Алхимик: проклятая долина (СИ)

— Да! — хором поддержали дети.
Руба на мгновение удивилась, а затем выразительно посмотрела на Солума. Детские голоса также умолкли, а их умоляющие взгляды начали давить на алхимика невыносимой ношей.
— Алхимики — хозяева этих земель, а их доктрина запрещает девять, считая это главным лжеучением мира. Пока член ордена тут, я не смею рассказывать нашу легенду без его согласия. Это то, что называется уважением. Надеюсь, что вы меня понимаете.
«Ага, то есть рассказывать о девяти без моего присутствия, но на моей земле, это хороший тон, любопытно» — подумал Солум, но озвучивать не стал, нечего отнимать кумира у детей, которые, к слову, сразу набросились на алхимика:
— Господин алхимик, пожалуйста!
— Братик, позволь!
— Тебе тоже понравится это история, просто послушай!
— Господин алхимик разрешает. — громко произнёс Солум, попутно слегка улыбнувшись. Ему было всё равно, кто и что рассказывает, главным сейчас было выполнить работу.
Удовлетворившись ответом, Руба прямо с места начала рассказывать древнюю сказку, в которую Солум совершенно не верил.
— Давным-давно. Тысячи… Нет! Сотни тысяч лет назад будто из ничего возникли они — Девять элементов. Тысячи лет они набирались сил пока однажды, они не очнулись от вечного сна. Очень быстро девять заскучали и тогда каждый из них решил создать свой мир. Райдо- элементаль огня, создала мир лавы и красного неба. Эйваз- элементаль воды, создал мир бескрайний, мир океанов и дождей. Йера- элементаль воздуха, создал мир потоков и первую жизнь- маленьких, пернатых птиц. Альгиз- элементаль света, создал пустой мир, полный созерцания и надежд. Зигла- элементаль тьмы осталась в пустоте, это тёмное место её устраивало. Ингуз и Иса, элементали земли и льда, решили объединиться и создали безжизненный мир скал и льда. Уриз- элементаль электро, посмотрев на Йеру, создала похожий мир, но вместо потоков, были бескрайние молнии. И наконец Архей- элементаль природы, посмотрев на своих братьев и сестёр, смог узреть, что во всех мирах есть что-то хорошее, что-то мудрое. Долгое время он не мог определиться, какой мир ему сотворить. И в конце концов, он решился. Архей, превозмогая свою гордость, попросил сородичей, чтобы они помогли ему в создании мира. Остальные элементали, знатно потешив своё самолюбие, отправили частицы себя. Крупицы своих сил, которые смогут жить отдельно от них, но при этом оставаться элементалями. Так Альгиз сотворил голубое небо, Ингуз и Иса дали опору миру, Йера и Уриз создали различные формы жизни, Эйваз дал способ жизни быть самостоятельной, дабы мир мог жить без постоянного вмешательства, Райдо и Зигла дали возможность жизни развиваться, подарив не только тепло и отдых, но и опасность. Быть может, новая жизнь сможет стать лучше нас, сильнее нас, умнее… И наконец Архей, объединив все дары элементалей, взял под крыло частицы своих сородичей, и наконец создал его, идеальный мир — Финикс. И так продолжалось тысячи лет. Счастливый, равноправный мир. Девять правили справедливо и честно, а их дети, великие звери, помогали им в их начинаниях. Пока однажды, один человек не решил, что стал сильнее, умнее и лучше элементалей. Он собрал армию, подобную по силе богам. И затем нанёс подлый, сокрушительный удар. Девять пали. С тех пор возникла святая Империя. С тех пор человек, убивший девятерых, называется Богом. Богом правосудия — Виктима.
— Сестрёнка великие звери, кто они? — задали свой вопрос дети.
— Главная гордость каждого элементаля, их высшее дитя. Водная гидра, земляной дракон, огненный феникс, воздушный змей, фея жизни, ледяной грифон, электроволк, древний энт. А также мой старший брат, дитя Зиглы — кот Баюн. К сожалению, они также пали во время великой войны, а подлый Виктим пленил остатки их сих, создав орден девяти ангелов, который существует до сих пор.
— А они были сильными? Как они погибли? Что они могли? Зачем Виктим убил их? — вопросы сыпались на Рубу один за другим, она просто физически не могла ответить на каждый. Однако, вскоре пришло спасение. Руба увидела уставшего старосту Уму, вместе с ним шли несколько девушек, а также мальчишка Калеб. Каждый из них нёс небольшой поднос, на котором лежало что-то непонятное.
 
Первым делом пищу раздали старикам и женщинам, затем очередь дошла до мужчин, и в самом конце оказались дети с Солумом и Рубой. Когда Солуму дали объедки, а именно так можно было назвать тот маленький кусочек чёрствого хлеба, что ему выдали, он вспомнил детство. Раньше Солум часто так питался, и если бы не помощь Нероны, возможно, он бы и не дожил до своих лет. Солум посмотрел Калеба, который вновь присоединился к ним, и не думая сунул ему хлеб в руку. У алхимика пока были некоторые припасы и он не собирался брать ничего лишнего у деревни. Руба, заметив это, удивлённо посмотрела на алхимика, а затем с доброй улыбкой на лице также отдала свой хлеб.
Закончив столь скудный завтрак, детвора разбежалась, оставив Солума с Рубой наедине.
— Теперь мы можем обсудить сильфов? Просто скажи, где кладбище и я осмотрю его.
— Мы туда обязательно сходим, только вот путь до туда займёт часов восемь, без ночёвки не обойтись. Потому лучше идти утром. Ты же завтра не будешь спать до полудня?
— Восемь часов? Это каким образом? Они что, каждый раз несут тело покойного в течение восьми часов?
— Приходится, это общее кладбище для нескольких окрестных деревень. Они соорудили там алтарь девяти элементалей, дабы орден не докапывался. Формально они не верят в девять, и орден спокоен. Ну а на кладбище, что находится глубоко в лесу, закрывают глаза. Некая отдушина для народа. И этот народ, чтобы не рисковать, сделал её общей. На самом деле я тоже хотела туда сходить, но одна, если честно, боялась.
— Жрица ночи боится нежити? Вчера мне показалось иначе.
— Я боюсь не нежити, а тех, кто её призвал. Я не верю, что это проклятие. Здесь не было предпосылок для возникновения тёмных энергий, вызванных страданиями.
— Раз ты даже на кладбище не была, то ответь честно: ты хоть что-то знаешь?
— Нет.
— Может, тогда кто-то ходит за барьер? Охотники, например?
— В деревне трое охотников и знаешь что? Единственного, кто выходил за барьер, ты вчера уложил. Только он тоже далеко не отходит. Примерно в трёх часах ходьбы есть охотничья сторожка, дальше идти он не смел. С его слов по крайней мере.
— Руба, а как ты здесь оказалась, можно узнать? И ещё, откуда у тебя эти перчатки, этот артефакт явно тебе не по статусу, такое большое количество энергии тьмы, в них заточён сильный элементаль, да и пользуешься ты ими не очень умело.
Жрица неуверенно потеребила свои перчатки, но вскоре набралась смелости.
— Мне скрывать нечего. Как ты мог заметить, я жрица храма ночи. Я должна стать следующей настоятельницей храма, но у меня не хватает опыта. Почти всю сознательную жизнь я провела в стенах храма. И вот, настоятель даёт мне задание, похоронить нескольких завсегдатых. Людей ограбили по дороге к дому, а затем убили. Страшное зрелище. Хотя даже так лучше, чем вид растерзанных после сильфов. В общем, настоятель, узнав о бандитах на пути, выдал мне единственный артефакт храма, для самозащиты. Я всё равно унаследую его, когда стану настоятельницей, потому это не было чем-то странным.
— Не проще было приставить охрану, если так печётся?
— Я жрица, я не могу ходить с солдатами. Если даже я, кому покровительствует Зигла, боюсь мира, то что можно сказать о простых людях?
— Допустим. А в Мимике ты что забыла?
— Моё задание было в деревне Тильда, она находится прямо за границей, здесь недалеко, неделю пути. И там меня нашёл человек, он попросил помощи, рассказал о происшествии. Как я могла отказать? Даже если это не моя страна, здесь тоже есть люди, и они нуждаются во мне.
Солума заинтересовала личность человека, что провёл её сюда. Возможно, это большой заговор и главная цель даже не сам алхимик, а девушка, которая стоит перед ним.
— Попросил человек? А это, случайно, была не женщина?