — в голове что-то забрезжило. «Одно осталось»? Не приснилось, значит? — Блядь! Дарья!
Руслан озадаченно почесал бровь карандашом:
— Почему Дарья — блядь?
— Потому что больше некому! А я думаю, что он хвостом метет? «Солнышко!»
— Поясни.
Кирилл пояснил. Наверное, излишне жестко. Но, встреть он сейчас это «солнышко», белокурую головку точно бы открутил.
— То есть, ты думаешь, она ему все сливает? Ладно…
Руслан мечтательно уставился вдаль. Выдумывает, небось, новую комбинацию, режиссер хренов.
Кирилл встал, дождался рассеянного кивка и пошел к себе. Пока он отдыхал, наверняка горы мусора накопились. Пора разгребать макулатуру, да и отчет написать. «Как я провел отпуск».
— Деев, к начальству!
Кирилл выключил компьютер и потянулся, разминая спину. Что там еще Русу приспичило?
— Вызывал?
Не отрываясь от экрана, Руслан поманил рукой:
— Иди, глянь, чего ребята нарыли.
На снимке в каком-то клубе Костик стоял рядом с высоким парнем.
— Это кто?
— Не узнаешь? — Руслан был так взбудоражен, что чуть не подпрыгивал в кресле. — Наши потерпевший и фигурант.
— Ну, были они знакомы. И что?
Кириллу почему-то не нравилась фотография. Стояли оба слишком близко друг к другу, Костик щурил подведенные глаза (вот же клоун, спер у Васи подводку?) улыбался, но Кирилл, зная его, видел — был зол настолько, что улыбка вот-вот расползется в знакомый оскал.
— А ты на кофту его посмотри. А? Мало того, что были знакомы, на нем еще тряпка, кусок от которой у потерпевшего в кулаке. Все! — Руслан откинулся в кресле и удовлетворенно выдохнул. — Есть контакт! Теперь не отвертится.
— Точно эта кофта? Ее нашли? Проверили на микрочастицы? Откуда вообще эта фотка? Через месяц после начала следствия?
— Девица, которая их снимала, уехала в отпуск. Недавно вернулась и выложила кучу всего в инстаграм. Паша случайно заметил, просто повезло.
— Повезло…
Кирилл даже не удивился. Наверное, подсознательно был готов к такому повороту.
— Звони и вызывай на допрос.
— А если сбежит?
— Может. — Руслан почесал в затылке. — Значит, бери повестку и дуй туда, а я пока подготовлю материалы.
— Будем задерживать?
— Сначала поговорим.
— Я поприсутствую?
Руслан задумчиво уставился на него, прищурился, потер нос.
— Посмотрим. Поедешь — Пашку с собой возьми, мало ли что.
Кирилл вышел в коридор, достал телефон, рассеянно погладил экран и убрал обратно. Брат он или не брат? Пустят в скит, никуда не денутся. Интересно, Иуда так же паршиво себя чувствовал? Но Костик точно не Иисус, и ему есть, что предъявить, так что совесть Кирилла чиста.
Глава 13. Дева в беде
— Кирилл! Ребята, Кирилл приехал!
Теперь его встречали, как Деда Мороза, вот только вместо мешка с подарками в кармане лежала бумажка с печатью, и рука сама ныряла туда — проверить, не испарилась еще? Шуршит? Ждет? Кирилл заставил себя собраться. Это его работа, чего тут стыдиться? Того, что Костик — двуличная мразь и, может быть, убийца? От таких нужно избавлять общество, даже если общество — чокнутые сектанты.
— Кирилл! Мы скучали!
Вокруг снова был хоровод любви. Даже неудобно перед Пашей, но тот молчал и с любопытством оглядывался.
— Где Костик?
— Костик у Господа, — ответила Даша. — А что…
— В кабинете? Пошли.
Перед ними расступились и пристроились следом. И пошли — впереди Кирилл, за ним — Пашка, следом Даша, Эмиль, Леночка, кто-то еще. Так и лезли по ступенькам, этаким крестным ходом. Стучаться Кирилл не стал, они с Пашей вошли, остальные остались за дверью.
Старец с келейником одновременно подняли лица от ноутбука. Костик выпрямился и шагнул назад, почти скрываясь за спинкой кресла.
— Здравствуйте, Кирилл. Рад вас видеть! Вы с другом сегодня?
— Добрый день, Евгений Виленович. Это мой коллега.
— Лейтенант Петров, — представился Паша.
— Добро пожаловать.
— Мы, собственно, по делу, — продолжил Кирилл. — И не к вам. Гражданин Биевский…
Он вытащил и развернул повестку, протянул ее в сторону Костика. Старец встал.
— Что это?
— Повестка с вызовом на допрос. Свидетелем.
Свидетелем Костик явно будет недолго, но старец тер левую сторону груди, и Кирилл его неожиданно для себя пожалел.
— Когда?
— А вот сейчас и поедем, — заявил Паша. — Видите, как удобно, прямо до места подвезем.
Костик все-таки взял повестку, но смотрел не на нее, а пялился на Кирилла. Тот на всякий случай отвернулся, но продолжал чувствовать на себе тяжелый, почти осязаемый взгляд. Очень хотелось поднять глаза и узнать, как он смотрит: с ненавистью, осуждением, а, может, страхом? Да, наверняка со страхом. Он ведь знает, что виноват.
— Вы переодеваться будете или прямо так, в рясе поедете? — продолжал излучать добродушие Паша.
Костик расстегнул пуговку на вороте, потянул пояс, задергал полу, в полголоса выругался. Кирилл следил за его руками, чтобы не поднимать лицо. Почему-то представилось, что сейчас он скинет подрясник, а под ним ничего нет. Или эта самая кофта. Ну что он возится?
— Что там у тебя?
— Крючок, сволочь, застрял.
Кирилл машинально дернул Костика на себя, нащупал крючок на боку, отцепил. Паша удивленно хмыкнул, и тут старец начал сползать на пол.
— Эй! Что такое?
Костик обернулся, кинулся к старцу и заорал:
— Вася!
Кто-то сунулся в дверь.
— Вася! Наташу! — прокричал Костик.
У входа начался шум, кто-то толкался, кого-то звали. Кирилл распахнул дверь и рявкнул:
— Пропустите врача!
Наташа с чемоданчиком протискивалась сквозь толпу. Втянув ее в комнату, Кирилл огляделся и сел на стул: они тут явно надолго. Костик звонил в Скорую, Паша жался к стене рядом с остановившимися часами, забытая повестка валялась на полу.
Приехавшая фельдшер ругалась на лестницы, но обрадовалась, когда нашлось достаточно человек, чтобы нести носилки. Ростик, «апостолы» и Эмиль спустили старца вниз и уложили на каталку. Наташа поехала с ним. Кирилл проследил, как отъезжает Скорая, дождался Пашу с Костиком, усадил в машину. Костик так и поехал — в расстегнутом подряснике, с рюкзачком, всунутым в руки Васей. Ростик, стоящий поодаль, приобнял ее и пророкотал:
— Еленочка, а не поздно ли вашего супруга побеспокоить?
Леночка потянула из кармана телефон. Кирилл сел в машину и хлопнул дверью. Его теперь демонстративно не замечали и это почему-то было обидно. Ведь никогда же он не принимал всерьез сектантские нежности, а вот поди ж ты. Смотрят мимо, как будто он прозрачный. Даже Вася, наткнувшись, просто обошла.
Зажатый между Кириллом и Пашей Костик сосредоточенно сверлил взглядом темный экран. Паша покосился, но отнимать не стал, а Кирилл поймал себя на том, что не сводит взгляда с побелевших пальцев. Так и ехали.