Алхимик: проклятая долина (СИ)

«Защитить господина!»
Увидев решительность слуги, Солум отбросил сомнения и выпил зелье залпом. Бутыль с надписью «берсерк» упала на землю. Солум почувствовал сильную, нарастающую боль по всему телу. Его мышцы окрепли, кости укрепились, а в голове повторялись несколько мыслей:
«Врагов не кусать, и не давать кусать себя» «Нерона не враг», «Бей в голову».
Постепенно боль затуманила возможность мыслить, а в сердце разжигался нечеловеческий гнев. Сосуды в глазах полопались, отчего его взгляд стал походить на демонический. Нерона заметила изменения в хозяине и, следуя инстинктам, отошла в сторону, уступая дорогу.
Солум с обезумевшим от ярости криком полетел вперёд. Первым же ударом он пронзил своей рукой череп жертвы насквозь. Во все стороны полетели остатки мозгов сильфа. Из черепа торчала окровавленная рука с мгновенно срастающимися сломанными пальцами. Однако боли от удара он не чувствовал, всё было наоборот. Чем больнее телу, тем легче разуму.
За первой жертвой последовала следующая. Солум, совершенно забыв о боли, использовал все возможные ресурсы своего тела- ноги, руки, локоть и даже голову. Во круге то и дело раздавались звуки лопающихся костей и падающих тел. Нерона также не собиралась уступать хозяину, всячески прикрывая его бездумные выпады от внезапных атак.
В таком темпе бой шёл больше часа. Несмотря на огромную кучу тел, количество врагов продолжало прибывать. Тело Солума стало походить на желе. Его кости были раздроблены, а правую руку и вовсе вырвал резвый сильф. Солум продолжал стоять исключительно из-за действия зелья, которое уже подходило к концу. С эльфом дела были ещё хуже, она была искусана и уже потеряла сознание. Единственной отрадой было то, что трупный яд на неё не действовал. Если бы Солум мог сейчас нормально думать, он бы точно похоронил затею выжить, но Нерону бы не бросил. Хотя и сейчас, не в разумном состоянии, он не давал разодрать её тело.
И вот, действие берсерка закончилось. Солум немедленно упал на землю, словно тяжёлое бревно слетело с утёса, попутно отключившись. Ведь человеческое тело, в обычных условиях, не способно выдержать такое количество опасных для жизни ранений.
Недалеко от бойни, на дереве, притаилась женщина. Она любовалась происходящим почти с самого начала и не спешила вмешиваться.
— Смешно! Столько бахвальства, а сам не способен обнаружить круг призыва. — разочарованно произнесла девушка, глядя на окружённый сильфами мешок с костями. — Ещё и намёков не понимает…
Завершив оценку, женщина лёгким движением достала из рукавов длинные и острые спицы, а затем метким броском отправила одну из них в дерево, где недавно разорвало мужчину. Спица вошла в древо на несколько сантиметров, повредив одну из малозаметных рун, что были расставлены в округе. Убедившись, что попадание было точным, девушка переключилась на сильфов. Всего пятнадцать. Причём их количество оставалось неизменным с самого начала.
Девушка спрыгнула с дерева и последовала к Солуму. Одновременно словно ёж, бросая в сильфов тонкие иглы, каждый раз попадая строго между глаз. Вскоре рядом не оказалось ни одного ходячего трупа.
— Ну и дела, малыш. Неплохо тебя разворотило. — Произнесла она, осматривая кусок мяса, лишь отдалённо напоминающий человека.
Девушка потянулась к поясу Солума, ожидая найти подсумок с зельями, но на месте его не оказалось. Видимо во время боя алхимик потерял его. Женщина задумалась, вспоминая течение боя. Она анализировала моменты, где Солум мог потерять пояс. Ответов нашлось сразу несколько, но поскольку верным мог быть только один, подсумок пришлось поискать. А время идёт и с каждым мгновением Солум приближался к вечности.
Однако девушка не спешила, аккуратно осматривая каждый возможный уголок. В конце концов, она нашла его под одним из трупов. Только вот сумка была почти пуста, за исключением трёх неподписанных зелий и трав, что ранее собрал Вик для лечения Рубы.
— Этого не хватит. — Скорбно произнесла женщина, заливая в ротовую полость Солума зелья. После чего, немного поколебавшись, достала ещё одно, но уже из своей сумки. Оно было ярко-красного цвета в очень маленьком флаконе. — Будешь должен, Солум. Уж я-то найду как разыграть карту.
 
Закончив с Солумом, её взгляд упал на эльфа. Пробежавшись по Нероне с ног до головы, её интерес к эльфу улетучился. Организм эльфа очень крепкий и быстро восстанавливается. У Нероны уже было восстановлено дыхание, а значит, её жизнь вне опасности.
— И что мне с вами делать? — возмущённо спросила женщина у пустоты.
Не услышав ответа, она немного постояла в раздумьях. Когда она наконец нашла, как ей показалось, лучший выход, то схватила тело Солума и понеслась к Мимику. Перенести сразу оба тела не представлялось возможным, потому наименее важную персону она оставила на произвол судьбы, спрятав её в ближайших кустах.
Завершив путь до Мимика, девушка сбросила тело Солума в ближайшие кусты. Ей пришлось подождать некоторое время, пока на тело наткнётся кто-то из местных. Когда же она убедилась, что её подопечный вне опасности, поспешила за оставшимся телом. Но, когда она вернулась, под кустом уже никого не было. Девушка осмотрела округу, но так ничего и не нашла. Шанс того, что эльф восстановилась и ушла своими ногами, был минимален. Однако девушку это уже не волновало, она и так сделала больше, чем должна была. Дальше пусть решит судьба. Так решила женщина и, с чувством выполненного долга, вернулась к своим обычным делам.
  
Глава: 12
 
Главная площадь Джизроуса.
Обычно здесь ошиваются всякие торговцы и лиходеи, занимающиеся куплей-продажей товаров, продовольствия, животных, а иногда и не брезгают продажей людей. Однако сегодня атмосфера была иной. Торговцы в спешке убирали свои палатки, освобождая места на большой площади. Покупатели же в спешке её покидали, а людей с чёрной репутацией и вовсе было не видно. А всё потому, что сегодня была обвялена публичная казнь. Алхимики устраивали такие время от времени. Обычно один или два раза в год, но иногда данное событие происходило и чаще.
Мальчик пробирался сквозь толпу крайне занятых людей, большинство из которых его даже и не замечало. Казалось, что в любой момент на юношу может упасть разобранная створка или просто небольшая балка от прилавков. Или же он споткнётся и сломает ногу. А и вот старый, усталый конь встаёт на дыбы из-за чрезмерной жестокости хозяина, в очередной раз ставя мальчишку в опасную ситуацию. К счастью, и в этот раз всё обошлось, но если в следующий раз ему так не повезёт, то обратит ли на это внимание кто-то из этих очень занятых людей? Мальчик даже не задумывался об этом, идя напролом к своей цели.
Пройдя неотёсанную толпу, мальчик подошёл к большой деревянной сцене, возле которой стояли несколько джизов. Мальчик немного испугался, но воспоминания о том, что его отец тоже когда-то работал стражем, придавало ему уверенности. Проглотив немного воздуха, для пущей уверенности, мальчик пробежал на сцену. Джизы его не трогали, потому как за несколько часов до казни, было разрешено разговаривать с заключёнными. Сюда приходили родственники попрощаться или же ненавистники побросать в заключённых оскорбления и продукты человеческой жизнедеятельности.
На сцене послышался зловонный смрад и раздалось частое хлюпанье соплями. Пройдя чуть дальше, мальчик увидел клетки. В каждой находилось от пяти до восьми человек всех возрастов. Все как один голые, грязные и истощённые. Как они сюда попали? Кто-то был пойман на воровстве или убийстве, другие по какой-то причине не понравились важному человеку или ещё более важному алхимику. Сейчас это уже не важно, потому как сегодня решится их судьба. Нескольких из них убьют, других обратят в эльфов, счастливчиков же покалечат и отпустят на свободу.
Просматривая клетки одну за другой, мальчик наконец-то нашёл свою цель. В углу одной из клеток, прижав колени к подбородку, сидела девочка. Несмотря на безвыходную ситуацию, в её глазах продолжал гореть огонь, пускай он и стал бледнее, чем раньше.