Милая обмащица

– Джулиан.
Напряжение в лоне нарастало. Ничего подобного Касс еще не доводилось испытывать. Губы Джулиана продолжали терзать ее губы, а его палец – описывать чувственные круги вокруг средоточия ее страсти. Касс стиснула зубы. Ее лоб прорезали складки. Она с силой потянула Джулиана за шею и неистово впилась в его губы.
– Джулиан! – выкрикнула она, когда по ее телу начала разливаться восхитительно сладкая волна наслаждения.
Касс медленно возвращалась к реальности, продираясь сквозь пелену чувственного тумана. Еле слышно выругавшись, Джулиан резко отстранился, и Касс сразу же лишилась тепла его тела. Джулиан сел на диван, в то время как она силилась расправить сбившиеся в кучу юбки.
Наконец Касс тоже села и коснулась кончиками пальцев припухших губ. Потом дотронулась до прически. Ее волосы пребывали в совершеннейшем беспорядке, как и мысли. Если бы Джулиан пожелал, она отдалась бы ему прямо здесь, посреди гостиной. Касс не испытывала никаких сомнений на этот счет. И она была немного разочарована, что Джулиан не…
– Уходи. Сейчас же, – процедил он сквозь стиснутые зубы.
Касс потянулась к нему, сгорая от желания провести рукой по его спутанным волосам.
– Джулиан, я…
Однако Свифт перехватил ее руку.
– Уходи. Не представляю, о чем я только думал.
Касс судорожно вздохнула, поднялась с дивана и пригладила юбки дрожащими руками.
– Уходи! – в последний раз потребовал Джулиан.
Касс развернулась и выбежала из комнаты.
 
Глава 38
 
Проклятье. Апплтон тоже здесь. Джулиан прошел в главное помещение клуба «Брукс», стараясь не обращать внимания на будущего графа. Апплтон был членом клуба. Как он мог забыть?
Клуб оставался таким же, каким помнил его Джулиан. Душным. Утопающим в сигаретном дыму. Полным раскормленных джентльменов с кучей денег, обладающих слишком большим количеством свободного времени, чтобы разглагольствовать о вещах, в которых они совершенно не разбирались. Например, о войне.
С того самого момента, как Джулиан переступил порог клуба час назад, он только и делал, что отвечал на вопросы любопытных, желающих знать о его жизни на войне. При упоминании о ранах в глазах его собеседников вспыхивал хищный огонь. Более всего их интересовало, каково это – находиться на грани жизни и смерти. Он бы рассказал им… Да только вот ему больше не хотелось обсуждать это. Никогда.
Джулиан занял место за карточным столом вместе с несколькими джентльменами. Апплтон не заставил себя ждать. Войдя в зал, он прямиком направился к Джулиану и встал у него за спиной.
– Что вам нужно, Апплтон? – процедил Джулиан сквозь зубы и прищурился.
Апплтон опустился на стул рядом с ним и неспешно закурил сигару.
– Я думал, вы меня не заметили, Свифт. Хотя я пытался заговорить с вами.
– Прошу прощения, но сейчас я не в том настроении, чтобы вести беседы, – Джулиан натянуто улыбнулся.
Апплтон вскинул бровь.
– Стало быть, вы меня все же заметили.
– У вас какое-то дело ко мне? – Джулиан потянул за манжеты.
Сегодня ему меньше всего хотелось тратить время на пустые разговоры с Апплтоном. После того, что случилось вчера на балу, Джулиан пребывал в самом дурном расположении духа. Именно так сказала Дафна. По пути домой она заявила, что еще ни разу в жизни он не был столь неприветливым. И Джулиан был готов с ней согласиться.
Проклятье. Он не должен был касаться Кассандры даже пальцем. Не говоря уже о всех десяти. Он всего лишь собирался сказать, что им нет нужды избегать друг друга, а вместо этого повел себя, как настоящее животное. Прикосновения к Касс были своего рода изощренной пыткой, о коей французы даже помыслить не могли. Джулиану потребовались недюжинные усилия, чтобы не сорвать с себя бриджи и не взять Касс прямо там, на диване, в разгар бала. О чем он только думал?
Ответ очевиден. Он вообще не думал. Когда Касс протянула к нему руку, а он повысил на нее голос, в ее глазах читалась такая боль. Как же он ненавидел себя за это! Но, по крайней мере, Джулиан поступил правильно, отпустив Кассандру. Она считала его совершенством. А ему было ох как далеко до идеала. Свифт поцеловал Кэсси, а потом сильно ее обидел. Одно это свидетельствовало о том, насколько он на самом деле испорчен. Джулиан совершил ошибку и теперь будет вынужден с этим жить. Поэтому сейчас ему совершенно не хотелось выслушивать обвинения Апплтона. Джулиану хватало своих собственных.
  
Апплтон выпустил изо рта струйку дыма.
– Перейду прямо к сути.
– Сделайте одолжение.
– Не причиняйте ей боли, Свифт.
Джулиан заскрежетал зубами. Ему хотелось ударить Апплтона. Что будет, если он удовлетворит это желание? Его наверняка вышвырнут из клуба. Не слишком большая потеря. Только вот Джулиану не хотелось бы, чтобы об этом узнал Веллингтон. Поэтому он глубоко вздохнул, чтобы взять себя в руки.
– Не причинять ей боли? Забавно это слышать. Особенно из ваших уст.
Апплтон внимательно посмотрел на Джулиана.
– Вы не знаете, какой обладаете над ней властью.
«А она не знает, какой властью обладает надо мной».
Джулиан понизил голос, чтобы его не услышали остальные присутствующие:
– Мне стоило догадаться о том, что между вами что-то происходит, еще в тот вечер, когда я увидел вас выходящим из библиотеки. – Он чуть не занялся с Кэсси любовью на диване в чужом доме, зная, что она помолвлена с Апплтоном.
Апплтон прищурился.
– На что это вы намекаете?
– А теперь вы еще повсюду ее сопровождаете. Полагаю, скоро все мы услышим о помолвке.
Апплтон откинулся на спинку стула и выпустил изо рта еще одну струйку дыма.
– Если б я не знал, как все обстоит на самом деле, Свифт, я бы подумал, что в вас говорит ревность.
Джулиан хлопнул ладонью по столу.
– Не стоило утруждаться и приходить сюда, чтобы предостеречь меня, Апплтон. Я не намерен с ней больше встречаться. Никогда.
 
Глава 39
 
Письмо пришло ровно в десять часов утра. Дворецкий принес его прямо в столовую, где Касс безуспешно пыталась изобразить хризантему в вазе, которая, скорее, напоминала размытое желтое пятно, а не чудесный осенний цветок. Поэтому Касс несказанно обрадовалась возможности переключить внимание на что-то другое. Рисование так и не помогло ей забыть о происшествии с Джулианом, которое она вновь и вновь прокручивала в памяти в мельчайших подробностях. Касс взяла письмо с серебряного подноса и некоторое время смотрела на него, прежде чем сломать печать. Она сразу же узнала красивый витиеватый почерк Дафны Свифт.
«Леди Кассандра, я считаю своим долгом объяснить вам свое странное поведение. Прошу вас, встретьтесь со мной в парке в пять часов на тропинке возле розовых кустов. Мне очень нужно с вами поговорить. Дафна Свифт».
 
Касс сдвинула брови, а потом перечитала письмо еще два раза. Почему Дафна хотела с ней встретиться? Касс показалась довольно странной попытка молодой девушки выскользнуть из дома через окно, но она и представить не могла, чтобы у Дафны была на то какая-то веская причина. Может, она попала в беду? В любом случае Касс не могла оставить без внимания такое письмо. Ей всегда нравилась Дафна. Они были подругами. Поэтому Касс решила непременно поехать на встречу.
Ровно в пять часов Касс в амазонке цвета сливочного масла въехала в парк верхом, взяв в сопровождающие только грума. Она решила не брать с собой мать или одну из служанок на случай, если Дафна захочет оставить эту встречу в тайне. На самом деле леди Морланд была уверена, что ее дочь отправилась спать.
В условленном месте возле розовых кустов Касс натянула поводья. Они с Дафной уже катались верхом по этой тропинке и не раз отмечали красоту окаймлявших ее роз. В этом месте тропинка сворачивала в сторону и вела к небольшому озеру. Здесь было очень красиво. Пестрые листья опадали с деревьев и мягко шуршали под копытами. От прошедшего недавно дождя земля стала мягче и пахла прелой листвой и грядущими заморозками.