Таинственный гость

Я сразу же покидаю лобби и мчусь вниз, в помещения для прислуги, где моя свеженькая униформа – только что из химчистки – уже висит в полиэтиленовом чехле на дверце шкафчика; вот и новое начало. Я быстро одеваюсь, прикрепляю над сердцем значок старшей горничной, а потом что-то в углу раздевалки заставляет меня подпрыгнуть аж до потолка.
– Лили! – восклицаю я: та неподвижно стоит в тени возле своего шкафчика. – Ты напугала меня до полусмерти. Моя дорогая девочка, зачем ты здесь сегодня? Я не ждала тебя после вчерашнего переполоха. Почему ты не сказалась больной?
– Потому что я не больна, – шепчет она. – И мне нужно еще кое-что сде…
В этот момент к нам вразвалочку входит Шерил, волоча ноги так, что мне хочется их отрубить.
– Вот ты где, мой цветочек, – бормочет Шерил, заметив прячущуюся в углу Лили. – Вся сияешь и цветешь. Ты сегодня убираешь весь второй этаж, потому что Молли вызвали куда-то еще.
– О чем это ты? – спрашиваю я.
– О, разве мистер Сноу тебе не сказал? Ты нужна ему в «Сошиале». Кажется, насчет сбежавших официантов. Получается, сегодня я над тобой начальница, Лили. Это приказ мистера Сноу. – И она указывает на криво пристегнутый значок на своей внушительной груди. – Взгляните-ка, кто тут снова стал старшей горничной!
Я в смятении, внутри меня все бурлит. Не могу определиться, поправить ли значок Шерил или просто дать ей пощечину.
– Я уверена, что это какое-то недоразумение, – уверяю я Лили. – Сейчас поговорю с мистером Сноу о том, сколь поспешно его решение.
– Чтоб тебя, – бормочет Шерил.
Бабушка всегда говорила: «Сражаться с глупыми нет никакого смысла». Поэтому я просто отстегиваю значок старшей горничной и аккуратно кладу его в свой шкафчик.
– Хорошего дня тебе, Лили, – говорю я ей и покидаю раздевалку, ни словом не удостоив Шерил.
Но, поднимаясь по лестнице, я закипаю, словно чайник.
Я направляюсь в лобби, где на ресепшене стоит мистер Сноу в бархатном черном жилете и аккуратном галстуке с узором из турецких огурцов. Рядом с ним – взъерошенная Анджела.
Направляюсь прямо к ним.
– Я старшая горничная этого отеля или нет? – спрашиваю я мистера Сноу.
Он вздыхает и поправляет галстук.
– Это всего на день, Молли. У Анджелы не вышли на смену три официанта, так что мы в затруднительном положении. Нам нужна твоя помощь в ресторане. А поскольку ты не сможешь приглядеть за уборкой номеров, мне пришлось перепоручить твоих горничных кое-кому.
– И вы выбрали Шерил. Почему вы не посоветовались со мной на предмет управления моим собственным отделом? Мир окончательно сошел с ума? А с официантами что приключилось? Все взяли больничный?
– Больше похоже, что взяли денек успокоить нервишки, – отвечает Анджела. – Похоже, их не на шутку тревожит, что на свободе, прямо в нашем отеле разгуливает убийца.
– Это абсурд! – возмущается мистер Сноу. – Сущая нелепость.
– Да неужели? – отвечает ему Анджела. – Если подкасты меня чему и научили, так это тому, что все самое худшее случается в самых безопасных местах.
Губы мистера Сноу сжимаются, будто он сосет лимон.
– А еще, – продолжает Анджела, – вам не кажется немного странным, что личный секретарь Гримторпа сбежала отсюда вчера, сразу после того, как ее босс сыграл в ящик? Нет, я, конечно, рада, что сегодня она возвращается, но это же… брехня какая-то.
– Откуда тебе известно, что мисс Шарп сегодня вернется? – спрашивает мистер Сноу.
– М-да уж… – качает головой Анджела. – Позади вас коробка, подписанная ее именем.
Мистер Сноу долго поправляет очки, пытаясь выровнять их на переносице.
– Кстати, вы сегодня весь из себя стиляга, мистер Сноу. Молли, он ведь стиляга?
– Несомненно, – соглашаюсь я. – В отеле намечается богатая свадьба? Банкет? Мистер Сноу, почему вы так одеты? – (Мистер Сноу снова окидывает взглядом лобби, уж не знаю, кого или что он там высматривает.) – Мистер Сноу?
– Так что в коробке? – наседает Анджела, и он смотрит на нее боязливо.
– Да так, пара мелочей. После вчерашней суматохи много мелочей осталось… – И он кладет ладонь на крышку коробки, стоящей у него за спиной.
  
– Круто. Люблю мелочи, – говорит Анджела, затем одним махом снимает крышку, резко скидывая при этом руку мистера Сноу, и заглядывает внутрь. – Молли, ты только глянь!
Внутри обнаруживается очень старое издание одного из бестселлеров Гримторпа – «Горничной в поместье», которая, в отличие от вчерашних книг, может похвастать оригинальной обложкой с культовой дверью поместья и замочной скважиной, сквозь которую виден чей-то глаз. Рядом с книгой лежит перьевая ручка мистера Гримторпа, которую я помню по автограф-сессии, а также черный блокнот «молескин» с монограммой и запечатанный конверт «Ридженси гранд» с надписью: «Серене».
– Записка Серене – это от меня, – торопится объяснить мистер Сноу. – В ней я благодарю ее за честь, оказанную нашему отелю.
– Серене? Вы наверняка имеете в виду мисс Шарп. – Я собираюсь разразиться обличительной речью о процедуре должного обращения к постояльцам, но, прежде чем лекция успевает начаться, мистер Сноу прерывает меня.
– Позвольте мне кое-что прояснить, – говорит он. – Серена невинна как младенец.
– В этом отеле невинных нет. Это я и про вас говорю, мистер Сноу, – язвит Анджела, листая роман из коробки, пока не находит страницу с выходными данными. – Вот черт! Это первое издание. Должно быть, тот еще раритет.
– Да. Это так, – признает мистер Сноу. – Мы выставляли его на витрине перед отелем вместе с другими сувенирами из этой коробки, чтобы прорекламировать встречу с мистером Гримторпом. Как бы то ни было, Серена просит все это вернуть.
– Ну-ну. Только черта помяни… – произносит Анджела.
Ведь в этот момент в золотые вращающиеся двери «Ридженси гранд» врывается мисс Серена Шарп. Она сияет, вид у нее совершенно неземной, хотя ее наряд – облегающее бархатное платье черного цвета – дает понять, что она в трауре.
Мисс Шарп оглядывает лобби и замечает отчаянно машущего ей рукой мистера Сноу, после чего направляется к нам. Вблизи я не могу не подметить в ней усталость – или это скорбь? – ярко отразившуюся в темных кругах под ее загадочными голубыми глазами.
– Моя дорогая Серена, – приветствует ее мистер Сноу, – как ваши дела?
– Честно говоря, я все еще в шоке, – отвечает она. – Все так и не могу поверить, что его больше нет.
– Это так понятно, – вздыхает мистер Сноу. – Я выражаю вам глубочайшее соболезнование, и знайте, если вам понадобится плечо в это трудное время, вы всегда можете рассчитывать на меня.
В то, что происходит дальше, мне верится с трудом. Мистер Сноу кладет ладонь на обнаженную руку мисс Шарп. Я собираюсь указать, что это нарушает все мыслимые правила отеля о надлежащей субординации по отношению к постояльцам – правила самого мистера Сноу! – но, прежде чем я успеваю это сделать, мисс Шарп высвобождает свою руку.
– Я хотела спросить, есть ли новости о том, как умер мистер Гримторп? Полиция напала на след? – Ее дрожащий голос звучит так неуверенно.
– Боюсь, что нет, – отвечает мистер Сноу. – Мне сказали, что они получат результаты вскрытия через день или два.
– Вообще-то, – говорю я, – вчера детектив Старк искала вас, мисс Шарп. Ей хочется знать, что планировал объявить мистер Гримторп перед своей кончиной.
– О да, – отвечает та, – детектив оставила на моем телефоне полдюжины сообщений.
– Может быть, вам стоит перезвонить ей, – предлагаю я.
Лицо мисс Шарп каменеет, и она сухо произносит:
– На самом деле я планирую вот-вот поехать в участок.
В этот момент что-то мелькает на краю моего периферического зрения. Обернувшись, я замечаю Лили в самом темном углу лобби, под парадной лестницей между двумя изумрудными диванами. В ее руках – метелочка для пыли. Ради всего святого, почему Лили в лобби, когда должна быть наверху и убирать номера?
– Как долго вы работали на мистера Гримторпа? – спрашивает у мисс Шарп мистер Сноу.