Лоренцо Беретта (ЛП)
Я моргнула, не зная, что сказать, но прежде чем я успела что — либо сказать, он исчез за дверью напротив моей комнаты. Моя комната. У меня была своя комната. Я не знала, почему меня это удивило. Я не знала, почему не могла сдержать слез, которые жгли мне глаза с того момента, как ушла моя семья.
Моя семья. Но теперь они не были моей семьей. Он был моей семьей. И я уже ненавидела его.
Лоренцо
— Доброе утро, брат, — приветствовал ее мягкий голос.
Я оторвал взгляд от экрана своего мобильного и увидел, что София выдвигает свой обычный стул.
— Доброе утро.
— Я вижу, это не заняло у тебя много времени. Она указала на место, на котором я сидел — место, которое я не решался занять. Всю нашу жизнь у нас были определенные места за столом. Мой папа во главе, моя мама справа от него, а я слева от него. Данте сел рядом с мамой, а София рядом со мной.
Но все изменилось в тот момент, когда я произнес свои клятвы. В ту секунду, когда я стал боссом.
Теперь во главе стола сидел я.
— Это мое законное место, — сказал я Софии и положил мобильник на стол. Через десять минут у меня была встреча, и она была единственной, кто пока спустился к завтраку.
София пожала плечами, ее мелированные волосы рассыпались по плечам при этом движении.
— Так и есть. Я просто…Я не ожидала этого так скоро. Она сделала паузу, ее взгляд встретился с моим, когда перед ней поставили ее обычный завтрак. — Я полагаю, это просто по-другому.
Я знал, что она имела в виду, и, если быть честным с самим собой, я согласился. Это было по — другому. Теперь все изменилось.
— Ты привыкнешь к этому, — произнес чей — то голос, и уголки моих губ тут же приподнялись. Мама всегда точно знала, что сказать. Там, где папа боролся с эмоциями, мама преуспела. Она дважды похлопала меня по плечу и поцеловала в щеку.
— Доброе утро.
— Доброе утро, ма. Я проследил за ее движениями, когда она выдвигала свой обычный стул.
— Подожди. Она остановилась, ее глаза расширились. — Это больше не мое место.
— Что? — Я нахмурился, глядя на нее. — Конечно, это так.
— Это не так. Ее взгляд переместился мне за спину, и я выпрямил спину. Я почувствовал ее раньше, чем увидел. И хотя я знал, что должен был обернуться и поприветствовать ее, я не мог. Мне нужно было действовать так, как я намеревался. Она была здесь не для того, чтобы быть моим партнером. Она была здесь, чтобы стать моей женой только номинально.
— Садись, ма.
Мама скосила на меня глаза, и ей не нужно было произносить ни единого слова, чтобы я понял, что ей не понравилось то, что я сказал. У меня вертелось на кончике языка сказать ей, что это я решаю, где всем сидеть, но я знал свои пределы. Уважение — это улица с двусторонним движением, и она все еще была моей мамой.
— Аида, подойди и сядь сюда. Ма указала на стул, который она наполовину выдвинула. — Твое место рядом с Лоренцо. Я возненавидел слова, которые она произнесла. Я не хотел, чтобы кто — то был рядом со мной. Будь все по — моему, я бы оставался свободным, как птица, и вкладывал всю свою энергию и сосредоточенность в бизнес. Но правила были созданы не просто так, и даже я не мог их нарушить — по крайней мере, пока.
Я услышал шарканье ног, донесся аромат роз Аиды, а затем она оказалась рядом со мной. Я стиснул зубы, пытаясь уговорить себя действовать определенным образом, но это было трудно, когда все мои мысли были сосредоточены на незнакомце, сидящем за столом. Я не знал ее — я не хотел знать ее.
— Что бы вы хотели на завтрак, миссис Беретта? — спросила экономка, миссис Ларсон, опустив глаза. Она работала здесь уже двадцать лет, и я мог по пальцам одной руки пересчитать, сколько раз она действительно смотрела кому — либо из нас в глаза.
— Эмм… — Мои ноздри раздулись при звуке голоса Аиды.
— Обычно я не завтракаю.
— Это самый важный прием пищи за день, — добавила София насмешливым тоном. Я уставился на нее, желая, чтобы она посмотрела в мою сторону, но она была слишком сосредоточена на Аиде.
— Правда, ма?
— О. Ну. Аида прочистила горло. — Обычно мы не сидим и не завтракаем всей семьей. Это скорее ситуация типа «возьми и уходи».
— Вы не едите вместе? — Спросила София, поднося ложку овсянки к губам. — Это… странно. Ее глаза расширились. — Я не имею в виду, что это плохо. Просто… то, чего мы не делаем. Прости….
— Не говори глупостей. Аида рассмеялась. — Я понимаю.
Мой взгляд переместился на нее, но голова осталась в том же положении.
— Мы все так заняты дома. Ее глаза загорелись, а губы растянулись в улыбке, которой я раньше на ее лице не видел. — Обычно папа занимается доставкой, а мама работает в магазине. Ноэми на своей второй работе, на которой остались только Вида и я.
— Вида? Спросила мама, поглощенная тем, что говорила Аида. Часть меня хотела, чтобы она села тихо, как я хотел, но другая часть меня была заинтригована.
— Она моя племянница. Аида наклонилась вперед, положив руки на массивный дубовый стол. — Она была здесь вчера.
— О! Да. Мама засмеялась. — Я помню ее. Такая маленькая красавица.
— Так и есть. Аида вздохнула. — Так что да, обычно нас только двое. Иногда я помогаю Ноэми, отвозя ее в школу по утрам, если она вовремя не возвращается с работы. Если я этого не сделаю, то отправлюсь в колледж.
— Колледж? Спросила мама. — Я не знала, что ты была в колледже.
— Да. Я учусь на втором курсе. Я там по стипендии.
— Это потрясающе, — сказала София задумчивым тоном. — Я всегда хотела поступить в колледж, но учеба просто не была моей сильной стороной.
— Это не для всех, — сказала Аида, покорив Софию одним предложением. — Я уверена, что у тебя есть и другие потрясающие таланты.
— Да. София наклонилась вперед, полностью включившись в разговор. — Я люблю рисовать. И раскрашивать. Все вычурное. Наверху часть моей спальни переделана в художественную студию. Может быть, ты сможешь прийти и…
Я отодвинул стул и уставился на свой недоеденный завтрак, стоящий на столе.
— У меня встреча. Все разговоры прекратились после моих слов, но я не смотрел ни на кого из них. Мне нужно было убираться отсюда. Мне нужно было уйти. Мне нужно было, чтобы мне не напоминали о том, что я сделал вчера — чему я обязался.
— Увидимся позже, ма. Я развернулся на каблуках, не обращая ни на кого внимания, и направилась прямиком в свой кабинет.
Я не был там с тех пор, как дом официально стал моим. Неделями я ждал возможности сделать его своим, преследуемый воспоминаниями о четырех стенах. Но теперь я мог делать с этим все, что хотел, и у меня был на примете идеальный человек, который мог бы помочь.
Ухмыляясь, я достал свой мобильный и отправил электронное письмо Вив. Она не только справится с работой, но и сможет отвлечь меня от всего остального.
Идеальное сочетание.
Аида
— Ты не понимаешь, — простонала я. — Как будто я постоянно хожу по яичной скорлупе.
Ноэми смеялась, когда звонила другому клиенту, нажимая на цифры на экране своими накладными ногтями. — Я не понимаю? Она приподняла бровь и повернула голову, чтобы встретиться со мной взглядом.
— Ты права, Аида. Я не понимаю. Я не понимаю, каково это — жить в долбаном особняке.
Она снова повернулась к покупателю.
— Пятнадцать долларов пятьдесят восемь центов. Парень положил двадцатку ей на ладонь, и я наблюдала, как моя сестра достала сдачу из ящика стола и протянула ему.
— Дело не в особняке, — отрезала я, как только звякнул колокольчик над дверью, сигнализируя, что в магазине никого нет, кроме нас с Ноэми.
— Прошло четыре дня, а он не сказал мне ни единого слова.
— Он приспосабливается.
— Или, может быть, он просто мудак. Я стиснула зубы и наклонилась вперед.
— Почему я согласилась на это?
— Потому что ты хотел жить в шикарном особняке? — Спросила Ноэми, смеясь так громко, что смех рикошетом отражался от стен.
— Послушай, — она положила руку мне на плечо, — Прошло четыре дня, дай ему немного времени. Она пожала плечами. — Узнай друг друга получше. Выясни, что ему нравится, а что нет. Приготовь ему ужин. Просто узнай его получше.