Из России с любовью (СИ)

— У тебя от крио что-то странное со вкусовыми рецепторами, котик, — сказал Брок. — Я соленый.
— Сладенький, — протянул Баки и широко лизнул Брока щеку.
— Что, я в коктейле вымазался? — удивился Брок. — Котик, будь сдержаннее, тут дети, и нам нельзя попадаться копам.
— Хорошо-хорошо, — мурлыкнул Баки, что означало еще какую-нибудь выходку. — А какая нам нужна смазка? Я, кстати, понятия не имею, где тут искать магазин интим-товаров. И Амир мне вряд ли подскажет.
— Бак, ты можешь себя менее вызывающе вести? — попросил Стив. — Мне стыдно, на нас же люди смотрят.
— Но я же тебя взасос не целую, — резонно заметил Баки, решивший обидеться, что ему обламывают всю малину. — А дети… Они на нас не смотрят.
Дети не смотрели, они откровенно пялились, показывая на них пальцем, похоже, завидуя такому количеству еды, в котором было и мороженое, и пирожки.
— Да, дети на нас просто таращатся, — согласился Брок. — В аптеку зайдешь. Не переломишься.
— И что я там, в этой аптеке, скажу? — резонно поинтересовался Баки.
— Что тебе нужны презервативы и анальная смазка на водно-силиконовой основе. Ты правда думаешь, что ты единственный в этом городе, кто практикует анальный секс? — удивился Брок.
— С чего ты взял, что я так думаю? — удивился Баки. — Это, скорее, Стив так думает. Да, Стиви?
— Баки, — укоризненно протянул Стив, но по его лицу было видно, что о чем-то похожем он размышлял.
Стив все никак не мог привыкнуть к тому, что сейчас можно мужчине любить мужчину, что их не просто не осудит общество, а не осудят по закону. Что сейчас можно просто идти, держа за руку своего любимого, но самое странное, что ты получишь — косой взгляд, и не больше.
— Тогда доедайте и пойдем за шмотками, — сказал Брок. — Нечего дразнить африканских детей американскими пирожками.
— Вот чего ты нас гонишь? — обиженно спросил Баки.
Стив заметил, что он стал практически такой же, как был раньше, до Азанно, до всего этого. Эта лукавая улыбка, какой-то бесовский блеск в глазах и эмоции, которых практически не было в России, сейчас пробивались, словно зеленая трава весной.
— Нет, ну если ты не хочешь сегодня потрахаться, можешь не спешить, — оскалился Брок.
— Да вы без меня вообще потрахаться не сможете! — обиделся Баки. — Вот спорим, хуй вы без меня чего купите!
— Мы стойкие. Мы выдержим, — сурово, по-капитански, сказал Стив.
Брок кивнул и выпрямил спину, как перед высоким начальством.
— Ну вот и выдерживайте, — Баки обиделся и отвернулся, хотя ссора была явно на ровном месте и от того, что кому-то внезапно не хватило приключений.
— Бак, вот чего ты вы… пендриваешься? — спросил Стив. — Думаю, моего французского хватит, что купить то, что нам нужно.
— Вот и купи, а я посмотрю, — высоко поднял голову Баки.
На самом деле ему банально хотелось, чтобы его признали незаменимым, самым любимым и прочая-прочая, но в силу природного идиотизма, который иной раз нет-нет да проявлялся, он не мог просто об этом сказать.
— Котик, ну куда мы без тебя? — спросил Брок. — Бросишь нас?
— Что, даже не хотите узнать, способен ли я на простую покупку? — обиделся Стив.
— Ну давай, чтобы ты сказал провизору? — предложил Баки. — Скажи мне.
Стив понял, что Баки спор выиграл. Ему не хватало пары слов и силы духа, чтобы попросить купить подобное.
— Ладно, без тебя никак, — согласился Стив. — Бак, я же люблю тебя, ну чего ты?
— Я тоже тебя люблю, — мягко улыбнулся Баки погладил Стива по щеке. — Просто дурачусь.
Стив только хмыкнул, успев прижаться к живой ладони, пока Баки не убрал руку, и просто улыбнулся и ему, и Броку.
***
Все магазины в Касабланке закрывались вскоре после заката. Работали только кафе — с музыкой и без.
— В хостел? — спросил Брок, переодевшийся во все новое, кроме белья.
Оказалось, в Марокко производили одежду европейского образца, и стоила она здесь куда дешевле, чем в России, в пересчете на доллары.
— А давайте пойдем к океану? — предложил Баки, и Стив тут же с ним согласился, энергично кивнув. — Может, даже искупаемся? А потом придем домой и будет тебя, сладенький, трахать до потери сопротивления и всякой связной мысли.
  
— Я с Баки согласен, — сказал Стив и прихватил Брока за ягодицу.
Ему тяжело давалось подобное, но он уже понял, что в это время можно трогать своего партнера не только в вашей общей спальне.
— Давайте, — согласился Брок. — Только в хостел надо к полуночи вернуться.
За полчаса они добрались до пустынного в это время суток пляжа. С океана дул прохладный ветер, за спинами маячили огни города, но здесь все было как в первобытном мире: луна над головой и яркие звезды, невероятно яркие, еще ярче, чем в Турции. Баки аккуратно взял за пальцы Брока и Стива. Тут никого не было, и некого было стесняться, поэтому они просто шли и шли себе, наслаждаясь покоем чужой страны.
На Брока внезапно нахлынуло такое всепоглощающее чувство любви к ним обоим, что сердце затрепетало. Он все был готов отдать за то, чтобы быть с ними вот так всегда.
Внезапно Баки остановился очень резко и задержал и Брока, и Стива на месте.
— Не знаю сколько, — тихо сказал он, — но спереди и сзади подходят. Не думаю, что это мирные люди.
Стив безмолвно развернулся, готовый отражать любую угрозу. Они с Баки встали так, чтобы закрывать собой Брока, даже не сговариваясь об этом, просто задвинули за свои спины.
— Парни, если что, я тоже помахаться хочу, — шепнул Брок.
— Хочет он, — проворчал Баки. — А синяки с рожи сколько сходить будут?
— А то вы меня из-за бланша под глазом любить перестанете?
— Хватит, — тихо и коротко сказал Стив, но так, что пререкаться тут же расхотелось даже Баки. — Кажется, их шестеро. Трое спереди и трое сзади.
— Да, — подтвердил Баки, услышав ровно тоже самое.
— Эй, туристы, — на английском с французским прононсом обратился к ним какой-то парень, в темноте было сложно разобрать, кто там именно, но они подходили все ближе. — Это мой пляж, и за прогулки по нему надо платить, понимаете, о чем я?
— Ну плати, — ответил Брок, разминая плечи. — Я недорого возьму.
— Ты не понял, дедуля, — все так же говорил первый, — это ты мне сейчас заплатишь.
Баки со Стивом стояли, готовые отразить любую атаку, но переговоры предоставили вести Броку.
— Детка, у тебя денег столько нет, чтобы мне заплатить, — сверкнул зубами в лунном свете Брок. — Ну что ты там мнешься, подходи, отсчитывай.
Говорящий с ними парень отдал какую-то команду на французском, и вся банда, более не желая упражняться в высокой словесности, ринулась в бой, повытаскивав блеснувшие в свете луны и звезд острые предметы, похожие на ножи.
Стив с Баки отреагировали мгновенно, каждый взял на себя двоих нападавших, которым Баки просто переломал руки, от чего по пляжу разносились жуткий хруст и вопли пополам с блеяньем. Стив отоварил своих молодчиков без травм, но так хорошо, что те готовы были уползать от него, чем и занимались.
Брок дрался ногами — любил он это дело и умел. Но давно не практиковался. Одному он сломал челюсть, второго пнул в колено.
— Сволочи! — выругался он, отбирая ножи и обшаривая карманы. — Такую прогулку обломали!
Баки уложил всех поверженных врагов лицом в песок, даже тех, кому сломал руки, и разодрал на заднице штаны ровно по шву вместе с бельем. И популярно на родном языке ребят объяснил им, почему не нужно нападать на трех мужиков темной ночью. Кто-то молился, кто-то рыдал, уверенный, что их сейчас убьют, кто-то молчал, но был весело.
— Ну что, — спросил он Брока, забирая и кроша в обломки красивые, искусно сделанные ножи, — отпустим, или они тебе еще должны?
— Да пусть лежат мордой в прибой, кайфоломы, — Брок был очень недоволен. Вечер перестал быть романтичным. — Карманы проверил?
Баки шмонал карманы, а Стив стоял в стороне, он считал, что они поступают неправильно, но молчал, не собираясь обсуждать случившееся при свидетелях.