Великие игры драконов (СИ)
Стараясь отыгрывать эмоцию шока более правдоподобно, широко расширила глаза, замирая перед драконицей.
– Значит… значит, это вы – Тень?
– Тень? Пф! Неееет, – Ананта усмехнулась, с наслаждением протянув отрицательный ответ, продолжая при этом пристально изучать меня. – Что ж… учитывая, что с этой минуты ты стала моим долгожданным рычагом на любимого внука, я признаюсь тебе. Хм… это даже приятно. Сложно быть великой, когда о тебе никто не знает. – Леди Сагай прошлась вдоль панорамного окна, ухмыляясь. На середине бордюра остановилась, повернулась ко мне и эффектно раскинула руки в стороны. Свет от окна замигал, усиливаясь. От Ананты в мою сторону поползло сразу четыре тёмных силуэта. – Узри, человечка! Я – не Тень! Я – хозяйка Теней. Я – создательница ордена!
– Но… как? Да, я думала о вас, однако… Вы же говорили о хозяине в третьем лице! Называли его «владыкой». Да ещё и с таким трепетом. Это сбило меня с толку.
– Это всех сбивает, девочка, – хмыкнула женщина, снимая заклинание света. – Даже моего сына. Он до сих пор считает, что Мордред – наш господин. А племянник всего лишь тот, кто показал мне, насколько легко управлять драконами, которых одолевает жажда мести.
– Я не понимаю… – прошептала едва слышно, моля Всеединого, чтобы драконица продолжила говорить.
«Нужно вытянуть из неё как можно больше информации, чтобы эту чокнутую бабу смогли законно судить».
– Чтобы ты поняла, нужно рассказывать с самого начала, а это слишком долго. Хотя… у нас ведь уйма времени, верно?
С улыбкой заметила женщина, наблюдая, как на арену выходят участники состязания, и один из распорядителей даёт сигнал к началу состязания. Магия всех оттенков цвета полетели во все стороны, у кого-то изящно преломляясь, а кого-то окутывая потрясающим свечением.
Драконица даже внимание не обратила на это светопреставление.
Ананта погрузилась в свои воспоминания, наконец, находя благодарного слушателя.
– Всё произошло больше трёх веков назад, когда я была ещё ребёнком. Мою мать жестоко убили на моих глазах за преступления против людей и драконов. Сейчас я могу сказать, что понимаю мотив сего правосудия, однако в мои пять лет это понимание ещё было недоступно. Из своего взросления я вынесла только боль и чувство глубокого одиночества. Что сказать? Мой старший брат был не подарок… А точнее – чудовище. Но в отличие от матери, чудовище осторожное. Кольдар выпил куда больше людей! – женщина обняла себя за плечи, демонстрируя крайнюю степень уязвимости, что совсем не вязалось с образом ледяной стервы, которой она всегда хотела казаться. – Успех его безнаказанности прост – он… хах! – Ананта презрительно усмехнулась, как будто что-то вспоминая. – Как он говорил? «Глупо гадить в кормушке…» – кажется так. Людей для него доставлял один и тот же ментально заряженный дракон. И доставлял издалека. Сарис, Лебреастен, Кешайн, Греидж – не важно. Главное – не Негрэш! И главное, чтобы это были не двуипостасные.
– Он унаследовал жажду крови от вашей матери?
Ананта горько усмехнулась.
– Самое смешное – нет. Ни он, ни я не были обременены жаждой. Просто ему нравилось… убивать. Или, может, он считал, что таким образом становится ближе к матери, которая его безумно любила и всё ему дозволяла… Не знаю. – В глазах драконицы заблестели злые слёзы. Ананта прищурилась, вспоминая не самые приятные моменты из своей жизни. – И знать не хочу. Пока Кольдар предавался порокам, позабыв обо мне, я училась. Росла и училась. Именно в обучении и развитии своих магических способностей я видела близость к матери. Леди Вивьена была очень образованной женщиной. И сильной. Дня не проходило, чтобы она не занималась со мной… когда была жива. Я изо всех сил старалась стать похожей на неё. В целом, всё было достаточно хорошо, кроме уклада жизни. Дружки брата меня обижали, стараясь унизить при каждой встрече, а сам брат игнорировал… пока я не взбунтовалась в свои четырнадцать лет. А точнее выжгла мозг правой руке Кольдара, Себастьяну… Подонок решил, что я – достаточно взрослая, чтобы согреть его постель. – Женщина поморщилась, криво усмехнувшись уголком губ. – Пощадим твою психику. В общем, братец отправил меня в дальнее имение, заблокировав магию одним из артефактов мамы. Она была замечательным артефактором в своём мире. Хм… что-то я разговорилась. Ушла от главного.
– Ничего, – сказала раньше, чем подумала. Но мне, в самом деле, было интересно слушать леди Тень. Осуждать или оправдывать преступления убийцы – не моя задача. А вот послушать, что предшествовало этому, действительно, полезно.
Ананта тихо засмеялась, садясь на мягкий диван полубоком, чтобы видеть и меня, и арену, на которой уже вовсю шёл активный бой.
– И тем не менее… Момент, когда я поняла, что никто в этом мире, кроме меня самой, не защитит моих близких наступил не скоро. Для начала я обзавелась этими «близкими».
– Ваш сын?
– Хах! Нет. Даймон родился намного позже и фактически на всё готовое. Нет. Самым близким человеком для меня стала Нэтали – иная, которую мой брат отбил в честном поединке и присвоил себе. Свадьба на иномирянке стала поводом для моего возвращения и для снятия блокиратора. Так получилось, что мы обе были несчастны рядом с Кольдаром, поэтому не удивительно, что очень быстро подружились. Ты не представляешь, дитя современности, права которого защищены всеми возможными законами, что пришлось пережить это девушке! Брат бил её, насиловал… – шёпот леди Ананты сорвался, и по её щекам побежали слёзы, которые, впрочем, драконица быстрым движением ладони вытерла, взрываясь от ярости и обиды. – А ведь Нэтали была племянницей императора! Точнее вселилась в тело случайно погибшей племянницы! Они, Адари, могли ей помочь! Могли спасти от Кольдара! Мы каждый день писали им! Просили защитить! Настоящая Нэтали тоже была очень доброй девушкой! Она всегда всем помогала! Наташа помнила это из жизни погибшей грани души. Так почему же… почему они предпочли отвернуться?! Почему смеялись нам в лицо на каждом приёме, когда мы обращались к ним лично?!
Я всхлипнула, только сейчас с удивлением понимая, что плачу. Я была готова услышать любую версию становления злодейки, но… но не такую.
Ананта резко отвернулась, как будто ей было неприятно видеть мои слёзы.
– Потом родился Мордред, – продолжила драконица, перечисляя хронологию событий, которую знал всякий в империи. – Нам стало немного полегче. Кольдар получил желаемое – наследника – и опять ушёл с головой в свои пороки. Мы прожили пять чудесных лет, а потом… потом брат забрал Мордреда. Забрал и отдал императору, придумавшему традицию с побратимством! И мы опять просили! Опять унижались, умоляя вернуть Нэтали сына!
Разозлившись, Ананта подалась вперёд и смахнула все тарелки со стола, в ярости вскакивая на ноги.
– И знаешь, что Ракотан сейш Адари сделал? Попросил Кольдара «унять его баб»!! – выплюнув эти слова, явно принадлежащие отцу нынешнего императора, Ананта стиснула пальцы так, что на её ладонях выступила кровь. – Братец явился в ту же ночь. Смеялся, когда тащил Наташу на волосы… обещал ей подарить нового «Мордреда». Я пыталась помочь, защитить девушку, ставшую мне сестрой, но получила лишь оплеуху. Да такую, что сознание потеряла…
Я не знала, что сказать, как выказать своё сожаление… Просто сидела и понимала, что эта женщина шла по грани всю свою жизнь, прежде чем смириться и упасть в объятья безудержной жажды мести.
– Не знаю, что пережила Наташа той ночью… но жить дальше она не захотела. На рассвете, пока братец отсыпался после бурной ночи… она поднялась на крепостные стены замка и сбросила вниз.
Ложа погрузилась в тишину.
– В то утро я поняла, что… Больше. Никого. Никогда. Не буду просить о помощи, – чеканя каждое слово, протянула Ананта, стискивая челюсти так сильно, что её квадратные скулы ещё сильнее выделились на лице. Драконица гордо вскинула подбородок, возвращая себе на лицо ядовитую усмешку.