Расколотая цивилизация
Важнейшим фактом современной истории является распад и крах в конце 80-х -- начале 90-х годов коммунистического блока. Он со всей убедительностью продемонстрировал, что страны, не освоившие достижений технологического прогресса или неспособные использовать их для создания общества массового потребления, оказываются на обочине мирового прогресса. Исчезновение коммунистического лагеря с мировой арены резко снизило опасность глобального военного противостояния и, тем самым, повысило стабильность постиндустриальной цивилизации.
Заметим, наконец, что, несмотря на растущее в обществе внимание к развитию национализма и опасностям, исходящим от исламских фундаменталистов, сохранившихся коммунистических режимов, крепнущей военно-политической мощи Китая и т.д., все они сильно преувеличены. Все страны или группы стран, от которых такие опасности могут исходить, чрезвычайно тесно связаны сегодня с постиндустриальным миром и исключительно сильно зависимы от него. Пример относительного единства арабских стран во время противостояния в Персидском заливе в 1990-1991 годах и их фактически полного молчания в связи с новыми американскими ракетными ударами по Ираку в декабре 1998 года показывает, что обострение отношений с постиндустриальными державами гораздо более опасно для любого государства, нежели разногласия с его ближайшими соседями.
Таким образом, постиндустриальный мир вступает в новое столетие в обстановке беспрецедентной внешней безопасности, которая, однако, обусловлена весьма конкретным стечением обстоятельств и не должна восприниматься как состояние вечного мира.
Первая группа факторов связана с резким снижением зависимости развитых постиндустриальных стран от сырьевых и энергетических ресурсов остального мира, особенно заметным на протяжении последних нескольких лет. Это обусловлено, с одной стороны, значительным сокращением спроса на первичные ресурсы ввиду резкого повышения эффективности хозяйствования и, с другой стороны, бурным развитием информационных технологий, основанных на применении воспроизводимых ресурсов и высокой эффективности вторичного использования сырья и материалов. Снижение материалоемкости продукции, производимой в развитых странах, особенно заметное после нефтяного шока 70-х годов, в последнее время перестало жестко зависеть от цен на сырье и материалы и играет теперь роль в определенной мере независимой переменной. США при выросшем в 2,5 раза валовом национальном продукте используют сегодня меньше черных металлов, чем в 1960 году[309]; в Германии за тот же срок потребности целлюлозно-бумажной промышленности в воде сократились почти в 30 раз[310], и подобные примеры можно продолжать как угодно долго. С 1980 по 1997 год потребление нефти и газа в расчете на доллар произведенного в США валового национального продукта упало на 29 процентов, несмотря на то, что за тот же период цены
---------------------------
[309] - См.: Thurow L. Head to Head. P. 41.
[310] - См.: Weiyaecker E.U., von. Levins А. В., Lovins L.H. Factor Four. P. 4-5, 8, 13, 28, 80, 83.
---------------------------
на нефть снизились весьма значительно: на 62-64 процента[311]. Хотя цены на моторное топливо в США почти в три раза ниже, чем в Европе, с 1973 по 1986 год потребление бензина средним новым американским автомобилем упало с 17,8 до 8,7 л/100 км[312]; Соединенные Штаты также лидируют в области создания природоохранных технологий, предлагая к производству в начале будущего столетия автомобили, потребляющие не более 2,1 литра бензина на 100 километров пробега. Нельзя при этом не отметить, что Япония, хотя сама и производит меньше новых технологий в области ресурсосбережения, использует более интенсивно приобретаемые в других странах методы; эта тенденция, сложившаяся после нефтяного шока, привела сегодня к тому, что энергоемкость японского промышленного производства почти на треть ниже, чем в США[313]. Удельный физический вес промышленных продуктов, представленных в американском экспорте, в расчете на один доллар их цены, снизившийся на 43 процента между 1967 и 1988 годами[314], упал еще в два раза только за последние шесть лет, с 1991 по 1997 год[315].
Та же картина наблюдается в странах-участницах Организации экономического сотрудничества и развития в целом. С 1973 по 1985 год их валовой национальный продукт увеличился на 32 процента, а потребление энергии -- всего на 5[316]; во второй половине 80-х и в 90-е годы дальнейший хозяйственный подъем происходил на фоне абсолютного сокращения энергопотребления. Правительствами этих стран одобрена стратегия, согласно которой на протяжении ближайших трех десятилетий их потребности в природных ресурсах из расчета на 100 долл. произведенного национального дохода должны снизиться в 10 раз -- до 31 килограмма по сравнению с 300 килограммами в 1996 году[317].
Снижение зависимости от материальных ресурсов становится необратимым по мере развития современного информационного производства. Его значение стало настолько велико, что некоторые экономисты предлагают даже новое членение секторов общественного производства, выделяя производство знаниеемкой продукции (knowledge goods), товаров широкого потребления (con
---------------------------
[311] - См.: Taylor J. Sustainable Development: A Model for China? // Dom A. (Ed.) China in the New Millennium. Market Reforms and Social Development. Wash 1998 P.383.
[312] - См.: Weiyaecker E. U., von, Lovins A.B., Lovins L.H. Factor Four. P. 4-5.
[313] - См.: Paterson M. Global Warming and Global Politics. L.-N.Y., 1996. P. 80>.
[314] - См.: Frank R.H., Cook P.J. The Winner-Take-All Society. Why the Few at the Top Get So Much More Than the Rest of Us. L., 1996. P. 46.
[315] - См.: Keliy K. New Rules for the New Economy. P. 3.
[316] - См.: McRae H. The World in 2020. P. 132.
[317] - Cм.: World Resources 1998-1999. N.Y.-Oxford, 1998. P. 163.
-----------------------------
sumption goods) и услуг (services) [318]. Такое новое деление подчеркивает различия в отношении того или иного типа производства к использованию природных ресурсов и энергии. "Производство промышленной продукции, -- пишут Дж.Д.Дэвидсон и лорд Уильям Рис-Могг, -- предусматривает использование огромного количества сырья на каждой стадии технологического процесса... Обработка информации с помощью компьютера, напротив, не требует практически никакого сырья. Новые, основанные на использовании информации производства не только потребляют очень мало природных ресурсов, но и самыми разнообразными путями вытесняют их [из производства]" [319].
Примеры изобретательно экономного отношения к невоспроизводимым ресурсам, порождаемого развитием новых технологий, можно приводить бесконечно. Если в первые послевоенные годы доля стоимости материалов и энергии в затратах на изготовление применявшегося в телефонии медного провода достигала 80 процентов, то при производстве оптоволоконного кабеля она сокращается до 10 процентов[320]; при этом медный кабель, проложенный по дну Атлантического океана в 1966 году, мог использоваться для 138 параллельных телефонных вызовов, тогда как оптоволоконный кабель, инсталлированный в начале 90-х, способен обслуживать одновременно 1,5 миллиона абонентов[321]. Крупные промышленные компании все чаще отказываются от использования материалов не столько дорогих, сколько редких и связанных с масштабным вмешательством в природу[322]. Создание корпорацией "Кодак" метода фотографирования без применения серебра резко сократило рынок этого металла; то же самое произошло, когда компания "Форд" объявила о появлении катализаторов на основе заменителя платины, а производители микросхем отказались от использования золотых контактов и проводников[323]. Информационные ресурсы играют сегодня столь большую роль, а цены на них настолько незначительны, что в современных условиях издержки на производство широчайшего круга товаров, в том числе и потребительских, фактически не меняются при весьма существенном повышении их качества[324].