Скрывая улики. Компиляция (СИ)

Гарсия удивленно вскинул брови:
— Мемориальный парк?
Кеннеди кивнул:
— Там похоронена его жена. Он проводит большую часть свободного времени, разговаривая с ней. — Он пожал плечами, давая понять, что считает такое времяпровождение сумасшествием.
  
Глава 79
 
Даррелл Дуглас наблюдал за человеком, который пристально рассматривал угольно-черный «кадиллак-эскаладе», выставленный на продажу. Он торговал машинами уже пятнадцать лет, и если и было что-то, чем он гордился, так это его умение с одного взгляда отличать настоящего покупателя от трепачей. Этот высокий джентльмен был облачен в темный дорогой плащ и, похоже, был именно тем, кто им нужен.
Даррелл быстро посмотрел на свое отражение в боковом зеркале. Он был чернокожим мужчиной с приятной внешностью и аккуратно подстриженной бородкой, которая обрамляла квадратную челюсть. Он поправил сине-белый галстук и направился к покупателю. «Этот уж точно мой».
— Красота, не правда ли? — Он улыбнулся покупателю — доброжелательно, но без чрезмерного энтузиазма.
Тот кивнул и обошел машину спереди.
— Она проделала всего четыре тысячи миль по спидометру. Владельцу пришлось избавиться от нее. Финансовые проблемы.
Посетитель подошел к дверце водителя и открыл ее. И снаружи и изнутри машина была в безукоризненном состоянии.
— Она сохранила даже запах новой машины, — сказал Даррелл, но продолжал держаться на дистанции. Он знал — хорошие покупатели не любят, чтобы на них наседали. Он подождал еще несколько секунд прежде, чем выдать новую порцию информации: — Очень важно, что эта практически новая машина идет по цене подержанной.
— Ничего, если я сяду в нее? — с гнусавым техасским акцентом спросил мужчина.
— Конечно, — кивнул Даррелл. — Вы не найдете более удобную машину. «Кадиллак» — это американский «роллс-ройс».
Мужчина сел в машину и обеими руками взялся за рулевое колесо, как ребенок на игровой площадке.
По губам его на долю секунды скользнула довольная улыбка, и Даррелл понял, что уговорил его.
— Какой расход топлива? — спросил мужчина, не снимая руки с руля.
— В городе галлон на двенадцать миль и девятнадцать на шоссе.
— Правда?
— Уверяю вас.
На губы мужчины вернулась улыбка.
— И вот что я вам скажу, — сказал Даррелл, подходя к открытой дверце водителя. — Я схожу за ключами, и мы сможем погонять эту малышку. Что скажете?
Мужчина помедлил, оценивая предложение.
— Хорошо. — Он кивнул.
— Я сейчас вернусь, мистер…
— Тайлер. — Мужчина протянул руку. — Райан Тайлер.
  
Глава 80
 
Гарсия целую минуту стучал в дверь с номером Зс, но ответа так и не дождался. Мемориальный парк Рузвельта был буквально через дорогу от колледжа Гардены. Директор Кеннеди дал ему описание мистера Дэвиса, и Гарсии не потребовалось много времени, чтобы найти симпатичного пожилого человека, которому было хорошо за шестьдесят. Он сидел на каменной скамье перед ухоженной розовой клумбой. На нем была шляпа с обвисшими полями, которая напомнила Гарсии о его дедушке. Его сухие губы шевелились, он бормотал то, что мог только сам расслышать.
— Мистер Дэвис? — спросил Гарсия, подходя к скамейке.
Старик посмотрел на него, удивившись, что услышал свое имя. Гарсия высился над ним, и он прищурился, словно смотрел прямо на солнце. Видно было, что он перебирал в памяти тысячи лиц в поисках знакомого.
— Меня зовут Карлос Гарсия.
Он прищурился еще сильнее. Теперь память старика искала подходящее имя.
— Вы не знаете меня, — сказал Гарсия. Он показал свой значок, положив конец отчаянным попыткам старика что-то вспомнить. — Я детектив из Департамента полиции Лос-Анджелеса. — На мгновение он подумал: лучше не упоминать, что он из отдела по расследованию убийств. Эти два слова обычно заставляли обыкновенных граждан нервничать.
— Какая-то проблема? — обеспокоенно спросил мистер Дэвис. — Что-то случилось в школе? — Тревога в его взгляде была трогательной.
Гарсия мягко улыбнулся и сказал, что нет ровно никаких оснований для беспокойства. Он объяснил причину своего неожиданного визита, но старательно избегал упоминаний о том, что Аманда Рейли убита.
 
— Директор Кеннеди сказал, что вы обеспечите мне доступ в складские помещения и, возможно даже, поможете разобраться с фотографиями.
— Я люблю помогать, если это в моих силах. — Старик кивнул и заставил свое усталое тело подняться со скамейки. Его взгляд снова упал на розовый садик, и он, прощаясь, слабо махнул рукой в старческих пигментных пятнах. — До свидания, Белла. Я вернусь через два дня.
Большой розовый сад в Мемориальном парке Рузвельта служил местом захоронения кремированных останков. Гарсия уважительно кивнул, словно тоже прощаясь.
Складские помещения размещались в самом конце длинного, плохо освещенного коридора с кирпичными стенами в главном здании школы. Паутина и душный застоявшийся воздух ясно давали понять, что мало кто спускается сюда.
Мистер Дэвис отпер дверь главного склада и распахнул ее.
— Большинство ящиков со старыми фотографиями сложены здесь, — сказал он, щелкнув выключателем.
Они стояли у входа в большое помещение, заваленное старыми столами и стульями, вышедшим из строя спортивным инвентарем и сотнями картотечных ящиков на деревянных полках, которые закрывали три из четырех стен. Все было покрыто пылью, и затхлый запах коридора тут был сильнее раз в пять. Лампочка, которая свисала с потолка на тонком шнуре, была старой и тусклой.
Гарсия пару раз кашлянул и, словно веером, помахал рукой перед лицом, но добился лишь того, что пыль поднялась еще гуще.
— Иисусе! — сказал он, обводя взглядом ошеломительное количество ящичков. — С чего мы начнем?
Мистер Дэвис ободряюще улыбнулся ему:
— Это не так страшно. Я провел в этих помещениях много свободных дней, приводя в порядок наше имущество.
Гарсия вскинул брови.
— Я терпеть не могу ничего не делать. — Он стал переставлять поломанные старомодные деревянные столы. — А так я вроде чем-то занят. — Он пожал плечами.
От холода и сырости подвального помещения у Гарсии стали ныть пальцы, и он несколько секунд растирал шрамы на ладонях.
— Какой год мы ищем? — спросил мистер Дэвис, подходя к ящичкам, сложенным у восточной стены.
— Она бросила школу в восемьдесят пятом.
Мистер Дэвис присмотрелся к ящичкам, которые находились перед ним.
— Должно быть, в том конце. — Он показал на противоположную стену.
Гарсии не потребовалось много времени, чтобы найти четыре большие коробки, отмеченные датой «1985».
— Вот мы их и нашли. — Он снял коробки с полки и поставил на пол.
Гарсия вытащил из кармана фотографию Аманды Рейли, полученную от Тани Риггс.
— Это единственное изображение Аманды, которое у меня есть. Снимок был сделан примерно год назад. Будем надеяться, что она не очень изменилась.
Старик взял его из рук Гарсии и несколько секунд внимательно изучал.
— Кажется, я ее знал, — сказал он, кивая на фотографию.
В четырех ящиках должно было находиться больше двух тысяч снимков. Отдельные и групповые фотографии, целые классы, ученики веселятся и дурачатся, занимаются спортом, учатся и едят ленчи. На некоторых они явно позировали, а кое-где были застигнуты врасплох — смеялись, злились, плакали. Гарсия и мистер Дэвис приступили к утомительному процессу просмотра и опознания тех, кого они никогда не видели. Школьный смотритель останавливался каждый раз, когда его озаряла вспышка памяти, и он кратко излагал Гарсии какую-нибудь историю, связанную с портретами на снимке. Они уже несколько часов перебирали фотографии, когда мистер Дэвис остановился и, присмотревшись к одному снимку, поднес его к лицу.
— Дайте-ка мне еще раз глянуть на тот снимок Аманды, что у вас, — сказал он, протягивая руку.
Гарсия передал ему фотографию и стал нетерпеливо ждать.