Шайтан Иван (СИ)

— Наши вещи перевезли, — кивают
— Тащите мой ранец и свои. —
Распихиваю им в ранцы мешки с золотом и серебром, к себе камни
— отвечаете головой и другими частями тела, по прибытию сдадите мне, ясно⁈ —
— ясно командир —
— Да, скажите бойцам, банду конокрадов уничтожили, семь бандитов, и ни чего более —
Ночь для меня была мучением, все решал вопрос, что делать с камнями. Возвращение Ашоту даже не рассматривалось, как говориться, что с бою взято, то свято. В казну полусотни тоже нельзя, чревато многими неприятностями. В конце концов плюнул, дунул, решил, оставлю себе, мне нужнее, ещё в жизни устраиваться, жениться и семью содержать,
  
— Все закрыли тему — на душе стало легко и спокойно, на что только не пойдешь ради себя любимого. Так и уснул, но перед этим проверил караул. Бдят.
Утром, как ни странно, встал бодрым и с хорошим настроением, ну а чего ему быть плохим. Саня принес мне котелок кулеша, который я с удовольствием уплетал. Рома подошел какой-то не такой как обычно, смущенный, что ли. Смотрю на него и чувствую, моему хорошему настроению что-то грозит.
— Тут такое дело, командир, — мялся и не мог решиться Рома
— Не тяни кота за яйца, что еще случилось —
— Дозволь Аслану и Амине с нами идти —
— Как с нами, — я чуть не подавился — ты, что, с дуба рухнул, Рома. —
— С нами, на базу, насовсем, семью их всю извели бандюки, одни они остались, брат и сестра. Податься им не куда, пропадут — упавшим голосом проговорил он.
— Почему пропадут, пусть к родне едут, лошадь, оружие дадим —
— Так нет родни у них, кровь с родом пролилась, вот и сбёгли сюда от мести —
— А ты значит благодетель, пожалел сироток — Рома стоял, опустив голову.
— Не поверишь, командир. Как увидел Амину, лежащую на полу, будто ножом по сердцу, такая жалость взяла, подумал, если живая, ни кому не отдам. —
— Эко, брат тебя накрыло, они сами, что думают? —
— Аслан просит дозволения поговорить —
— Ну зови раз просит —
Рома помахал рукой. К нам подошел Аслан, вполне себе твердой походкой, правда лицо опухшее, синюшное, правый глаз заплыл, превратившись в щелку, правую руку он старался беречь.
— Здравствуй гаспадин — он осторожно поднес правую руку к сердцу и поклонился.
— Я понимать по русски, только гаварить плохо — и он стал говорить на своем, а Рома переводить
— Благодарит, что спас его и сестру, говорит, Мехушскаевы, всегда отдают долги. — Аслан встал на правое колено и быстро заговорил
— Это, что еще за цирк — вскочил я
— так это, командир, он клянется быть твоим верным слугой и не пожалеет жизни защищая тебя и твою честь —
— какой к черту слуга, на хрен он мне сдался — стал возмущаться я.
— так, это, все командир, слово дадено, при свидетелях, позор, если он не сдержит его —
— Я освобождаю его от слова, —
— Да не можно уже, урон чести —
Я растерялся от всего происходящего.
— А сестра его, куда денется —
— Как куда, замуж за меня пойдет, сосватал я её — улыбнулся Рома.
— Калым какой назначил, Аслан? — спросил невинно я.
Рома и Аслан зависли конкретно.
— невеста хоть знает, что её продали? — продолжил напирать — Зови ее —
Рома пошел в жилище и привел Амину, осторожно поддерживая.
— почему Юсуф так сильно избил ее, он что хотел изнасиловать? —
— нет, она нашла нож и хотела ночью зарезать Юсуфа, не получилось, вот и побил, но лицо поберег, не хотел товар портить — пояснил Рома.
— Серьезная девушка — я с уважением посмотрел на неё
— Аминат, ты согласна стать женой Ромы? —
Рома перевел.
— Да, господин —
— Ты хорошо подумала? —
— Да— она покраснела, а Рома расцвел как майская роза.
— А как они пойдут с нами, ты посмотри на них Рома —
— Так то ни чего, командир, Аслан все тропки тута ведает, скажи Аслан? —
— да, гаспадин, Рома говорить куда нада ходить, я знать хароший дарога, конь может харошо ходить —
— Не сомневайся, командир, проведет, и лошадей всех уведем. —
— Добро, пусть готовятся к выходу. Рома, ну-ка притащи мне оружие, что с Юсуфа сняли и подбери одежду Аслану, все, что полагается. Рома притащил оружие и положил возле меня.
— Возьми Аслан, это теперь твое, — его левый глаз заблестел, было понятно как он обрадован такому подарку. Осторожно взял клыч и выдвинул из ножен на половину, осмотрел ружье и пистолет. По тому как он держал оружие было видно, что пользоваться им он умеет.
— Это тебе откуп за невесту, иди выбери коня —
— Благодарю тебя, господин, ты не пожалеешь, что позволил служить тебе –перевел Рома
— Ты чего стоишь, иди, готовь невесту к походу — проворчал я
— Век не забуду командир, спаси тебя бог, я всегда с тобой — сказал тихо Рома, глядя мне в глаза.
Кивнул ему, молча. Чего говорить, помог своему бойцу обрести счастье, ну и славно
  
Глава 3
 
На восьмой день нашего рейда нас встретил секрет дальнего кордона, бойцы 3 десятка Никонора Щагина.
— здравия, командир, на базе уже волноваться стали, уговаривались на неделю, а вас нет, урядник Сухин собирался завтра в поиск идти —
— Добро, как у вас тут? —
— Тихо, у нас не забалуешь —
Дома встретили по свойски, банный день, плотный ужин, чистая постель и возмущенный Анисим не переставал ворчать. Рома сразу поехал домой с Аминат. Не успели мы приехать, как вся станица знала, что Рома черкесскую полонянку привез, с кучей подробностей. Ни чего из ряда вон выходящего, в станице было много казаков жены, которых были горянки или в родословных линиях бывали женщины из горских народов. Сам Рома был чернявый и горбоносый, как и отец. Его прабабка была турчанка, да и по материнской линии чернявые. Пища для станичных сплетен, тоже развлечение для народа. Аслана определили на житье в комнатушку, в штабе, соседней с моей. Вид у него был еще тот, но он шел на поправку. Санька в подробностях описал как Аслан попал к нам, добавив, что он лично ножом убил одного и ранил другого бандюка, через то и пострадал. Теперь он личный нукер командира и Саня отвечает за обучение этого самого нукера. Вот балабол, я просил его подтянуть разговорную речь Аслана и по возможности обучить грамоте. Вот Саня очень серьезно подошел к порученному делу. В последствии Аслан сдружился с ним. Если я был на базе то он был с Саней, учась всему. Стал постоянным моим учеником на тренировках по фехтованию, учился он жадно с каким-то остервенением и у него получалось. Он везде следовал за мной как тень, как телохранитель, то есть он назначил себя таковым.
На следующий вечер собрались Трофим, Фомин и я. Выложил перед ними все серебро и золото, ассигнации.
— С Юсуфа взяли, он караван Ашота грабанул, караванщиков всех на нож. —
Пересчитали все.
— Вот, что, Петр Алексеевич, могем кредиту твому затю отдать, да за следующий заказ почитай насобирали, премии всем кто с тобой был завтре выдам, по 15 рублев ассигнациями, тут 10 бойцов просят лошадей в семью отдать, как, командир, дать —
— Отдай, раз просят, куда нам столько, —
— Добре, раздам, в счет премии, а гнедой жеребчик и оружие у Аслана как считать? —
— Это выкуп за невесту, Рома Аслану отдал, как единственному мужчине в роду. Надо нам, что-то подарить на свадьбу — озадачился я.
— Выкуп отдал, от обчества деньгу соберем и подарим, чего барахло дарить, молодые сами купят чего надо —
— Ну ты и куркуль, Егор Лукич, — добродушно подколол Трофим.
— Чего это куркуль, имучество счет любит, а я на то и приставлен, что бы приглядывать за ним —
— Ладно, не журись, шуткую я, по доброте —
— Тожа, шутник, ежели всех начнем одаривать деньгой за счет казны, так по миру пойдем —
— Верно говоришь, Егор Лукич, но на счет подарка сообрази. — подвел я итог спора
— Сделаю, командир, — вздохнул он, складывая в сумку мешочки.
Утром вышел на пробежку с бойцами вокруг базы, форма № 2, голый торс. Комплекс упражнений, десяток, меняющий дежуривших на кордоне, в полном снаряжении стоял на плацу. Трофим проводил проверку готовности