Спецотдел. Ведьма на службе (СИ)

Василий Павлович хлопнул в ладоши и потер их:
– Что ж… Спасибо. Будем искать. Дайте мне свой номер. Если что, звоните мне.
Я кивнула, и мы обменялись номерами.
Домой я шла в непонятном настроении. Была в прострации. Не осознавала, что сейчас произошло и уж тем более, что будет дальше. Переезд, новая работа… Все так странно и неожиданно. Даже не верится, что это не сон.
Я достала из кармана телефон и набрала номер подруги.
– Алло? – ответила она.
– Мусь, у меня такое!
– Какое? – тут же заинтересовалась она. – А я гляжу, пропала ты куда-то из соцсетей. Так и подумала, что что-то случилось.
– Что-то случилось ­– мягко сказано.
И я поведала ей обо всем, начиная со своего продуктивного похода в лес.
Маруся верила, что я не сумасшедшая. Но в магию поверить ей было всегда тяжело. Я ей гадала, все сбывалось. Даже объяснила принцип работы таро – карты подключаются к информационному полю вселенной и говорят все как есть. А таким как я, ведьмам или просто тарологам, остается все правильно трактовать. Но вот призраки, духи для нее были запретной темой. Она в них верить не хотела из-за своего страха перед потусторонним. И если я, привыкшая с детства к посторонним шумам по ночам, реагировала на них как на нечто обыденное, то она тут же врубала везде свет и пряталась под одеялом. Я давно убедила себя не бояться, ведь для сущностей главная еда – страх.
В один момент Марусю начала мучить тревога по ночам, взявшаяся из ниоткуда. Я подозревала, что виновата какая-нибудь сущность. Объяснила подруге, что знаю сама, и посоветовала не бояться. Ну и конечно пожечь полынь дома, чтобы потустороннее ушло туда, откуда пришло. Кто бы сомневался, что после такой чистки дома все пройдет? Маруся поблагодарила меня, да через пару дней опять перестала верить в духов, потому что, как она выразилась, для ее нервной системы это безопаснее.
– Ну дела! – отреагировала она на мой рассказ. – Словно сказку какую послушала!
– И воспринимаешь мой рассказ тоже как сказку?
– Извини, но да. Знаешь ведь, так спокойнее.
Я кивнула, грустно усмехнувшись.
– Блин! – вдруг выругалась подруга.
– Что такое?
– Если ты работу сменила, значит и меня это ждет.
У нас с Марусей всегда так. Если какое-то событие происходит в ее жизни, то не пройдет и месяца, как у меня произойдет похожее. И также работает в обратную сторону. Мы даже внешне похожи. У меня волосы темно-русые, и у нее. У меня янтарные глаза, а у нее светло-карие. У меня острый нос, и у нее.
– Ты же тоже хотела бросить работу воспитателя в детском саду? – хмыкнула я. – Поехали со мной в Москву.
– И кем я там буду работать? Ты ведьмой, а я уборщицей?
– Разберемся. Квартиру мне служебную дадут. На первое время со мной поживешь.
– А они разрешат?
– Конечно, разрешат! – фыркнула я. – Я их первая ведьма из спецотдела. Неужто откажут?
Маруся похихикала, похихикала, приняв все за шутку. Но я была серьезна. И в этот момент так тяжело мне стало. Я поняла, что без моей единственной подруги в столице мне делать нечего. Я просто не смогу.
Послушав щебетание Муси о ее нынешней работе и грядущем отпуске, я попрощалась с ней. И к дому как раз подошла. Села на лавку, принялась обдумывать происходящее. Мне все еще не верилось в то, что это происходит со мной. Это ведь не сон? На всякий случай ущипнула себя. А затем вдруг в голову стрельнула одна мысль. И пришлось вновь доставать телефон и звонить Василию Павловичу.
Через десять минут возле меня уже стояла служебная машина с моим будущим начальником и каким-то ППСником за рулем.
– Схема такая, – начала объяснять я подполковнику, – мы объезжаем все водоемы города и я опрашиваю утопленников.
Он недоуменно нахмурился.
– Призраков! – пояснила я. – Кто-то из них скажет, что его утопил наш мэр. И вы уже будете обыскивать водоем на наличие трупов.
– В принципе, можно…
– Нужно! Кстати, если вдруг моя подруга приедет в Москву ко мне в гости, то она сможет погостить в служебной квартире, которую мне выделят?
– Что? – растерялся Василий Павловичу. – Ну… да.
 
Я радостно улыбнулась, и мы поехали на городской пруд. Я сомневалась, что там есть утопленники, так как этот пруд находился в парке. Но, как оказалась, зря. Утопленники там были, и все старые. Одному было больше ста лет, второму около шестидесяти. Они попытались со мной поговорить подольше, но я знала, чем это грозит. Меньше болтовни, больше дела, иначе моему будущему начальнику придется на своем горбу затаскивать меня в квартиру.
Второй шла река, третьим озеро на окраине города, четвертым пруд в ближайшей деревне… И везде находились утопленники. Но не те, которые нам нужны. После четвертого я уже чувствовала, как на мои плечи оседала усталость. Даже не смотря на то, что общалась я с мертвяками категорически мало, они все равно успели пожрать мою энергию.
К пятому водоему ехали мы без настроения. Тем более что он находился в часе от города. И я успела прикорнуть. Василию Павловичу периодически поступали звонки, и он брал трубку с громогласным «Слушаю!»
– Молодцы, – произнес подполковник. – Ройте дальше.
Он убрал телефон в карман и повернулся к сонной мне:
– Вышли на след того, кто умер под колесами мэра.
– Круто, – отозвалась я.
– Благодаря вам максималку ему впаяем! Еще бы найти свидетелей к делу об изнасиловании…
– А вы поройтесь в его дисках…
Спать хотелось жутко, а этот Василий Павлович еще смеет меня будить!
– Что? – напрягся он. – В каких дисках?
– В каких дисках? – возмущенно отозвалась я и устроилась поудобнее.
– Вы сейчас сказали про какие-то диски.
– Не знаю никаких дисков…
И вырубилась до самого пруда.
Выходила из машины я очень лениво. Зато сразу же проснулась, как увидела троих утопленников на берегу. Подползла к ним, встала рядом.
– Ну, – начала я, ни на что не надеясь, – кого из вас мэр утопил?
– Меня, – отозвался паренек лет двадцати.
Я вытаращилась на него. Неужели?!
– За что?
– Занял у него пятьдесят тысяч и не вернул…
– А с какой радости он тебе их занял?
– С такой! Он мой двоюродный дядя. Я не вернул, потратив все на наркотики. А он меня и утопил. Хотел попугать, да что-то пошло не так.
– И давно это было?
– Уже года три прошло.
Я скривилась. Это что же от него осталось после такого срока? Хотя, в воде тело разлагается по-другому… Повернулась к машине и махнула Василию Павловичу. Он быстрым шагом направился ко мне.
– Далеко от берега твое тело? – уточнила я у мертвяка.
– В самой середине озера.
– Далеко…
– Утопил он меня на берегу. Потом на лодке туда оттащил и с камнем вниз бросил, чтоб я не всплыл.
После такого жуткого разговора сил у меня не осталось. Ни моральных, ни физических. Передав слова Василию Павловичу, я направилась к машине и устроилась на заднем сидении, уснув. Что там творилось дальше, не знаю. Меня разбудили поздним вечером, когда привезли к дому.
– Просыпайтесь, Ада, – меня тряс за плечо подполковник.
Я проморгалась, огляделась.
– А где озеро?
– Труп нашли, будем делать ДНК, чтобы определить, точно ли это племянник Митрофанова, пропавший три года назад. И, кстати, диски с компроматом тоже нашли.
– Какие диски? – я потянулась.
– Диски с видеодоказательствами насилия. Вы как сказали мне про диски, так я сразу послал ребят еще раз дом обыскать.
Я ничего не понимала.
– Когда мы ехали в машине, и я посетовал насчет отсутствия доказательств насилия, вы мне сказали про диски и легли дальше спать.
– Не помню такого.
– Главное, что это помогло! Да… Вы за один день сделали то, что мы бы делали месяцами. Поразительно. Я думал, что это затянется. Но из-за вашего таланта мы вернемся в Москву гораздо быстрее.
Вздох вырвался из моей груди сам. Ехать в Москву… Мне! Все еще не верилось. Я вышла из машины и направилась домой, по пути включая телефон. Десять пропущенных от мамы, три от братика и сорок пять от Маруси. Я нахмурилась. Это что такое? Поднимаясь в квартиру, набрала номер подруги.