Кот и другие (не) приятности (СИ)
На меня посмотрели скептически, хмыкнули и, протянув большое пушистое полотенце с подсолнухами, задали направление:
— В ванну. Быстро! И не спорить с…
— И не собиралась! Только я сначала промокла, затем продрогла и потом ап-ч-хи…!
— Будь здорова, мамочка! Изумительно, но бабушка Еленочка всегда оказывается права!
— Ап-ч-хи. Согласна. Но не всегда!
— Иди уже, горе мое, в ванну, пока не слегла с высокой температурой. Я тебя как облупленную с детства знаю! Стоит промочить ноги — ангина гарантирована!
Я хотела возразить, что давно уже ничем не болела, но в свете последних печальных событий передумала. Пока в моей жизни тянулась сплошная черная полоса, и белого просвета не наблюдалось.
— Поторопись. А о своих неприятностях позже расскажешь.
Я оглянулась. Неужели и о моем увольнении знает?
— У тебя на лице все написано! — «успокоила» мама.
Пролежав в теплой воде около часа, я перестала шмыгать носом, но появившаяся боль в горле возвестила об очередной ожидаемой проблеме.
Два долгих дня я провалялась в доме у мамы под тяжким гнетом ее нежной заботы и тотальным контролем над соблюдением рекомендаций врача. Аленка поддерживала меня, как могла: читала книги и рассказывала веселые истории из школьной жизни, всегда начинавшиеся со слова «изумительно» и бывшие зачастую плодом ее безудержной фантазии. Все неприятности мира меркли перед заботой дочери! И за что мне такое счастье?!
Василий был эвакуирован из пустой квартиры. Кот решительно не хотел оставаться один. Теперь он пытался ужиться на одной территории с Дульсинеей, уже почувствовавшей себя хозяйкой дома и сердца моей матери. Притирки шли тяжело. Дуся оказалась дамой с характером и в обиду себя не давала. Она грозно шипела на Василия, выгибала спину, стойко защищая свою миску от его нападок.
Звонил Александр и ненавязчиво напрашивался на обед. Я сделал вид, что не поняла намека. На следующий день он пригласил меня на ужин в самое популярное в нашем городе кафе. Попасть в него было весьма затруднительно, если, конечно, ты не забронировал столик заранее, или его хозяин не твой друг.
Хозяином, вернее хозяйкой «Старого подворья» была моя школьная подруга Маринка Уголькова — Уголек, как мы ее с Риткой называли. Раньше наша троица часто встречалась именно там. Только из-за Василия, которому мои подруги не нравились, я все чаще пропускала эти встречи, ссылаясь на неотложные дела. А вот Александру пришлось бы попотеть, чтобы попасть именно туда. Кстати, Уголек очень любила такой типаж мужчин — невысоких стройных и с чувством юмора. А еще он был блондином, как раз в ее вкусе. Александр точно бы ей понравился! «Надо их познакомить!» — осенило меня. Надеюсь, влюбиться в меня мужчина не успел. Впрочем, Васнецов назвал его сердцеедом, а это значит, что ни о каких серьезных чувствах ко мне и речи идти не может. Ему, может быть, все девушки нравятся без исключения, а моя Маринка к тому же красавца, у нее вообще только один недостаток — рост метр восемьдесят без каблуков. Каблуки тоже имеются, их Уголек просто обожает. Идет — ноги от ушей, все мужики оборачиваются! Но большинство подходить стесняется. А те два экземпляра, что все же подошли, лучше бы и не подходили. Там все в рост ушло, а на ум и другие нужные части тела природа поскупилась. О расставании с ними Уголек никогда не жалела. Сейчас она успешная бизнес леди и на свидания времени у нее нет. Ритке повезло больше: как влюбилась в нашего одноклассника Витьку в первом классе, так и решила, что он на ней жениться должен. Витька согласился. С Риткой вообще лучше не спорить. Характер такой, если она что решила, то идет к цели, не замечая препятствий. Живут они дружно, двоих детишек растят.
После моего третьего отказа, Александр неожиданно сам явился в дом моей мамы.
— Женя, к тебе поклонник, — сообщила мама, постучав в дверь моей спальни, где я, как и мечтала недавно, валялась на кровати под пледом с Васькой под боком и Аленкой, сидевшей около на кресле с книжкой в руках. Только температура и головная боль в мои планы не входили.
Вышла к мужчине на крыльцо, кутаясь в мамин пуховый платок. Вид бледный — успела посмотреть на себя в зеркало и даже провести несколько раз расческой по спутанным прядям, голоса по-прежнему не было.
— Здравствуйте, Женя, вы действительно плохо выглядите, пойдемте скорее в дом.
Даже, если бы могла говорить, то слов не нашла.
Отвесив сомнительный «комплимент», Александр, всучил мне огромный букет алых роз, и, заботливо запихнув меня обратно в дверь, вошел следом, не ожидая приглашения.
Я стояла и смотрела, как Александр, сняв аккуратно пальто, повесил его в шкаф, убрал начищенные до зеркального блеска ботинки на полочку и уверенно шагнул в гостиную.
— У вас очень уютно, — сообщил он моей маме, галантно поцеловав ей руку.
Аленке был вручен огромный медведь, а моей маме конфеты и марочное шампанское. Дочка поблагодарила, широко улыбнулась, но, как бы невзначай, заметила, что живой собаке она бы обрадовалась больше.
— Заметано, ребенок, — Александр еще шире улыбнулся ей в ответ и сделал пометку в смартфоне.
Только не собаку! Особенно сейчас, когда вопрос с новой работой еще не решен. Чем я буду кормить этот зверинец? Один Василий всех собак за пояс заткнет со своим недюжинным аппетитом. Сидеть всей разношерстной компанией у бабушки на шее? Нет! Только не это!
Кинув взгляд в мою сторону, мужчина понял, что слегка поторопился с обещанием.
— Если твоя мама разрешит, — добавил он, виновато глядя в мои глаза.
— Изумительно, вы такой взрослый мужчина, а самостоятельное решение принять не можете, — погрустнела дочка и с надеждой посмотрела на бабушку.
— Нет, — твердо сказала моя мама, — у меня уже Дульсинея есть с твоей подачи! И Василий! И никаких собак!
— А чисто теоретически? — не спешила сдаваться Аленка.
— Мряк, — вынес окончательный приговор Василий и с надеждой посмотрел на мою маму. «Если уж собаки нет, покормите бедного кота! С утра ни одной крошки корма во рту не было!!»
— А рыба? — напомнила я ему.
— М-ря-у-у! «Какая такая рыба? В холодильник загляни, пусто там!» — возмущенно взвыл кот.
Пришлось идти на кухню. Александр пошел вместе со мной, следом моя мама и Аленка, последней к нашей компании присоединилась Дуся.
— Будете обедать вместе с нами? — предложила мужчине мама.
Еще бы он отказался! Вон как глаза загорелись в предвкушении. На мой бюст с меньшим энтузиазмом смотрел!
Аленка ела без аппетита, ерзала за столом и внимательно изучала Александра, постоянно отвлекаясь от еды. Замечания при чужом человеке делать не стала, поговорю с дочкой позже о том, что это на нее нашло. Обычно бабушкину стряпню она ела с удовольствием, иногда и добавки просила.
Мама цвела. Наконец-то нашелся человек, оценивший ее кулинарный талант. Отцу легко было угодить, как человек военный, построивший свою карьеру с самых низов, в еде он был крайне неприхотлив.
— Как вам, Женечка, повезло с мамой! — заливался соловьем мужчина, пытаясь втянуть меня в беседу.
Вот вроде бы всем Александр хорош, а сердце говорит — не мой мужчина. Или я пока не готова к новым отношениям и слишком предвзято к нему отношусь?
Отобедав и поиграв немного с Аленкой, Александр откланялся, пообещав вскоре вновь заглянуть к нам на обед. Или ужин.
Только бы на завтрак не остался!
— Буду счастлив, пригласить вас, Женечка, на свидание, как только окончательно поправитесь, — пошел гость в наступление и осторожно взял меня за руку, когда я вышла проводить его до дверей.
Проблеяв в ответ что-то невразумительное, свою руку в нежном захвате все же оставила и стойко вынесла поцелуй в щеку. Присмотрюсь еще немного, вдруг ошибаюсь и Александр моя судьба?
— Какой мужчина! А как воспитан! И где мои семнадцать лет? — пропела Ангелина, подражая Высоцкому, успевшая к финальной сцене прощания.
— На «Большом Каретном», — ответила ей в тон мама, приглашая жестом войти. — Тише ты, Ангел, он еще не успел далеко уйти и может услышать.