Из России с любовью (СИ)

— Кто претендует на торт? — лукаво спросил Баки, и Стив почувствовал, что делиться тот не собирается. — А шампанское можно, да? Хочу торт с шампанским. Никогда не пробовал ничего подобного, а девушкам, с которыми я встречался, нравилось. Можно мне, Брок?
— Можно, — улыбнулся Брок. — Только это игристое, не шампанское. И в Бруклине у вас я вообще не знаю, что было.
Он ополоснул себе кружку, заварил себе в ней три пакетика черного чая и устроился за столом, наблюдая, как Баки ест торт столовой ложкой, запивая его игристым вином из своей любимой кружки с парусным корабликом.
Несмотря на ревность Стива, своенравность Баки и общую абсурдность ситуации, Броку нравилось это состояние безвременья. Они все понемногу сближались, а то, что эта миссия не требовала стрельбы и питания армейскими пайками, придавало происходящему ощущение пусть странного, очень экзотического, но отпуска. С Капитаном Америкой под боком каждую ночь. Утром Брок старался встать пораньше, чтобы подрочить во время утреннего душа. Барнс спал в отдельной комнате, и чем он там занимался, Брок не знал и знать не хотел.
Баки ел торт молча, сосредоточенно разглядывая каждый отломленный ложкой кусок. А вот не думать ни о чем не получалось. Он поглядывал на Стива и Брока, которые, казалось, зорко следили за ним, хотя Стив уплетал корейские салаты, а Брок пил кофе.
— И чего вы такие напряженные? — спросил Баки, прикончив половину трота.
Стив подавился морковкой по-корейски от неожиданности, но ничего не сказал. Он просто не знал, как объяснить то, что творилось у него в душе.
— Стив ревнует тебя ко мне, — объяснил Брок. — Я не знаю, как ему объяснить, что это бессмысленно. А это плохо, потому что внутренних напряжений в команде быть не должно.
— Стиви? — удивился Баки. — Ревнуешь? Зачем? Я же люблю тебя.
— Баки… — Стив не знал, что сказать, — я… я очень тебя люблю. Очень-очень.
— Но и Брока я тоже люблю, — меланхолично ответил Баки и посмотрел на Брока, а потом снова на Стива.
Стив открыл рот, не зная, что сказать по этому поводу. Он даже не знал, что по этому поводу думать, так подкосило его это признание Баки. Он посмотрел на Брока, словно искал поддержки.
— Я тоже люблю вас обоих, — спокойно сообщил Брок.
— Вот, Стив, тебя Брок тоже любит, — улыбнулся Баки.
— Я не могу так просто… — Стив оторвался от еды, опустив глаза. — Давайте спать уже.
Брок хмыкнул и принялся убирать со стола.
— Баки, торт доедать будешь?
— Буду, — Баки пододвинул торт к себе поближе. — А вы идите спать, мало ли, что завтра случится…
— Ну ты прямо обнадежил, — сказал Брок и взялся за мытье посуды.
Проблема стирки решилась внезапно и просто: Стив нашел под ванной пыльный эмалированный таз, остатки стирального порошка и перестирал все грязное, повесив над ванной — там были специальные веревки. Так и пошло. Брок иногда про себя хихикал, что его грязные трусы стирает Капитан Америка, но вслух не комментировал.
Пока Брок мыл полторы тарелки, которые они успели запачкать, Баки доел торт, умудрившись уляпаться в нем по самые уши, и пошел умываться. Выйдя из ванной, Баки зашел к себе в комнату, прихватил одеяло с подушкой, и пришел в большую спальню, где Брок и Стив лежали, отвернувшись друг от друга, оба на самом краю кровати, чтобы, не дай бог, не коснуться друг друга.
И хотя никто еще не спал, Баки все равно залез в кровать между ними очень аккуратно, положил подушку и только пристроился лечь, как Стив дернулся встать и уйти.
— Лежать, — тихо, но веско сказал Баки и улегся, обняв Стива живой рукой.
Стив замер, перестал дышать, вдруг Баки сейчас уйдет, но внутри все пело: Баки пришел к нему сам, обнимает его, и никакой Брок им не мешает.
Брок замер на мгновение, осознавая ситуацию, а потом сел, чтобы уйти во вторую комнату. Его не приглашали на воссоединение самой легендарной гей-пары двадцатого века.
— Лежать, — мягко рыкнул Баки, завел руку, до этого обнимавшую Стива, за спину и, прицельно нащупав руку Брока, потянул на себя.
— Ты офигел? — спросил Брок, плюхнувшись обратно на кровать.
  
— Нет, — ответил Баки, не совсем понимая, чего Броку не так. — Тебя что-то не устраивает? А тебя, Стиви?
Баки хотел спать с ними обоими. Он хотел чувствовать чужое тепло ночью, и днем тоже, хотел не просто на словах, хотел всем собой почувствовать то, что они говорили ему.
— Все хорошо, Баки, — мягко ответил Стив, забрав за ухо его растрепанные волосы. — Все хорошо.
Сейчас, когда Баки был так близко, Стиву было глубоко плевать и на Брока, и на весь мир, лишь бы Баки был рядом. Как же он тосковал по нему, как убивался после его смерти, как ждал сейчас, что он придет в себя, и они снова смогут быть вместе. А Брок… Стив готов был и на Брока, если рядом будет Баки.
— Может, тебе второе одеяло купить? — с тихой тоской спросил Брок, устраиваясь рядом с Баки поудобнее.
— Я не хочу второе одеяло, — вздохнув, сказал Баки. — Я хочу чувствовать вас рядом. Обоих. Мне нельзя?
— Можно, — Брок мазнул его губами по виску. — Все тебе можно, детка.
Баки взял руку Брока и заставил его обнять себя, прижаться теснее к его спине, а сам подгреб под себя Стива, который вообще не сопротивлялся. Он был готов на все ради Баки.
— Спите, — приказал Баки, закрывая глаза, — я люблю вас.
========== 15 ==========
Утром Брок, как обычно, подскочил первым и унесся в ванную, чтобы не светить своим стояком. Он всю ночь спал, прижимаясь к великолепной заднице Баки, вдыхая запах его волос, и порнуха ему снилась самая разнузданная. Сейчас Броку нужно было срочно подрочить.
Баки проснулся, как только почувствовал спиной пустоту, прислушался к утренней тишине, которую разрушал Брок льющейся в ванной водой. Но и за шумом воды Баки мог различить, что там происходит. Он улыбнулся и потормошил Стива.
— Доброе утро, — тихо сказал он, и Стив, не глядя, притянул его к себе для легкого утреннего поцелуя.
— Доброе, — так же тихо отозвался Стив.
Ему сейчас было хорошо. Так хорошо, как не было уже очень давно, казалось, целую жизнь. Баки снова был с ним, снова был рядом, и даже наличие Брока не омрачало это счастливое утро.
— Чего хочешь к чаю? — спросил Баки. Он повадился каждое утро ходить в ту небольшую пекарню и скупать почти все, что уже было готово.
— Тебя, — улыбнулся Стив, открывая глаза. — Я хочу тебя, Бак, а остальное не важно.
Баки сжал стояк Стива через одеяло, и рот тут же наполнился слюной от желания взять этот член в рот. Баки безумно любил отсасывать Стиву по утрам, особенно когда они только начали быть вместе. Стив всегда жутко смущался своего желания, впрочем, как и сейчас, он не давал Баки забраться к нему под одеяло, но тот выиграл этот неравный бой, откинув его, стащил белье, высвобождая из ткани крупный, красивый член, истекающий смазкой.
Баки игриво посмотрел на Стива и заглотил, как умел только он, сразу беря до горла. Стив застонал, не в силах сдерживаться, и сейчас ему было наплевать на всех вокруг, пусть слушают, как ему хорошо.
А было безумно хорошо, так, что пальцы на ногах поджимались, а перед глазами мелькали черные мушки. Стив подавал бедрами, трахая Баки в рот, а тот только урчал, надрачивая свой член.
Стива хватило ненадолго. Баки заурчал, завибрировав горлом, и Стив понял, что больше не выдержит. Он излился в рот Баки с протяжным стоном, весь мелко подрагивая, чувствуя, как Баки вылизывает его член, как часто-часто двигает рукой, доводя себя до разрядки.
Баки кончил, чувствуя, как по телу словно жаркой волной разливается наслаждение, такое невероятное, обжигающее, застящее всё и вся. Он повалился рядом со Стивом на кровать и просто дышал.
— Я люблю тебя, Стиви, — с шалой улыбкой на губах сказал Баки. — Очень люблю.
— Я тоже люблю тебя, — отдышавшись, отозвался Стив.
В кухне на плите что-то зашипело и по квартире разлился запах подгоревшего кофе. Было слышно, как матерится по-русски Брок.