Во имя любви к Магии (ЛП)

На лбу Хью вздулись вены, и он начал что-то лопотать. Мириам распахнула пиджак, чтобы показать пистолет в кобуре, и Хью успокоился, но не ушёл. Интересно, что на Аманду, казалось, ни Мириам, ни её пистолет не произвели ни малейшего впечатления. Я отбросил эту мысль и кивнул Мириам.
- Если бы кто-то из эльфов сбежал со своей Войны и отправился побродить, кто-нибудь обязательно бы заметил. И если бы на картине вместо эльфов были изображены люди, мы бы увидели их в этой сцене.
- Тогда что же происходит? - спросила Мириам.
- Создание картины - это как призыв, - сказал я. - Призыв чего-то, чего раньше не было. Иногда призывающий получает больше, чем рассчитывал. Вы бы удивились, узнав, что скрывается на заднем плане некоторых очень известных картин.
Я начал рыться в рюкзаке.
- Что вы ищете? - сказала Мириам. - Свою волшебную палочку?
- Она в ремонте, - сказал я. - Барахлила.
Я достал свой атамэ и перекинул рюкзак через плечо. Мой ведьмин нож длиной в два фута с лезвием в форме листа и древними сигилами, выгравированными на стали. Мириам нахмурилась, словно узнала сигилы, и не в хорошем смысле. Я подошёл к картине “Война Фэйри” и медленно двинулся вдоль холста, наклоняясь поближе, чтобы рассмотреть отдельные фигуры в битве. Каждое лицо казалось уникальным, каждая смерть - абсолютно реальной, словно сцена была написана с натуры. Дойдя до конца полотна, я отступил назад и рассмотрел композицию в целом. Несмотря на сотни эльфов, захваченных безумием момента, в сцене всё же присутствовали чёткие ориентиры, направляющие взгляд зрителя на наиболее значимые фигуры и события.
- Ну? - тихо спросил Джордж, не желая нарушать мою сосредоточенность. - Что вы видите, Джек?
- То, чего я не вижу, - сказал я. Я указал на одно конкретное место, прямо в центре действия. - Там есть пробел в композиции, где что-то должно происходить, но не происходит.
Все столпились вокруг меня, пытаясь разглядеть то, что вижу я. Аманда придвинулась так близко, что я почувствовала запах её духов, насыщенный и землистый. Её рука фамильярно коснулась моей. Я не отодвинулся.
- Я полагаю, это может быть лакуна, - наконец сказал Хью. - Но она слишком мала, чтобы быть чем-то важным.
- Достаточно большая, чтобы просунуть руку, - сказал я.
- Не смейте! - Хью поднялся в полный рост, чтобы свысока смотреть на Джорджа. - Я требую, чтобы вы приказали своему человеку не трогать национальное достояние!
- Джек искатель, - сказал Джордж. - Для этого он здесь и находится.
- Возможно, Дадда так и не закончил картину, - сказала Мириам. Не сделал финальный штрих.
- Вы можете сказать, что она не закончена, если… идёт голый холст, - сказал я. - А “Война Фэйри” идёт от и до. Нет, в этой лакуне есть что-то очень неправильное… Такое ощущение, что там что-то есть, но нам не дают этого увидеть.
Хью нахмурился, стараясь соответствовать. - Вы хотите сказать, что кто-то подправил - переписал эту картину?
- Да, - сказал я. - Изнутри.
- О чём говорит этот человек? - спросил Хью с некоторым отчаянием.
- Джордж, - сказал я. - Мне нужно, чтобы все убрались отсюда. И да, это касается и вас с Мириам.
Она тут же вздрогнула. - Почему я должна уходить?
Я кивнул на картину. - Потому что я собираюсь ударить очень опасную вещь, чтобы посмотреть, что произойдёт.
Джорджу потребовался весь его авторитет, чтобы заставить остальных двигаться, да и то лишь до границы света фонаря. Я призвал своё Зрение, которое позволяет мне видеть мир таким, какой он есть на самом деле, и сосредоточился на лакуне в действии; внезапно в картине образовалась глубокая тёмная дыра. Мне пришлось упереться обеими руками по обе стороны от разрыва, чтобы меня не затянуло внутрь. Где-то на дне дыры я слышал крики людей. Я заставил свой внутренний Глаз закрыться и быстро отступил назад.
- Джек? - сказал Джордж. - Что только что произошло?
Я резким жестом велел ему оставаться на месте и помедлил, прежде чем ответить, чтобы быть уверенным, что мой голос прозвучит спокойно и уверенно. Людям очень не нравится, когда эксперт по обезвреживанию бомб проявляет нервозность.
 
- Пропавшие люди оказались в ловушке внутри картины. Должно быть, лакуна затянула их внутрь, когда они подошли слишком близко.
- Тогда почему никто не заметил? - спросила Мириам. - Сегодня здесь проходили целые толпы людей.
- Что бы ни скрывалось в картине, оно оказалось достаточно мощным, чтобы отключить системы наблюдения в этом районе и вырубить всё освещение в Тейт, - сказал я. - Сомневаюсь, что было бы сложно скрыть исчезновение нескольких человек одновременно.
- Вы хотя бы представляете, с чем мы имеем дело? - спросила Мириам. Её рука потянулась к пистолету под пиджаком.
- Это похитило двадцать два человека, - сказал я. - Единственное, в чём мы можем быть уверены, так это в том, что это Чудовище. Я пристально посмотрела на Джорджа. - Я сделаю всё возможное, чтобы вытащить их, но если это окажется невозможным, уничтожьте картину. Прежде чем то, что там находится, станет достаточно сильным, чтобы пробиться в наш мир.
Голос Хью угрожающе повысился. - Вы говорите о бесценном произведении искусства! Я не потерплю, чтобы оно подвергалось вандализму только из-за ваших лунатических иллюзий!
Он замолчал, когда Мириам ткнула его пистолетом в рёбра. Это был довольно большой пистолет. Лицо Хью побледнело, и он резко сжал губы. Аманда выглядела так, будто хотела зааплодировать. Джордж тихо вздохнул и кивнул мне.
- Я не смогу вовремя вернуть своих людей с Оркнейских островов, поэтому всё, что у меня есть, - это вы. Не подведите меня, Джек.
- Вы всегда дрались грязно, - сказал я.
- Делай… всё, что в твоих силах, - сказал Джордж.
Я снова повернулся к картине. Эльфы всё ещё были заняты тем, что резали друг друга, причём оружием куда более опасным, чем то, что было у меня. Что бы это ни было, оно пряталось у всех на виду и ждало, когда я что-нибудь предприму. Я бегло улыбнулся. Если бы быть Аутсайдером было легко, все бы этим занимались. Я открыл внутренний Глаз и позволил разрыву втянуть меня внутрь.
Некоторое время не было ничего, кроме темноты и падения. Как будто выпрыгиваешь из самолёта без парашюта или прыгаешь с тарзанки без верёвки. А потом внезапно падение закончилось. Без предупреждения и удара; я просто стоял где-то, один в темноте. Рукоять атамэ пульсировала в моей руке, как живое существо, и я сфокусировал на нём своё Зрение. Стальное лезвие яростно засияло, окружая меня ярким лазурным светом. Один за другим из темноты, спотыкаясь, выходили люди с осунувшимися лицами. Они мучительно моргали, глядя на новоявленный свет, и слёзы текли по их щекам. Круг света быстро заполнился пропавшими людьми, целыми и невредимыми. Они все хотели заговорить одновременно, и мне потребовалось некоторое время, прежде чем я смог успокоить их настолько, чтобы выслушать их историю. Похоже, все они подошли поближе к новой картине Дадда, чтобы полюбоваться деталями, а потом мир исчез, сменившись кромешной тьмой. И хотя они отчаянно звали друг друга, а иногда им казалось, что они слышат другие голоса, зовущие их в ответ, они никого не могли найти.
Единственное, в чём они могли быть уверены… так это в том, что в темноте с ними было что-то ещё.
Они даже не знали, как долго они тут пребывают. Они бесконечно благодарили меня, почти обезумев от радости при мысли, что их испытание наконец-то закончилось. Мне было тяжело говорить им об этом, но мне пришлось сказать им, что это не так.
- Я знаю где выход, - сказал я. - Но я не могу взять вас с собой. Я вынужден оставить вас здесь на некоторое время, чтобы принять меры и вернуть вас всех домой.
Толпа затихла, уставившись на меня огромными глазами, их рты дрожали, как у разочарованных детей.
- Вы будете в безопасности, пока остаётесь на свету, - быстро сказал я. - А пока мне нужно, чтобы вы образовали живую цепь. Пусть каждый возьмёт кого-нибудь за руку и, что бы ни случилось, не отпускает.