Магия торжествует (ЛП)

Кристофер наклонился вперед и положил свою руку на мою.
— Ты в порядке? — тихо спросил он.
— Норм.
Кристофер встал, налил в чашку горячего чая из чайника и принес ее мне.
— Спасибо. — Я взяла чай и отпила.
— Стая говорит, что Роланд мобилизуется, — сказал Кэрран. — Что говорят разведчики?
Разведчики?
— У вас есть люди, которые следят за Роландом?
— У нас, — сказал мне Кэрран. — У нас есть люди, которые следят за Роландом.
— Он занят тем же самым, что и год назад, — сказал Барабас. — Привлекает персонал из соседних штатов. В прошлый раз из этого ничего не вышло. На этот раз слишком рано говорить.
— Откуда ты знаешь? — спросила я.
— Он должен перебросить большое количество войск в Атланту со Среднего Запада. В прошлый раз он отправил людей оценить маршрут прохождения лей-линий, — сказал Кэрран.
Имело смысл. Лей-линия несла вас вперед на высокой скорости, но как только она заканчивалась, она выплевывала вас в лей-точке в поджидающие объятия того, кто устроил вам там засаду. Избежать этого было невозможно.
— И ты мне не сказал?
— У тебя были схватки, — сказал Кэрран.
— Дулиттл категорически запретил, — сказал Барабас. — В любом случае, из этого ничего не вышло. Должно быть, он решил, что маршрут слишком уязвим. На этот раз он поедет на грузовиках. Он обхаживает местные гильдии водителей, и ходят слухи, что он нанимает механиков.
— Если он начнет активно привлекать механиков и водителей, я хочу знать об этом, — сказал Кэрран.
Барабас кивнул.
— И грузовики, — сказала я. — У него недостаточно грузовиков, и он не будет удовлетворен какими-то простыми грузовиками. Он получит лучшие модели, возможно, напрямую от производителя, так что все они будут соответствовать друг другу. Возможно, он даже покрасит их в золотой цвет.
— Он может их украсть? — спросил Барабас.
— Нет, — сказал Кристофер. — Это ниже его достоинства. Он может забрать их как военные трофеи, но он не опустится до воровства.
— У нас есть еще две неотложные проблемы. — Я ввела их в курс дела по коробке и горящему изнутри парню. Кристофер наклонился вперед, внимательно слушая. Когда я закончила, Барабас взглянул на него. Кристофер покачал головой.
— Такого не припоминаю.
— Итак, в чем соль? — спросил Барабас.
— Хрен его знает. Они убили мистера Такера. Нет ответов, — сказала я ему.
Барабас взглянул на Кэррана.
— Что собираешься предпринять?
— Мы ничего не предпримем, — сказал Кэрран. — Мы подождем, пока этот козел не покажется.
— Ты сказала, что есть две проблемы, — сказал Кристофер.
— Мы должны защитить Конлана, — объяснила я. — Он как маяк, сияющий в ночи. Сахану будут тянуться к нему. Мы с Кэрраном должны иметь возможность передвигаться по городу.
— Мы можем отвезти его в дом клана медведей, — сказал Кэрран.
Ему не понравится эта часть. Я полезла в карман, достала сложенную фотографию и положила ее на стол. Они втроем наклонились, чтобы рассмотреть ее.
— Аваг Барсамян, — сказал Кристофер, его глаза потемнели. — Помощник Лэндона.
— Насколько он опасен? — спросил Кэрран.
Кристофер откинулся назад, закинув ногу на ногу, сложив длинные пальцы в кулак на колене.
— Он один из Златого легиона, так что он потрясающий навигатор. Он искусен в дипломатии так, как мало кто. Когда Аваг ведет переговоры, он переходит от здравого смысла к искусству. Он хитер и осторожен, и у него почти безошибочное чутье. Я использовал его несколько раз. Его присылают, когда ситуация сложная.
— Его сопроводили в Крепость с портфелем, а вышел он без него, — сказала я.
— Насколько ты уверена? — спросил Кэрран.
— Фотографии сделал вампир Ровены. У них есть другие. На следующий день Роберт принес нам предложение Стаи о союзе.
Повисло молчание. Барабас нахмурился. Лицо Кэррана стало непроницаемым. Кристофер задумчиво уставился в стену.
— И еще, это может быть связано, а может и не быть, — добавила я, — а Рафаэль попросил меня отпустить Асканио.
— Когда? — спросил Кэрран.
— В тот же день Аваг принес им предложение.
  
— А ты?
— Дала добро. Дело не во мне или клане буда. Этого хочет Асканио.
Снова воцарилась тишина.
Я постучала пальцами по столу.
— В том портфеле было что-то важное.
— Возможно, это был подарок, — сказал Барабас. — Они принесли подарок, Джим взял безделушку, выслушал, что они хотели сказать, и отправил их восвояси. Я видел, как Кэрран делал это дюжину раз.
— Мой отец не присылает безделушек. Он отравляет цветы в вашем саду, и когда ваш ребенок нюхает один из них и заболевает, он посылает противоядие во флаконе, вырезанном из аметиста и закупоренном бриллиантом, в качестве жеста доброй воли и дружбы. Что бы это ни было, Джим забрал это.
Барабас нахмурился.
— Выбор времени Робертом явно подозрителен.
Я кивнула.
— Есть два варианта: либо они сказали Роланду «да» и собираются предать нас, либо они не имели в виду то, что сказали Роланду, и они не собираются предавать нас.
— Три, — сказал Барабас. — Возможно, они обдумывают это.
— Им даже не нужно сражаться с нами. Они могут просто не появиться, и это ослабит нас.
— Если Стая воздержится от конфликта между нами и твоим отцом, и победит Роланд, Стая будет следующей, — сказал Барабас.
Кристофер выдал.
— Gallia est omnis divisa in partes tres…
— Вся Галлия разделена на три части? — спросила я.
— Вступительная строка к «Галльским войнам» Юлия Цезаря, — сказал Кристофер. — Цезарь завоевывал Галлию племя за племенем. Если бы они объединились с самого начала, первый император Рима никогда бы не вернулся в Рим. В библиотеке Стаи есть копия этой книги. Я видел, как Джим читал ее. Он знает, что разделенные, мы падем.
— Джим не идиот, и он был другом Кэррана более десяти лет, — сказал Барабас. — Я этого не понимаю.
— У Роланда есть способ разрушать дружеские отношения, — сказал Кристофер. — Это политика изоляции. Он становится твоей семьей, твоим другом, твоим доверенным лицом.
Тень пробежала по его глазам.
— И после предает тебя, — сказала я. — Он сделал так с тобой, Эррой, Хью, со мной. Список можно продолжать.
— Хью был особым случаем, — сказал Кристофер. — Мы были взрослыми. Хью был ребенком.
— Хью мог бы уйти. Вместо этого он совершал одно злодеяние за другим.
— Все не так просто, — покачал головой Кристофер.
Там было что-то еще, но сейчас было не время докапываться до этого. Я повернулась к Кэррану. На его лице отразились все разнообразные эмоции, как за каменной стеной. Он перешел в свой режим Царя Зверей.
— Есть ли способ убедиться, что Джим нас не предаст? — спросила я.
— Нет, — сказал Кэрран.
Так я и думала. Если мы ткнем его носом в фотографии, он будет все отрицать, и мы никогда не узнаем, что из этого правда. Если он играет с нами, то прикинется разъяренным; если нет, будет разъярен, что мы ему не доверяем. Это ни к чему нас не приведет.
— Нужно считать, что Джим нас предал. Это единственный надежный способ составить план. — Барабас потер лицо.
Я посмотрела на Кэррана.
— Есть ли у него уязвимости в защите?
Муж повернулся ко мне, и на меня взглянул Царь Зверей.
— У всех есть уязвимости. Наша спит на подушке. Хочешь ударить Джима в больное место?
— Нет. Но если Роланд давит на чувствительную точку, нам нужно о ней знать.
Кэрран откинулся назад, его голос был спокойным и размеренным.
— В краткосрочной перспективе, принять сторону Роланда было бы выгодно для Джима. Они потеряли много людей, и союз позволил бы избежать дальнейшей резни. В Стае есть те, кто приветствовал бы такое решение. В этом случае, не показываться никому на глаза было бы для него лучшим вариантом. Однако, Джим думает наперед. Если он проиграет, поддержав нас, то столкнется с Роландом как с победителем. Твой отец не заключает союзов. Он жаждет покорности. Джим будет этому противиться, как и большинство остальных. К тому же, если Джим предаст нас, клан медведей, клан буда и клан волков восстанут.