Проект «Папа»

Рейнбоу вытащила особенно изящный кружевной комплект и присвистнула.
– Вот именно, – кивнула я
– Ну-у... – Она покачала головой и снова свистнула. – И что, в коробке полно таких штук?
– Да, – подтвердила я несчастным голосом, – а одна моя сотрудница сказала, что мужчины покупают женщинам нижнее белье, только если хотят их в этом белье увидеть, так что не знаю, что и думать.
– Эта штучка просто великолепна. – Она с благоговением вынула еще один бюстгальтер. – Знаешь, что я думаю?
– Что? – Я подалась вперед и затаила дыхание, ожидая услышать мудрые слова.
– Думаю, что отныне он и для меня должен выбирать нижнее белье!
Прекрасно! Она мне очень помогла!
К следующему вечеру, то есть (ой, мамочки!) к моменту нашей встречи с Люком я умудрилась довести себя до нервного расстройства.
Сначала Люк хотел заехать за мной домой после работы, но я сразу же отвергла эту идею. Оказаться с Люком в тесном закрытом пространстве автомобиля? Предельная нелепость! А что, если он начнет приставать ко мне, а я его ударю? А что, если он будет приставать, а я его не ударю?
И, если на то пошло, что, если я сама стану к нему приставать?
Нет! Лучше встретиться в ресторане.
Я пришла домой. Времени хватило только на то, чтобы быстро принять душ, поправить прическу и влезть в одежду. Да, в новую. Я хотела поставить на этом точку и обойтись без нового нижнего белья, но поняла, что была обречена. Я потратила десять минут на то, чтобы запихнуть старые трусики под пояс, но они все равно топорщились валиком. Наконец пришлось признать поражение и надеть те, что выбрал Люк. А натянув их, я подумала, что теперь уже все равно и можно надеть и бюстгальтер из этого комплекта. Меня оправдывало только то, что они были настолько удобны, будто на мне вовсе ничего нет. А трусики были «танга». Кто бы мог подумать!
Я уже готова была надеть свои туфли от Феррагамо – в конце концов, они ко всему подходят, но побоялась, что у Люка случится припадок. Единственное, что у меня было кроме этих туфель, – это теннисные тапочки. Они ведь подходят к джинсам? Я пожала плечами и надела их.
Прежде чем облачиться в свой красный жакет и выйти из дома, я посмотрела на свое отражение и порывисто распустила волосы – и тут же пожалела об этом. Они выглядели растрепанными. Но я уже опаздывала, поэтому оставила все как есть и выбежала из квартиры.
Автобус вовремя не пришел – сюрприз! Я подумывала, не взять ли мне такси, но в моем районе такси появляются нечасто. Так что я приехала к ресторану с опозданием в 15 минут.
Люк ждал меня у входа. Он широко улыбнулся, когда увидел меня.
– Не может быть! Ты надела новый наряд!
– Ты же сам мне велел, – насупилась я.
– Не ожидал, что ты послушаешься. – Он пристально посмотрел на меня и обнял.
Боже, как хорошо от него пахло!
– Ты знаешь, что нос различает более десяти тысяч разных запахов?
Люк не ответил. Держа меня на расстоянии вытянутой руки, он внимательно рассматривал меня. Я вспыхнула – подумалось, вдруг он пытается разглядеть, надела ли я новое нижнее белье.
Наконец он улыбнулся.
– Ты чертовски хороша, даже я готов это признать.
– А ты знаешь, что при рождении в теле человека триста пятьдесят костей, а к моменту смерти их остается всего двести шесть?
Не знаю, при чем здесь кости, но мне больше ничего не пришло в голову.
– Кэт, по-моему, тебе нужно подкрепиться. – Люк тяжело опустил руку мне на плечо. (Удивилась ли я, что он не взял меня за руку? Нисколько!)
Мы зашли в «Дом», ресторан, который Люк выбрал для нашей встречи. Я посмотрела в Интернете, и он оказался роскошнее, чем мне бы хотелось. Ну, он не столько модный, сколько дорогой. Я имею в виду, зачем платить двадцать два доллара за бифштекс, который можно купить за два доллара в супермаркете «Сейфуэй»? Но Люк угощает, так что я не стала возражать.
У Люка есть одна черта: он легко расстается с деньгами. Не транжирит их без толку, но и не экономит так, как я. Думаю, все дело в его семье. Его семья очень богата, поэтому он никогда ни в чем не нуждался. Я же росла рядом с призраком нищеты – призраком, потому что мы жили неплохо, хотя средств не хватало. Но как только у меня появлялась лишняя копейка, я старалась отложить ее на тот день, когда папа проиграет деньги, предназначенные на аренду жилья и на питание. И эти сбережения выручали нас тысячу раз.
 
Метрдотель провел нас к столику. Люк отодвинул мой стул (к черту феминизм – мне это понравилось!), терпеливо ожидая, когда я сниму жакет. Я повесила его на спинку стула и села, думая, что Люк задвинет его вместе со мной.
Ничуть не бывало.
– Благодарю за любезность. – Я нахмурилась и посмотрела на него снизу вверх.
Он уставился на меня так, будто никогда прежде не видел. Как будто мне птица нагадила на волосы. Рука автоматически потянулась к голове.
– Не нужно было их распускать. Они совсем растрепались? Торчат во все стороны? Может, у меня в сумочке найдется резинка?
– Нет. – Он покачал головой, будто пытаясь стряхнуть паутинку. – Нет. Они прекрасно выглядят. Ты прекрасно выглядишь.
Люк уселся напротив меня. И вместо того чтобы открыть меню, он положил подбородок на руку и стал смотреть на меня своими ярко-голубыми глазами.
Отчего-то мне стало неловко.
– Что?
Люк покачал головой.
– После стольких лет можно предположить, что я тебя хорошо знаю. Но ты продолжаешь меня удивлять.
Это еще что значит? Я все та же Кэтрин Мерфи, даже если волосы распустила и надела новую одежду. Я решила, что лучше всего не обращать внимания на его высказывание, поэтому открыла меню и стала выбирать блюда. Такие, которые легко глотаются, потому что если он будет продолжать на меня пялиться, как сейчас, у меня могут возникнуть проблемы. Пять минут до прихода официанта прошли в мучительном молчании. К счастью, у меня было занятие – я рассматривала меню. Когда официант попытался забрать его, я только вцепилась в него крепче. В итоге, после минутной борьбы, он вырвал меню из моих рук и победно приподнял бровь.
Сукин сын. Я сморщила нос в его сторону. Потом поправила очки и посмотрела на Люка, который все еще выглядел глубоко потрясенным.
Пришлось мне начинать разговор. Я уже не настолько безнадежна в общении, как раньше (учитывая успехи в выполнении задания), и вполне способна с этим справиться. Я улыбнулась почти естественно и спросила:
– А ты знаешь, что в брокколи витамина С в два раза больше, чем в апельсинах?
– Что? – Он несколько раз моргнул.
– В самом деле, – кивнула я, – и известно ли тебе, что жители Западной Германии стирают свое нижнее белье в среднем не чаще одного раза в неделю?
Люк, похоже, был совершенно сбит с толку.
Я решила, что у него испортился слух, – мы и правда проводили много времени в шумных барах и клубах. Я решила подарить ему на Рождество направление на консультацию отоларинголога.
А пока еще раз повторила фразу, но уже громче.
Все разговоры вокруг нас смолкли как по команде. Люди начали таращить глаза, и мои щеки запылали. Но я подняла голову и, обращаясь к компании за соседним столиком, добавила:
– Это правда. Я точно знаю.
Я повернулась к Люку, возмущенная тем, что кто-то может не поверить моим словам. Я чертовски хороший аналитик и никогда не перевираю факты. Но Люк закрыл лицо руками, его плечи тряслись.
– Ой, Люк. – Я протянула руку через стол и похлопала его по руке. – Не расстраивайся. Они просто не знают.
Он запрокинул голову назад и захохотал во все горло. Плечи сотрясались не от рыданий – он смеялся. Я убрала свою руку, но он схватил и удержал ее. Крепко. И я почти простила ему этот смех. Почти.
– О Кэт! – Он вытер слезы. Потом поднес мою руку к губам и поцеловал пальцы. – Ты просто уморительна.
Я почувствовала его смех кожей – и в голове поплыло. Я открыла рот, но не смогла вспомнить, что хотела сказать. Может, поэтому я изрекла следующее: