Скрывая улики. Компиляция (СИ)
Роберт кивнул, соглашаясь.
— Такое впечатление, что он сразу нырнул на самую глубину. Что подводит нас к выводу, что в его случае прогрессия насилия имела место раньше, еще несколько лет назад, — заключил Карлос.
— И снова верно. Ты быстро схватываешь, но все это можно прочитать в досье. — Роберт мотнул головой в сторону двух больших стопок бумаги на своем столе.
— И все убийства он совершал медленно.
Карлос снова смотрел на доску с фотографиями.
— Да. Этот тип любит не торопиться, терзая своих жертв. Ему нравится смотреть, как они страдают, он хочет наслаждаться их мучениями. Он таким образом получает удовлетворение. Этот убийца не паникует и никуда не спешит, и это его самое большое преимущество перед нами.
— Когда люди паникуют, они совершают ошибки, оставляют за собой следы, — отозвался Карлос.
— Точно.
— Но только не наш клиент?
— До сих пор да.
— А этот знак, что мы знаем о нем? — спросил Карлос, показывая на фотографию вырезанного на шее одной из жертв знака.
— Здесь начинается неразбериха. — Роберт сжал губы. — Во время работы по делу Распинателя мы подключили специалиста по символам.
— И что он сказал?
— Что этот символ более известен как двойной кинжал или обоюдоострый меч. Некоторые называют его также двойным распятием. Его происхождение не очень ясно, но считается, что оно уходит во времена язычников, по крайней мере, к тому времени, по мнению историков, относится его первое использование.
— Понятно, но бог с ней, с историей, что же он означает? — Карлос сделал жест рукой, призывая Роберта продолжать.
— С точки зрения психологии считается, что он обозначает человека, ведущего двойную жизнь. Обоюдоострый меч режет обеими сторонами, верно? Именно это он и означает, добро и зло, белое и черное, все в одном. Человек, у которого есть две противоположных стороны.
— Ты хочешь сказать, человек, который днем может быть нормальным законопослушным гражданином, а ночью психопатом-убийцей?
— Именно. Этот человек может быть лидером своей местной общины, политиком, даже священником, который сегодня делает добро, а завтра перерезает кому-то горло.
— Но это стандартное определение шизофрении.
— Нет, — возразил Роберт. — Многие допускают эту ошибку. В отличие от популярных представлений шизофреникам не свойственно раздвоение личности. У шизофреников проблемы с мыслительным процессом. Это приводит к галлюцинациям, иллюзиям, расстройствам мышления, проявляется в неадекватной речи или поведении. Они не опасны. То, о чем ты говорил, — это диссоциативное расстройство личности, также называемое множественной личностью. При этом состоянии больные обладают сразу несколькими разными личностями или характерами.
— Спасибо за разъяснение, профессор Хантер, — проговорил Карлос дурацким детским голосом.
— Но я не думаю, что наш убийца страдает этим расстройством.
— Почему же это? — заинтригованно спросил Карлос.
— Эти больные не знают, какая из их личностей возьмет верх. А наш убийца полностью осознает, что делает. И это ему нравится. Он не борется с собой.
Эта мысль заставила Карлоса замолчать на несколько секунд.
— А что с религиозным смыслом? Мне этот знак напоминает религиозный символ.
— Здесь все запутывается еще больше, — ответил Роберт, массируя закрытые глаза. — Эксперты предложили две основные теории. Во-первых, что двойное распятие было первым символом антихриста.
Карлос недоверчиво смотрел на Роберта.
— Погоди-ка, ты же не имеешь в виду чудовище с числом 666 на лбу и рогами?
— Я бы не удивился, если бы наш убийца оказался именно таким, — сказал Роберт, бросая взгляд на фотографии.
— Один крест правильный, а другой перевернутый? — спросил Карлос, уже зная ответ.
— Верно. Символ Иисуса в противостоянии с тем же символом Иисуса, то есть знак антихриста.
— Так мы действительно имеем дело с религиозным фанатиком?
— С антирелигиозным фанатиком, — поправил Роберт.
На несколько секунд воцарилось молчание.
— А во-вторых? — спросил Карлос.
— Что?
— Ты сказал, что есть две теории относительно религиозного смысла. Что говорит вторая?
— Приготовься. Возможно, убийца считает, что он и есть второе пришествие.
— Что? Ты шутишь?
— Хотел бы, да невесело. Некоторые ученые считают, что двойное распятие — это не два креста, правильный и перевернутый, а один крест поверх другого, что означает второго Сына Божьего, второе пришествие.
Карлос не сводил с Роберта глаз, пытаясь понять, не шутит ли он все-таки, — но смеха так и не дождался.
— Но это две абсолютно противоположные теории. По одной он антихрист, а по другой — второй Христос.
— Это верно, но помни, это ведь только теории, основанные на том, что означает двойное распятие по мнению историков и экспертов. А их мнение вовсе не обязательно должно совпадать с мнением нашего клиента. Насколько можно судить, он вполне мог выбрать этот знак просто потому, что он ему понравился.
— Это двойное распятие используют какие-нибудь религиозные группы или секты?
— Если и используют, то мы ни одной такой не нашли, и я говорю не только о Калифорнии или США. У нас нет данных ни об одной группе, религиозной или какой-то иной, которая бы имела своей эмблемой двойное распятие. Если такая есть, она очень скрытная.
— А что тебе говорит интуиция?
— В этом деле, как выяснилось, интуиция не помогает.
— Да ладно, не пугай меня. Судя по тому, что я слышал, у тебя какая-то феноменальная интуиция, — сказал Карлос.
— Дело в том, что я ни в чем не уверен. Этот убийца порой выказывает классическое тревожное поведение, как большинство серийных убийц. Что-то он делает в точности как по учебнику, даже слишком, как будто хочет убедить нас в том, что он типичный серийный убийца. — Роберт прищемил переносицу пальцами и закрыл глаза на несколько секунд. — Иногда я думаю, что мы имеем дело с религиозным изувером, иногда — что он преступный гений, который издевается над нами, тянет за нужные веревочки и отправляет нас в ложном направлении. Играет в какую-то игру, правила которой знает только он один, и меняет их, когда ему вздумается. — Роберт набрал в легкие воздуха и не выдыхал несколько секунд. — Кто бы он ни был, он очень умен, очень хитер, очень методичен и холоден как лед. Он никогда не паникует. Но что от нас требуется сейчас, — это сосредоточиться на новой жертве. Возможно, она приведет нас к нему.
Карлос кивнул.
— Сначала нужно разослать ее фотографию во все модельные и актерские агентства, какие только сможем найти, и, если удастся опознать жертву, это будет отличным началом.
— Я бы оставил модельные и актерские агентства на потом, — возразил Роберт.
— Да? Почему?
— Помнишь, что сказал о жертве доктор Уинстон?
— Что именно?
— Насчет тренажерного зала.
Карлос поднял брови.
— Хорошая мысль.
— Трудность в том, что у нас в городе больше тысячи залов.
— Правда? — удивленно спросил Карлос.
— Да, это же Лос-Анджелес, город, в котором даже для того, чтобы получить работу официанта, нужно выглядеть на все сто. На фитнесе здесь делается большой бизнес.
— В стране, где ожирение стоит на первом месте среди заболеваний?
— Как я сказал, это же Лос-Анджелес, город стройных и красивых, — улыбнулся Роберт и насмешливо показал свой бицепс.
— Ага, мечтай больше.
— Нужно проверить несколько самых крупных фитнес-клубов. — Роберт немного помолчал. — Доктор сказал, она предпочитала пользоваться дорогими средствами, верно? Очевидно, что, когда она тратила деньги на свою внешность, она стремилась брать лучшее.
— Наверняка с таким телом ей нравилось, когда на нее обращали внимание, — вставил Карлос.
— Согласен.
— Итак, если бы ты захотел блеснуть своей физической формой, в какой бы ты пошел фитнес-клуб, раз уж ты у нас такой специалист? — насмешливо спросил Карлос.
— Во-первых, «Голда-джим» — это наш лучший вариант, у него есть два филиала в Голливуде, которые посещают многие знаменитости и «свои люди», еще есть знаменитый «Голда-джим» Арнольда Шварценеггера на Венис-Бич.