Проект «Папа»

Они так прекрасны! Такие тугие. Неужели настоящие? Я схватила стикер и написала: «Узнать, как выращивают розы».
Люк прислал мне розы!
Я снова понюхала их, и мне стало стыдно за то, что я такая стерва. Люк прав – он ведь просто хороший друг. Конечно, не следовало называть моего папу мерзавцем, даже если отец меня использует. И все же Люк переживает за меня. И потом, он накупил мне нарядов, а я такая неблагодарная!
Я набрала номер его домашнего телефона.
– Слушаю.
– Я получила цветы.
Молчание. Я прямо слышала, как шевелятся мысли у него в голове.
– Ну и? – наконец изрек он.
– Это я должна была прислать тебе розы. Это я вела себя отвратительно.
– Да, ты вела себя как стерва, но и я мог бы быть потактичнее.
– Ну так что, – я поправила очки, – мы все еще друзья?
– Кэтрин Мерфи, ты никогда не сможешь избавиться от меня. Так что даже не пытайся.
И все напряжение, в котором я пребывала целый день, тут же испарилось.
– Люк, ты лучший! – Когда все это кончится и я получу повышение, обязательно сделаю для него что-нибудь приятное.
– Помни об этом ближайшие полчаса, ладно?
Я нахмурилась.
– Что это значит?
– Просто пообещай.
Обещать, когда у меня уже появились нехорошие подозрения насчет того, что он задумал? Нет уж!
– Скажи, что ты сотворил?
– Нет!
– Люк!
– Пообещай, Кэт! Помни о розах.
Я посмотрела на цветы. Ненавижу, когда он загоняет меня в угол.
– Ладно, обещаю.
– Отлично. – У меня зубы свело от удовлетворения, прозвучавшего в его голосе. – Пообедаешь со мной завтра?
– Не знаю, – ответила я, чувствуя, что начинаю сердиться, – мне нужно составить список для Лидии, а осталось всего несколько дней...
– Пошли его к черту на один вечер. Давай просто пообедаем вместе. Я прошу всего один вечер.
– Хорошо. – Я заморгала, осознав, какой же я паршивый друг, а ведь поклялась себе быть хорошей!
– И надень что-нибудь из новенького. – Люк повесил трубку.
Я тоже положила трубку и тронула шелковистый лепесток. Мне нравится обедать с Люком. И пусть я потом буду терзать себя за то, что не работала. Оно того стоит.
Но что произойдет через полчаса?
Я содрогнулась. Люк способен на любую пакость. Однажды в старшей школе он заменил всех заспиртованных лягушек в кабинете биологии на живых. Я до сих пор покатываюсь со смеху, вспоминая, как Джеки Шеридан, капитан группы поддержки и самая главная стерва в классе, визжала, когда лягушка, которую она собиралась вскрыть, вдруг задергалась.
Но почему-то мне казалось, что на этот раз мне будет не до смеха. Вместо того чтобы попусту тратить время в ожидании, пока выяснится, что он придумал, я решила погрузиться в работу.
Не успела я углубиться в отчет, как зазвонил телефон. Я вздрогнула и опять ударилась коленкой о столешницу. Потирая дважды ушибленное место, я взяла трубку.
– Отдел исследований, Кэ...
– Вам доставили посылку, – голос информатора прозвучал на этот раз еще резче.
– Сейчас... приду, – закончила я, хотя в этом не было необходимости, так как она уже повесила трубку.
И вот я снова сбегаю по ступенькам и борюсь то с нетерпением, то с нежеланием получать эту посылку. Захватывающее ощущение, даже если там окажется лягушка.
Влетаю в холл и подхожу к стойке.
– Вы сказали, что для меня есть посылка...
Информатор посмотрела на меня.
– Ваше имя?
Здравствуйте! Мы это только что проходили!
– Кэтрин Мерфи.
Она поискала под стойкой и вытащила коробку. Большую.
– Вот. – Она подтолкнула ее ко мне, повернулась спиной и занялась чем-то, очевидно, более важным.
Мне дали понять, что я свободна, но на сей раз меня это не расстроило. Мне бы с посылкой разобраться!
Еще один букет? Я потрясла коробку. Не похоже. Но и на лягушку тоже.
Я осторожно подняла ее, держа подальше от себя (не знаю, что там внутри – может, что-то липкое, не хочется запачкать костюм), и направилась к лифту. Там стоял какой-то мужчина. Он посмотрел на меня и спросил:
– Вам наверх?
– Да, спасибо.
Он продолжал рассматривать меня, даже когда подъехал лифт. Открыл передо мной дверь, потом вошел следом.
 
– Какой этаж?
– Двенадцатый, пожалуйста.
Он усмехнулся и нажал на кнопку.
– Вы так держите коробку, как будто там бомба.
Я поджала губы и уставилась на коробку. Я бы не стала ручаться за Люка.
– Может быть.
Потом я обратила внимание на ямочки на его щеках.
О! Я шагнула ближе, чтобы рассмотреть цвет его глаз. Голубые!
О да! Я широко улыбнулась.
– Вы здесь работаете?
– Нет, к другу зашел.
– Девушке?
– Нет, парню.
Я почувствовала, как лицо мое вытянулось. Он усмехнулся.
– Нет, вы не о том подумали.
– А! – Но прежде чем вновь исполниться надеждой, я бросила взгляд на безымянный палец.
Кольца нет!
Класс! Я снова улыбнулась.
– Как вы относитесь к акту продолжения рода?
Он усмехнулся и наклонился ко мне.
– Я всей душой «за»!
– Отлично! – с облегчением сказала я.
Лифт звякнул и остановился. Я нахмурилась. Мой этаж. Но я еще не готова. Двери распахнулись, и я медленно двинулась к выходу.
– Я тут подумала...
– Позвольте дать вам свою визитку. – Он полез в карман пиджака, вытащил визитницу и засунул свою карточку под ленту, перетягивающую коробку. – Надеюсь, вы мне позвоните.
Пятясь, я светилась от радости.
– Непременно!
 «Я люблю эту коробку»,– думала я, торопясь в свой кабинет, чтобы записать впечатления о... Я склонила голову набок и прочла карточку – о Пите Вондригене. Я люблю Люка. Если бы он не прислал мне эту коробку, я бы так и сидела в кабинете и никогда бы не заполучила еще одного кандидата в свой список.
С головой, занятой мыслями об этой анкете, я рассеянно развязала ленточку на коробке и открыла ее. Мысленно передвигая кандидатов в списке по возрастанию потенциала их спермы, я продиралась сквозь ворох упаковочной бумаги, пока не наткнулась на содержимое коробки.
И замерла.
Что за черт?
Я вытащила крошечные трусики. По-моему, это трусики. Они не похожи на все те плавки, которые я раньше видела. Мое нижнее белье белое, практичное. А эти какие-то чересчур... открытые.
– И прозрачные, – пробормотала я, поднося их к свету.
Положила находку на стол и вытащила еще охапку трусиков – таких же кружевных и без вставок хлопка. Я заглянула в коробку и увидела бюстгальтеры в комплект к каждым трусикам. Мои собственные бюстгальтеры фирмы «Хейнс» в сравнении с этими были похожи на экипировку Фонда престарелых женщин.
А потом я обнаружила карточку: «Это под твои новые наряды».
Снова принялась рассматривать трусики – и тут до меня дошло. Ну конечно же – они низко сидят на бедрах, и не придется запихивать их под пояс брюк. Никаких выпуклостей. Гениально!
Тут меня посетила еще одна мысль.
 Люк купил мне нижнее белье! 
Нет, не просто нижнее белье – ажурное дамское белье.
Он лично выбирал каждую пару трусиков. Я вынула бюстгальтер из коробки. Он к нему прикасался! По телу пробежала дрожь. Определенно приятная дрожь!
Вдруг дверь распахнулась и влетела одна из девушек, работавших в отделе почты.
– Вот, – сказала она, как обычно, небрежно бросая на стол письма. Коробка привлекла ее внимание, и она заглянула внутрь.
– Черт подери! Это тебе подарили?
– Да. – Думаю, в ответе прозвучало такое же удивление, как и в ее вопросе.
– Черт возьми! – повторила она, покачав головой. Потом заметила розы. – А это тоже от него?
Я кивнула, чувствуя неловкость. Хотела объяснить, что их прислал Люк, поэтому это ничего не значит. Он просто внимательный и предусмотрительный.
– Вот это да! – с благоговением протянула она, взяв в руки трусики. – Обожаю «Козабеллу»!  [13]