Твое сердце – лед

Раздается громкий истерический смех, и мы все, как по команде повернув головы, смотрим в одну сторону. Милана смеётся, никак не может остановиться. Хлопает ладонями по столу.
От ее смеха только мороз по коже… Жуткое зрелище.
– Что с тобой? – Константин подходит к своей дочери.
Он расстроен.
Наверное, не такого эффекта он ожидал после того, как объявил, что у него появилась ещё одна дочь. Да, честно говоря, такой странной реакции даже я не ждала.
Максим подходит к Милане и выводит ее из-за стола под локоть, заключая:
– У неё истерика. Мы уйдём. Ужинайте без нас.
Он держит ее за плечи, они проходят мимо нас.
Я первый раз вижу их вместе, вижу их взаимодействие… И дураку понятно: у них тёплые отношения друг с другом.
Отвожу взгляд в сторону, чтобы не смотреть им в спину, – сердце неприятно сжимается. Теперь мне ясно, почему он пошёл у нее на поводу для моего соблазнения. На все готов ради младшей сестрёнки… Я кручу головой, как будто отмахиваюсь от непрошеных мыслей. Вот черт: ведь не собиралась вспоминать сегодня его обман!
– Извините, я не понимаю такой реакции. – Константин разводит руки в стороны и поворачивается к нам. – Я сейчас за ними схожу, все исправлю.
– Не надо, – останавливает его моя мама. – Это нормально, им просто нужно время, чтобы привыкнуть, а потом все будет хорошо.
Я закатываю глаза: уж не по мне ли она судит? Одно дело я, которая решила поддержать маму, – и совсем другое Милана и ее мажор-братик, которые никого не ценят.
Мы садимся за стол, перед нами ставят уйму тарелок очень вкусной и красиво сервированной еды. Сидим как в дорогом ресторане. Мама и Константин улыбаются друг другу.
– У вас каждый день такие ужины? – удивляется мама.
– Нет, я попросил повара приготовить что-нибудь необычное для особых гостей, – объясняет Константин и переводит взгляд на меня: – Если бы ты знала, Катя, как я рад, что вас нашёл!
– Вы не особо-то нас искали, – бурчу я, и мама толкает меня коленкой под столом.
– На самом деле искал… – вздыхает хозяин этого большого дома.
Ага, ага. Так я ему и поверила.
Ужинаем молча. Еда вкусная, но не лезет в рот. Чувствую себя отвратительно в этом дорогущем доме, по-другому и не скажешь. Вот как, значит, Максим обедает, завтракает и ужинает.
Встаю, спрашиваю, где тут туалет. Домработница радостно изъявляет желание меня проводить.
Мы идём по коридору, поворачиваем направо. Тут как будто из-под лестницы выскакивает Макс и, преграждая нам путь, говорит:
– Дальше я сам провожу нашу гостью, иди, Света.
Домработница кивает и разворачивается, чтобы уйти. Я борюсь с желанием схватить ее за руку, остановить. Сама себя одёргиваю. Глупости какие… Не боюсь я его. Да, нестандартная ситуация, но не бандита же я встретила в подворотне, а всего лишь бывшего парня.
Скрещиваю руки, спрашиваю:
– Давно тут караулишь?
– Давно ты знаешь? – отвечает он вопросом на вопрос. Я приподнимаю бровь.
– Знаю о чем?
Макс хмыкает:
– Поверить не могу, как интересно получается: мой отец мне неродной, зато, оказывается, родной тебе… Не поверю, пока не получу доказательства… Что-то здесь нечисто. Сделаешь тест ДНК.
– Размечтался! – бросаю я.
Макс делает несколько шагов вперёд и припечатывает меня к стене. Я толкаю его в грудь, чтобы отошёл:
– Я сама этому не рада! Никакого теста делать не нужно… Я этого человека никогда своим отцом считать не буду. Когда мама с ним разведётся, мы обе его забудем.
Максим начинает почти искренне улыбаться.
– Ещё пожениться не успели, а уже «когда разведутся» у тебя. Как интересно. Я тебя, Катя, вообще не знаю, оказывается.
Вскидываю подбородок вверх:
– Так и есть. Как и я тебя…
Некоторое время мы молчим, а затем он спрашивает:
– Может, расскажешь, как так получилось, что ты его дочь?
Мне вдруг становится невыносимо тесно, хоть Максим и сделал два шага назад… Я вдруг подумала, что, если бы не эта встреча наших родителей, мы бы тут не разговаривали. Мы бы вообще больше не увиделись. Но больше всего меня огорчает то, что я расстроена от осознания этого факта.
  
Сама не пойму, почему расстраиваюсь.
– Не хочу тебе ничего рассказывать, у отца потом спросишь. Где туалет? Проводишь или нет?
Парень хмыкает и показывает рукой:
– Вон туда.
Я разворачиваюсь, собираясь уже уйти в нужном направлении, как Максим произносит:
– Смотри, как быстро адаптируешься, ведёшь себя уже как дома… Что, сестренка, скоро жить вместе будем?
Меня всю передёргивает от его «сестренка». Хочу прошипеть ему, что «любимая сестричка» у него уже есть.
– Ещё увидимся! Пока, – бросает он мне в спину.
Голос такой веселый. Смешно ему, значит! Я не знаю, что ответить на эти слова, поэтому просто следую до туалета, не оборачиваясь.
В туалете первым делом бросаю взгляд на себя в зеркало: щеки горят нездоровым румянцем. Как мне не хочется здесь жить… в этом ужасном доме, видеться с ними со всеми.
Может, свадьба мамы все же не состоится и мне не придётся проходить через весь этот ад?
Я давно не ребёнок, но в голове возникают ужасные пакостливые мысли: может, сделать так, чтобы свадьба не состоялась?
  
Глава 36
 
Катя
 
Визажист сильно задерживается. Мама расстроена.
– Ну что ж, все равно гостей почти не будет на свадьбе, накрашусь сама, – вздыхает она и берет косметичку в руки.
– Хочешь, я тебе помогу? – спрашиваю я.
– А ты разве, Катя, краситься умеешь?
– Мам, ну, конечно.
– Давай.
Беру основу под макияж, затем наношу тональный крем. Крашу глаза. Мама замечает:
– Как хорошо получается. Я и забыла, что у тебя есть опыт… В обычной жизни ты не красишься. А перед выступлениями всегда.
– Да, перед выступлением положено.
В этот момент как раз появляется мамин визажист и доделывает за меня всю оставшуюся работу. Кажется, она недовольна тем, что я успела сделать, но молчит. Потому что сама опоздала.
Я с грустью осматриваю квартиру с коробками. Мою комнату… Я привыкла к этому месту, пусть это и простая съемная квартира. Она мне нравилась.
Одна я здесь не останусь. Без мамы это место будет казаться пустым.
После того как визажист уходит, мама смотрит в зеркало, поправляет причёску. На ней обычный костюм белого цвета, далёкий от свадебного платья, но все равно сразу видно, что она невеста.
– Мам, не хочется портить тебе такой день, но…
– Что такое?
– Знаешь, я поговорила с Амелией, у них квартира пустует, я могу пожить там.
Мама хмурится.
– Я думала, до чемпионата Европы ты поживёшь со мной…
– Прости.
– Катя, ну, это всего два месяца! Зачем тебе жить одной на съемной квартире? Я буду переживать.
– Я за тебя тоже буду переживать… Но я уже большая. Не хочу. Я только тебе конфликты буду создавать. С Миланой и Максимом.
Мама машет на меня рукой и чуть не пускает слезу, обнимает меня и хлопает по спине. Она не сказала мне «ладно», но я чувствую: мама приняла мое решение.
До этого момента я чувствовала сильную злость: почему я должна жить с ними в этом доме! Она выходит замуж, а не я… Продумала аргументы, прокручивала в уме наш разговор и в итоге дотянула до самой свадьбы и маминого переезда!
И вот сейчас, когда я наконец поговорила с ней, чувствую себя виноватой. Да, всего несколько месяцев до чемпионата. Можно было бы пожить рядом с мамой этот период.
Когда за нами подъезжает машина, мы выходим на улицу. Сегодня обычный вторник, я отпросилась с тренировки на свадьбу мамы… вместе с Миланой, которая отпрашивалась на свадьбу отца. Теперь все знают, что мы с ней типа сводные сестры. Хорошо, что ещё не успели узнать о том, что мы родные по отцу.
Милана все ещё притворяется милой овечкой, не замечает меня на тренировках. Ни слова мне не говорит. Может, она сдалась после проигрыша? Поняла, что соперничать со мной бесполезно?