Скрывая улики. Компиляция (СИ)

— Киллеру была нужна ее кровь.
— Вот именно. Дебби утонула. Никакой крови, которую мог бы собрать киллер. А ему нужна кровь, чтобы написать номер на следующей жертве — отце Фабиане. Нам нужно поговорить с Джонатаном Хейлом.
— Это будет сложно, — заметил Гарсия.
— Почему?
— Он проводит Рождество в доме своих родителей далеко отсюда.
— Как далеко?
— В Теннесси.
— Проклятье!
Кто-то постучал в двери.
— Входите, — отозвался Гарсия.
В комнату вошел Хопкинс с привычной синей папкой под мышкой.
— Я нашел его.
  
Глава 107
 
— Кого ты нашел? — спросил Хантер; они с Гарсией уставились на Хопкинса, который нахмурился, глядя на рисунок висельника на доске.
— Вы что, ребята, изображаете палача?
— Не обращай внимания, Иан, — ответил Хантер. — Так кого ты нашел?
Хопкинс улыбнулся:
— Жертву номер один. Сразу же после того, как вы послали меня в морг, я просмотрел досье. Белый мужчина, рост шесть футов три дюйма, вес двести фунтов. Единственный человек из найденных нами, у которого были памятные часы в честь финального матча «Лейкерс» в чемпионате НБА. Тело доставили три недели назад. — Он покачал головой. — Весьма неприятное зрелище. Вы и представить себе не можете, как он погиб.
— Дай-ка мне прикинуть, — прервал его Хантер. — От укусов ос.
Хопкинс и Гарсия уставились на Хантера.
— Черт возьми, откуда ты это знаешь?
Хантер объяснил, как Питер Элдер опознал Страттера, лидера их уличной шайки, у которого была аллергия на укусы ос и поэтому он страшно боялся их.
— Ну, киллер проделал немалую работу. Вот тут показано, как он выглядел, когда его нашли прикованным к стене в подвале его же дома в Калвер-Сити. — Хопкинс протянул Хантеру фотографию, и тот поморщился, глядя на нее.
На полу, прижимаясь спиной к кирпичной стене, сидел голый человек. Его руки были связаны в запястьях и вытянуты над головой. Тело его было страшно деформировано. На чудовищно распухшем лице почти утонули выкатившиеся глаза. Нос превратился в изуродованный красный шар, такой большой, что ноздри слиплись. Жуткие опухоли покрывали руки и все тело, на котором повсюду виднелись маленькие, как от уколов булавкой, черные точки. Он выглядел, как чрезмерно надутая резиновая кукла. Правая лодыжка была сломана — сквозь кожу торчала кость. Ногти трех пальцев впились в правое колено. На груди тянулся длинный вертикальный подтек крови.
— Вот это наш номер один, — сказал Хантер, показывая Гарсии фотографию.
— Неудивительно, что никто не признал ее важность, — прокомментировал Гарсия. — Это выглядит, словно у жертвы началось кровотечение изо рта и кровь стекала на грудь.
— В отчете о вскрытии говорится, что у данного субъекта была специфическая реакция и он скончался от анафилактического шока, вызванного сильной аллергией на яд ос, — объяснил Хантер. — Киллер приковал его к стене и запер в подвале, но предварительно притащил туда в деревянном ящике большое осиное гнездо и вывалил его на пол рядом с ним. Ос нашли у него во рту, в горле и даже в желудке.
Гарсия, содрогнувшись, растер лицо.
— Ненавижу ос.
— У нас есть его имя?
Хопкинс кивнул:
— Грегори Карлсон. Я только что нашел его, так что не успел собрать досье на него, но не думаю, что это займет много времени, — сообщил он.
— Хорошо. Как можно скорее найди все, что сможешь.
— Мне хотелось бы понять, — с интересом спросил Хопкинс. — Что означает этот рисунок повешенного?
Гарсия быстро объяснил, как получилось, что они так и не смогли найти цифру 2 на теле Дебби Ховард.
— Убедительно, — согласился Хопкинс и перекинул несколько страниц в своем блокноте. — Я пытался, но так и не смог найти двух оставшихся девочек с фотографии из Гардены…
— Они, скорее всего, сейчас потеряли для нас актуальность, — прервал его Хантер. — Киллер не станет разыскивать их.
— Почему не станет?
Хантер передал им свой разговор с Питером Элдером.
— То есть они не входили в эту компанию?
— Судя по этой фотографии, только Аманда и Дебби. К сожалению, мы слишком поздно узнали о них.
 
— Да, это подтверждает твою теорию, — возбужденно сказал Хопкинс. — Киллер в самом деле преследует членов этой уличной компании.
— Так это выглядит. У нас есть три оставшихся члена ее. До Питера Элдера, который сидит в тюрьме, добраться очень трудно.
— Он выживет, — сказал Хопкинс. — Киллер не доберется до него. Его судьба уже определена.
— Кроме того, у нас есть белый мужчина, которого они звали Джей Джей, — продолжил Хантер. — И пуэрториканка Липц.
Гарсия потянулся всем телом.
— Если это все, что мы о них знаем, то найти их будет трудновато. Если даже они все еще болтаются по улицам, клички у них слишком обычные.
— Я понимаю, — согласился Хантер. — Но у нас есть кое-что еще, чем придется заняться. — Он протянул Хопкинсу ежегодник Комптона. — Вот почему вы мне тут и понадобились. Питер Элдер отметил в нем несколько фотографий. Это ученики, над которыми издевались больше всего. И один из них преследует их шайку.
Хопкинс начал листать страницы.
— Я хочу, чтобы вы внимательно изучили те фотографии, которые отметил Элдер. Давайте выясним, кто эти люди, чем они занимаются после окончания школы и, самое важное, где они были последние три недели. Выясните о них все, что можете. Если вам будет нужна дополнительная помощь, дайте мне знать, и я поговорю с капитаном Блейк. У нас осталось не так много времени.
— Без проблем. Я принимаюсь тут же… — Хопкинс перестал перелистывать страницы и уставился в альбом. — Ты сам просматривал эти снимки?
— Еще нет. Я вышел из тюрьмы, сел в машину и прямиком рванул сюда. А что?
Хопкинс развернул открытый ежегодник к Хантеру и Гарсии. На двух страницах были три отмеченные фотографии.
— Второй снимок, — сказал он. — Прочитай имя под ним.
— Быть того не может, мать твою, — сказал Гарсия, ероша волосы.
  
Глава 108
 
Он сделал глубокий вдох, перед тем как приступить к изучению фотографий, приколотых к кирпичной стене в подвальном помещении, где подрагивали язычки горящих свечей. У каждого из лиц, что смотрели на него, была своя история, и они рассказывали ее — каждый свою. Волна возбуждения охватила его при мысли, чего он уже достиг и что еще ему надо сделать.
«Теперь это будет недолго. — Он улыбнулся и провел языком по потрескавшимся губам. — С пятью покончено, остались только двое. — Сверился с большим календарем, висящим на ржавом гвозде. — Времени хватит».
Его взгляд остановился на рисунках и планах, лежавших на большом металлическом столе, и он засмеялся. Решил самое лучшее оставить напоследок. Он прекрасно знал, что каждого из них может напугать до смерти — один смертельно боялся пауков, а другой — крыс. Это знание наполняло его всепоглощающим чувством могущества. То, что он приберегал для них, было настоящими шедеврами — совершенно новый подход к понятиям паники и боли. Он не мог дождаться, когда встретится с ними лицом к лицу. Увидит ужас в их глазах. Попробует вкус их крови. Заставит их страдать. Но он понимал, как важно хранить терпение.
Он открыл маленький холодильник в углу комнаты, бережно провел пальцами по маленькому стеклянному флакону с кровью, которую извлек из последней жертвы.
Пока все шло по плану, но что-то неожиданное вмешалось в игру. Он уставился на фотографию на первой странице «Лос-Анджелес таймс». Вот это он никак не мог предвидеть. Но легко мог с этим справиться. Никто и ничто не остановит его на пути к цели.
  
Глава 109
 
— Сукин сын! Он соврал нам! — прошептал Гарсия, глядя на фотографию, которую показал ему Хопкинс.
— Я поручил тебе собрать сведения о нем. Ты что-нибудь выяснил? — спросил Хантер у Хопкинса.
Тот кивнул, разыскивая свою папку.
— Не в пример Бретту, Джеймс Рид был образцовой личностью во всем — как студент, как гражданин и так далее. Он учился в средней школе, получал отличные оценки и в 1987 году окончил ее с почетной грамотой. Не теряя времени, он в том же году поступил в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе. Он изучал два главных для него предмета, математику и физику, и его оценки снова были выдающимися. Сразу после университета он занялся дизайном компьютерных программ и несколько лет работал в компании по производству игр «Конами» здесь же, в Лос-Анджелесе. Они были крупными фигурами. Он заработал кучу денег, используя свои знания физики и математики для создания игр «Пристрели их!». Его мать, которая в Комптоне преподавала алгебру отцу Фабиану, три года назад заболела, и тогда он ушел из компании. — Он посмотрел на Хантера. — Ты просил меня проверить, где он жил в молодости. И знаешь что? — Он улыбнулся. — Когда он учился в средней школе, то жил всего лишь в нескольких домах от нашего молодого священника.