Расколотая цивилизация
[389] - См.: Gates В., with Hemingway С. Business @ the Speed of Thought. P. 79.
[390] - См.: Pastemack B.A., Viscio A.J. The Centerless Corporation. A New Model for Transforming Your Organization for Growth and Prosperity. N.Y., 1998. P. 30.
[391] - См.: Bootle R. The Death oflmlation. P. 10-11.
[392] - См.: Davidson J.D., Lord William Rees-Mogg. The Great Reckoning. P. 509.
[393] - Norris F. 10 Years On, Lessons Of a 'One-Day Sale' // International Herald Tribune.1997. October 18-19. P.16.
[394] - Wall Street Claws Its Way Back // International Herald Tribune. 1997. October 29 P.I.
должалось 486 дней, соответствующий период в ходе кризиса 1981-1982 годов длился 328 дней, тогда как в 1990 году он ограничился 62 днями, а в 1998-м -- 31 днем[395].
Рост фондовых рынков в западных странах стал одной из наиболее знаменательных экономических тенденций 90-х годов. На этом фоне следует, на наш взгляд, отметить три важных обстоятельства.
Во-первых, весьма симптоматичны как сами темпы роста основных фондовых индикаторов, так и сравнение их с некоторыми другими показателями. Известно, что между началом 1985-го и 1998-го годов повышение котировок акций на биржах Парижа и Лондона привело к росту средств, первоначально инвестированных в фондовые индексы, в 10,72 и 10,67 раза соответственно, а на биржах Нью-Йорка и Франкфурта -- примерно в 8,5 раза[396]. При этом наиболее интенсивный рост пришелся на вторую половину 90-х, когда основные фондовые индексы на ведущих биржах выросли в 2,5-3 раза за несколько лет[397]. Вместе с тем именно во второй половине 90-х обнаружились несколько интересных тенденций. Скачок цен акций в период с 1994 по 1999 год произошел в условиях фактически неизменных процентных ставок в США, Великобритании, Германии и Франции. Для сравнения необходимо отметить, что в первой половине десятилетия, когда рост основных фондовых индексов не превысил 1,5 раза, процентные ставки сократились приблизительно в такой же пропорции[398]. Не менее знаменателен и тот факт, что быстрый рост котировок в последние пять лет происходил на фоне стагнации фондового рынка в развивающихся странах, а также в новых индустриальных государствах Азии; результатом стало то, что суммарное повышение сводного фондового индекса по развивающимся странам на протяжении всего периода 90-х годов, предшествовавшего (!) краху 1997 года, оказалось меньшим, нежели рост котировок в США, и составило в целом не более 100 процентов [399]. Особенно заметными были трудности японской экономики, где фондовый индекс Nikkei опустился более чем в два раза с 1990 по 1998 год; хотя этому предшествовал беспрецедентный взлет во второй половине 80-х, в целом средства, размещенные в японские акции в 1985 году, обеспечили в четыре раза более низкие доходы, чем на фондовых рынках ведущих
[395] - См. EliasD. Dow 40,000. Р. 131.
[396] - См. The Economist. 1998. February 28. P. 119.
[397] - См. The Economist. 1998. March 28. Р. 102.
[398] - См. The Economist. 1997. August 9. P. 65.
[399] - См. World Economic Outlook. A Survey by the Staff of the International Monetary Fund. October 1997. Wash., 1997. P. 34.
стран Западной Европы и США[400]. Кризис 1997 года, отбросивший страны Азии, Латинской Америки и Восточной Европы далеко назад, сопровождался беспрецедентным превышением роста котировок на фондовых площадках основных постиндустриальных центров, доходности средств, размещенных на развивающихся рынках. Подобная ситуация была зафиксирована впервые за весь послевоенный период, и, на наш взгляд, она стала провозвестником качественно новой диспозиции сил на мировой финансовой арене. Во-вторых, важной предпосьшкой роста на фондовых рынках стала политика формирования мощных специализированных компаний, о чем упоминалось выше. В начале 90-х большинство крупных конгломератов распались, и лидеры корпоративного мира в западных странах (но отнюдь не в Японии и других странах Азии) сосредоточились на максимальном повышении эффективности монопрофильных фирм. В результате практически во всех ведущих отраслях экономики появились предпосылки для беспрецедентной волны слияний и поглощений. Известно, что до конца 60-х годов такая практика не была слишком уж распространенной; так, только в 1967 году абсолютное число подобных сделок в США превысило рекордный уровень, установленный перед тем в 1899 (!) году[401] . Однако в последние десятилетия картина радикально изменилась. Если в период с 1984 по 1991 год в Европе было совершено около 900 слияний и поглощений в промышленном секторе, 141 -- в финансовом и 50 -в сфере торговли и распределения, то на протяжении последующих семи лет их общее число превысило 4 тысячи. Международные слияния и поглощения обеспечивали в 90-е годы более 70 процентов всех инвестиционных потоков между странами-членами ОЭСР. При этом Юго-Восточная Азия (включая Японию) оставалась единственным регионом, где данные процессы были выражены крайне слабо или вообще отсутствовали[402]: в 1998 году здесь было совершено всего 2 тыс. слияний из более чем 26 тыс., состоявшихся в мире; при этом их суммарная стоимость не превысила 60 млрд. долл., то есть 2,5 (!) процента от общемирового показателя[403]. На протяжении второй половины 90-х годов процесс ускорился и приобрел еще более четко выраженный моноотраслевой характер. В США число поглощений выросло с несколько более 5 тыс. в 1992 году до 11 тыс. в 1997-м, а
[400] - См.: The Economist. 1998. February 28. Р. 119.
[401] - См.: PfefferJ. Will the Organization of the Future Make the Mistakes of the Past? // Hesselbein F., Goldsmith M., Beckhard R. (Eds.) The Organization of the Future. P. 45.
[402] - См.: Moody К. Workers in a Lean World. P. 76.
[403] - См.: The Economist. 1999. January 9. P. 22.
стоимость совершенных сделок возросла со 175 млрд. до почти 1 триллиона долларов[404]. В масштабах мировой экономики данный показатель вырос за эти годы с 400 млрд. до 1,65 триллиона долл. [405] 1998 год принес новый рекорд: в мире было совершено в общей сложности более 26 тыс. сделок по приобретению отдельных компаний или их значимых подразделений, а суммарная стоимость таких трансакций, увеличившись по сравнению с предшествующим годом почти в полтора раза, приблизилась к отметке в 2,5 триллиона долл. [406] В США в этом году было совершено шесть сделок, стоимость каждой из которых превышала 50 млрд. долл. [407] В автомобильной промышленности только в 1997-1999 годах было зафиксировано около 20 сделок, в том числе по приобретению таких известных фирм, как "Ровер", "Роллс-Ройс", "Ламборджини" и "Киа". Компания "Форд" купила значительный пакет акций в подразделении шведской компании "Вольво", специализирующейся на выпуске грузовых автомобилей, а "Рено" объявила о покупке контрольного пакета акций "Ниссан". Апофеозом можно считать 40-миллиардную сделку, ставшую самым большим поглощением, когда-либо происходившим в индустриальном секторе, и образовавшую концерн "Даймлер/Крайслер", ныне шестой по величине автопроизводитель мира. В результате 53,4 процента мирового рынка автомобилей контролируется в настоящее время пятью крупными промышленными группами, из которых только "Тойота" с ее 9 процентами продаж не относится к развитым постиндустриальным странам. Лидерами же остаются "Дженерал моторс/Опель/Сааб" с 16,2 процентами рынка, "Форд/Мазда/Ягуар" с 12,9 и "Фольксваген/Ауди/Роллс-Ройс" с 7,9 процента рынка, но с операционными доходами, почти вдвое превышающими показатель "Тойоты" [408].
В 1995-1997 годах было осуществлено более 4 тыс. слияний и поглощений в американском финансовом секторе; среди них особое внимание экспертов привлекло формирование в апреле 1998 года крупнейшей в мире финансовой корпорации "Ситигруп", ставшее результатом слияния второго по величине американского банка "Ситибэнк" и финансового монстра "Трэвелерс Груп". Стоимость сделки превысила 76 млрд. долл. [409] В телекоммуникацион
[404] - См. Kadlec D. Making a Money Machine // Time. 1998. April 20. Р. 36-39.