Ваше Сиятельство 12 (СИ)

Напрашивался вопрос: а что дальше? Ведь у домика лесника нас будет ждать куда более крупные силы — без сомнений бритиши пошлют туда своих лучших спецов. На этот счет у меня тоже был кое-какой план, связанный с недолгим отдыхом для частичного восстановления сил. Но чаще всего бывает так, что планируешь одно, а выходит совсем другое.
— Если услышите близко жужжание, глаза закрыть! Не смотреть! Не реагировать! — распорядился я, зная, что у существ, сотворенных этой магией, нет разделения на своих и чужих.
  
По коже обеих рук пошел жар, превращавшийся в зуд. Особо сильным он стал к центрам ладоней. В этот раз у меня не было необходимости держать магический щит, и «Диких Пчел» я кастовал с двух рук — так эффективней при равной затрате ресурса. Зуд стал невыносимым, я вытерпел еще несколько секунд и отпустил: золотистые искорки потекли длинным потоком в дыру — прочь из хранилища. Отлетев метра на три-четыре искорки превращались в иллюзорно-астральных пчел, летели дальше, вырастая до размеров мелких птиц.
Стрельба по ту сторону двери стала интенсивной, послышались крики. Ухнула боевая магия. У меня не было времени смотреть за происходящим в коридоре. Следующей задачей было вырваться из хранилища так, чтобы нам на голову не свалились потолочные блоки — ведь люди Уэйна вполне могли активировать эту ловушку дистанционно. Чтобы такой опасности избежать, я решил сделать активировать ловушку раньше их, пока мы находимся в безопасном месте. Выйдя на несколько мгновений на тонкий план, определил, где находятся датчики — один из таких был у самого края дыры, сотворенной мной в двери. Туда я и нанес несильный, но точный удар кинетикой. Этого хватило, чтобы послышался грохот и пол под нашими ногами содрогнулся.
— Так надо! — пояснил я Элизабет, видя волнение в ее глазах. — Приготовились, выходим сразу как выйду я. Тактическое построение «Краб Ольвары» — пробивается к подземному ходу.
— Как быть с роботом, ваша милость? — с беспокойством спросил поручик.
Вот робот несколько портил мои планы. Чтобы его убрать с помощью «Хватки Смерти», как тех, что возле лесного домика, требовалось время, да и дистанция была великовата. Я выглянул, видя его сквозь оседавшую пыль за обломками потолочных блоков. Иллюзорных уже не было видно — похоже они полетели по вверх по лестничному маршу. Возле робота на полу лежало несколько магов и стрелков-британцев. Хотя еще трое оставались в строю. Но робот… убрать его «Внутренним Взрывом» — слишком велика честь, и тогда я останусь без магического ресурса. Акцентированной кинетикой? Может не пробить и тогда потрачу силы зря.
— Наташ, — я подозвал Бондареву и указал на робота. — Что за модель? Какая бронированность и где уязвимые места?
— «Cave Guardian 12–24», — с ходу определила штабс-капитан. — Бронированность слабая — класса St-2. Опасный: скорострельная турель на базе «Cobra-16» и шесть малоразмерных гранатобоев. Я его никак не возьму — полная защита от ментальных атак. Уязвимые места — датчики и камеры обзора спереди. Они сразу под турелью — эти черные дырочки. Также уязвимость — технический люк, но он сзади.
— Элиз, сможешь положить ему в черные дырочки несколько выстрелов со своей «Кобры»? — с сомнением спросил я — все-таки было далековато для стрельбы из пистолета.
При всем этом нам следовало как можно скорее выбираться. Наверняка сюда уже спешили люди Уэйна и спецы британских силовиков.
— Попробую, — отозвалась Стрельцова. Став на одно колено у левого края дыры, баронесса произнесла: — Демон, пожалуйста, помоги! Очень надо! — вскинула «Кобру» и нажала на «спуск». Загремели пистолетные выстрелы, запахло пороховой гарью и снова какой-то гадкой вонью.
— Есть попадания! Завертелся! — сообщала Элизабет, выщелкнув пустой магазин и сунув в рукоять новый.
Я присел рядом с ней в довольно опасной зоне. Полагался на то, что со стороны коридора не видно происходящего в хранилище — здесь было темно, если не считать тусклой подсветки фонаря Бондаревой. «Cave Guardian» вертелся на месте, было поехал вправо и наскочил на тело одного из магов. Очень похоже, что Элизабет лишила его зрения. Можно было подгадать момент и для верности ударить кинетикой ему в зад.
— Все, идем! — решился я.
— Ваша светлость, стойте! — окликнул меня поручик.
— Что еще? — я повернулся.
— Живот прихватило! Уже минут десять как мучаюсь, больше не могу! — обычно веселые глаза Бабского выражали страдание — оно читалось даже в слабом свете фонарика Бондаревой.
— Черт бы тебя побрал! — выругался я, теперь понимая, чем так воняло помимо пороховых газов веселый пудель императрицы подпускал газы свои.
— По пути посрешь! — сердито бросила Элиз. — Тебя вообще нельзя было кормить за два дня до операции!
— Это от вина. От вина у меня бывает, — оправдывался Алексей Давыдович.
— Ладно, давай, сри быстро! — решил я тоже сердито. Вот эта заминка точно была очень некстати.
— Может выйдем, заляжем за блоками? — предложила штабс-капитан, кивнув в сторону двери. — А то меня сейчас стошнит.
— Уж потерпи, — отклонил я ее предложение.
— Платка лишнего нет? — раздался голос Алексея Давыдовича и вместе с тем сильно завоняло.
— Свитками жопу вытирай, Уэйн потом отмоет, — рассмеялась Стрельцова. — Герцог, наверное, подумает, что мы здесь специально нагадили, как выражение отношения к нему лично.
— Лишь бы он не подумал, что это случилось от страха с бойцом нашего прославленного подразделения. Быстрее! Быстрее, поручик! — сморщившись от вони, поторопила Бондарева.
— Почти все. Жопу вытру и готов, — отозвался он, зашелестел какой-то свиток. Через полминуты Бабский доложил: — Готов!
— За мной по одному! Бабский замыкающий! — я активировал «Лепестки Виолы» и полез в дыру. — Обходим обломки справа по краю. Следовать строго за мной!
Эта задержка нам дорого далась: в конце коридора почти сразу за развороченным остовом робота появились маги. Как минимум еще трое. И пара стрелков. Прикрываясь щитом, я двинулся в обход диоритовых обломков, держась ближе к стене. Бритиши пока не стреляли. Собирались подпустить нас поближе или полагали, что мы можем залечь за каменными обломками — там была неплохая позиция для обороны. Их маги начали кастовать какую-то защитную хрень: в воздухе обозначилась серебристая дымка.
— Отработать по ним «волнами страха»? — спросила за моей спиной Бондарева.
— Не спеши! Сделаешь на счет «Два»! — ответил я, внимательно отслеживая метания ослепленного робота. Он так сильно мешал стрелкам и магам, что пока его можно было счесть нашим союзником.
Едва мы вышли из-за завала, я скомандовал:
— «Краб Ольвары» раз! — щит мне раскрывать не требовалось — «Лепестки Виолы» уже были развернуты, защищая нас туманным слоем особой силовой магии.
Когда я почувствовал, что замыкающий — Бабский — тоже вышел из-за завала обвалившихся плит, тогда дал команду:
— Два! — одновременно сворачивая щит и пуская правой волной широкую волну кинетики.
Сделал я это как раз вовремя: один из их магов уже начал кастовать ударную магию — между его ладоней вспыхнул огненный сгусток; бойцы в броне изготовились в стрельбе. К своему неудовольствию я заметил, что крайний слева брал нас на прицел из гранатобоя. Увы, мои «Лепестки Виолы» — не очень надежная защита против такого оружия. Тем более они сейчас свернуты.
Дистанция была великовата, и волна широкой кинетики ударила вполсилы, но этого хватило, чтобы всех бритишей сбить с ног. Бойцы в тяжелой броне просто потеряли равновесие, а магов так вообще отбросило метра на два-три. Защитный полог, который они не успели довести до готовности, развернуло фронтом к стене справа. «Фаерболл» отлетел к потолку и там ухнул, осыпая бритишей снопами жгучих искр.
Тут же Наташа ударила ментально и очень сильно, у меня даже заломило в затылке. Не знаю, ее это влияние было или нет, но один из бойцов в броне, заорал что-то нечленораздельное и начал отползать к останкам первого робота.