Проект «Папа»

Я открыла рот, но не знала, что сказать. Поэтому снова захлопнула его, надеясь только, что похожа все-таки на компетентного работника, а не на рыбу.
Лидия наклонилась вперед. Я почувствовала волну энергии, исходящую от нее, – напряженной и нетерпеливой энергии.
– Важность этого поручения трудно переоценить. Я вверила вам свою мечту.
Ого! Вот, начинается! Именно сила речей Лидии принесла успех нашей компании. Рядом с ней Жанна д’Арк выглядела бы учеником тамады.
Лидия обогнула стол и принялась вышагивать передо мной. Ее костюм от известного дизайнера деликатно облегал фигуру, на дорогой материи – ни единой морщинки или складочки. Бьюсь об заклад, что этот костюм стоит больше, чем я получаю в месяц, а у нее в шкафу полно таких костюмов.
– Я создавала эту компанию с нуля, своим потом и кровью, не взяв ни единого пенни из капитала отца.
Ее отец был очень богат. Уж я бы точно использовала его деньги.
– Чтобы достичь такого уровня, мне пришлось многим пожертвовать. К сожалению, одна из таких жертв – возможность иметь семью. – Она прислонила к столу свой изящный зад. Даже если я буду по три часа в день заниматься в спортзале, мои ягодицы все равно останутся тощими.
– Но ведь вы еще совсем не старая, – не удержавшись, возразила я.
– Мне тридцать восемь, – решительно произнесла Лидия. – И, если честно, у меня не хватит терпения на поиски мужа. Мужчины такие беспомощные, такие требовательные, а моя работа не позволяет мне зря тратить время. Но потом я сообразила, что вовсе не должна искать мужчину лично.
Однако же трудно раздобыть пенис, к которому не прилагался бы еще и мужчина. Но она, очевидно, и сама это понимала, потому я и сидела сейчас перед ней.
Я догадывалась, что она чувствует тиканье биологических часов, ежеминутно приближающих старость, но я никак не могла понять другого.
– Простите мое любопытство, но вам не приходило в голову обратиться в банк спермы? С января 2000 по август 2003 года пять тысяч пятьдесят девять женщин забеременели при помощи донорской спермы из калифорнийского банка.
– Конечно, я подумала об этом. – Она подняла безупречную светлую бровь. – Однако как я их проконтролирую? Хоть банки и уверяют всех в достоверности своей информации о донорах, все же надежнее выбирать самой.
Прекрасно. Она совершенно не обращает внимания на то, что и сейчас выбирает не она.
– И вот здесь вы вступаете в игру. – Она сняла несуществующую пылинку со своей юбки. – Ваши изыскания идеальны. Я твердо уверена, что вы сможете найти массу подходящих доноров для меня.
– Да, но...
– Надо ли повторить, что мне необходимо срочно уладить это дело? Я намерена создать семью к своему тридцать девятому дню рождения.
Я вздохнула с облегчением. Она все-таки дает мне немного времени. Придется пересмотреть свое мнение о ней как о мерзкой сучке.
– И когда именно?
– Через три недели.
 Три недели?Она хочет, чтобы я нашла отца для ее ребенка за три недели?
Бред!
Ну хорошо. Я глубоко вздохнула. В этом мире приходится выполнять и не такие невозможные задания. Сейчас мне сложно привести пример, но я точно знаю, что они есть. Я только подумала, что она вполне могла бы еще вчера указать мне сроки или дать это задание пять месяцев назад.
Лидия продолжала говорить таким тоном, будто просила меня исследовать историю торговых автоматов фирмы «Пэз»  [5].
– Как я уже сказала, Кэтрин, я в вас верю. И вы получите соответствующее вознаграждение...
Да уж, я на это очень надеюсь! За выполнение такого поручения меня стоило бы причислить к лику святых.
– ... в виде повышения по службе. Я знаю, что вы положили глаз на недавно открывшуюся вакансию моего заместителя по исследовательской работе.
Не хочу быть святой. Хочу быть заместителем!
Я вцепилась в подлокотники, чтобы не подпрыгнуть и не закричать «Да!». Склонила голову набок – я видела похожее движение у Лидии и повторяла его перед зеркалом до тех пор, пока не добилась требуемого эффекта, – и произнесла:
 
– Такая мысль приходила мне в голову.
Ух ты! Как сказано! Только ради подобной фразы я и жила последние восемь лет!
Эта должность, конечно, не вознесет меня на вершину карьеры. У меня не будет ни лучшего углового кабинета, ни личного лакея – прошу прощения, секретаря. Однако, став заместителем Лидии по исследовательской работе, я буду получать шестизначную зарплату, а значит, смогу откладывать больше денег, а это, в свою очередь, поможет мне намного раньше воплотить свою мечту: купить собственный дом.
Судя по глазам Лидии, она понимала, что я готова взорваться от волнения, несмотря на сдержанную реакцию.
– По-моему, Кэтрин, мое задание является настоящим исследовательским проектом. Найдите мне реального кандидата на роль отца для моего ребенка, и эта должность ваша.
Мое сердце бешено заколотилось, ладони стали липкими от пота. Я забыла про все свои страхи и опасения. Я ощущала только эйфорию оттого, что у меня будет свой дом.
Я незаметно вытерла ладони о юбку.
– Это, безусловно, даст мне дополнительный стимул.
Прекрасно очерченные губы Лидии чуть изогнулись в улыбке.
– Отлично. – Она снова уселась в кресло и открыла ноутбук. – Я буду ждать ваших отчетов ежедневно, а списки потенциальных кандидатов – в конце каждой недели, за исключением этой.
Мои туманные мечты тотчас растворились в печальной действительности. Как я смогу найти реальных доноров спермы для нее, если у меня дух захватывает каждый раз, когда приходится спрашивать дорогу у незнакомого человека? Ну, хоть на этой неделе она дала мне передышку! А на следующей неделе я что-нибудь придумаю. Надеюсь. Может быть.
Я сглотнула, справившись с соблазном сообщить ей, что только благодаря калифорнийскому банку спермы уже родилось полторы тысячи ребятишек.
Поскольку Лидия снова начала стучать по клавишам, я поняла, что аудиенция закончена. Я встала, сложила бумаги в папку и повернулась к двери.
– Кэтрин!
Я оглянулась.
Не отрывая взгляда от монитора, Лидия сказала:
– Вы обязаны выполнить это поручение. Надеюсь, вы понимаете, что есть масса других квалифицированных претендентов и на должность моего заместителя по исследовательской работе, и на ту, что вы занимаете сейчас. – Она бросила взгляд, легко убедивший меня в реальности ее угрозы.
Я расправила плечи.
– Я ни капли не сомневаюсь в успехе.
Ха! Совершеннейшая ложь! Иногда мне кажется, что я сомневаюсь в нем всегда. А теперь мои сомнения только укрепятся.
– Хорошо. – Она снова углубилась в свою работу.
Я захлопнула дверь с легким щелчком. Спокойно вошла в лифт, спустилась на свой этаж и отправилась в кабинет-кладовку. Закрыла за собой дверь – и прислонилась к ней спиной.
Бог мой! У меня серьезные проблемы!
К середине дня я была просто в панике. Поэтому я сделала то, что обычно делаю, влипнув в неприятности – по крайней мере, последние пятнадцать лет. Я пошла к Люку.
Лукас Фиорелли – мой лучший друг с первого дня в девятом классе католической школы Святой Маргариты. Мы встретились на уроке теологии. Я сидела на задней парте, еле сдерживая тошноту от волнения. Люк вошел в класс после звонка, сел рядом со мной и стал шепотом рассказывать все шутки, какие только знал. Это меня очень раздражало, но даже в том безумном состоянии я поняла, что он пытался меня успокоить. И когда он пригласил меня пообедать вместе, я с радостью согласилась.
Вряд ли бы мы стали друзьями, если бы не встретились в самом начале занятий в старшей школе. Мы были совершенно разными. Я – этакое незаметное ничтожество; Люк – «золотой мальчик», которого все уважают. Я оказалась там, потому что выиграла академическую стипендию; Люк – потому что семья платила за его обучение естественным наукам.
Но я не хочу сказать, что он был остолопом. Люк намного умнее, чем я. Можете затронуть в разговоре самую малоизвестную тему, и Люк расскажет о ней все. Просто он не особо утруждал себя учебой. Я всегда считала, что если бы он взялся за ум, то стал бы нобелевским лауреатом.