Последний ... с Земли (СИ)

Владимир попытался шевельнуться, но не смог.
— Не спеши, твоё перерождение займёт некоторое время, — предостерёг его вампир. — Кстати, ты знаешь, как я убил всех этих людей? Проклятый Лье Нин! Ему удалось подловить меня! Да, за все столетия своей жизни я стал слишком предсказуемым. Он ведь вычислил меня, да? Знал, что я буду на борту?
— Подстроил… аварию…
— Понятно. Впрочем, полагаю, он не ожидал такого поворота? Кажется, капитан был его другом. Так вот, когда я узнал, что срок перелёта возрос, то несколько расстроился. Конечно, у меня была под руками Кармен, как источник крови, но всё же… Этот металл вокруг, космическая пустота — всё это сделало меня слабым. А это чувство я не переношу больше всего. Поэтому, когда этот ловелас, Жерар, принялся обрабатывать мою любимую помощницу, я не выдержал…
Сознание мужчины плыло. Вампир рядом с ним говорил, рассказывая, как и почему убивал людей, как наслаждался нарастающим страхом и отчаянием. Часто Владимир даже не понимал, о чём именно говорит собеседник. Это не имело никакого значения. Он плавал в блаженном беспамятстве, став практически младенцем, которому только ещё предстояло родиться на свет.
Грубая тряска вырвала из объятий эйфории. С трудом разлепив глаза, Владимир обнаружил нависшего над ним вампира. Тот сверкнул нечеловеческими жёлтыми глазами и прорычал:
— Что это такое? Что означает таймер?
Мужчина с трудом собрался и понял, что слышит тонкий писк сработавшего будильника. Браслет на его руке показывал счётчик времени. 59 минут.
— Это время до столкновения, — еле слышно пролепетал он.
— Ты хотел сказать, до прибытия? — переспросил его Сигизмунд. — Мы прибываем к планете через час?
Чувство было странным. Частью сознания мужчина сопротивлялся, знал, что не должен отвечать на вопрос, но другая его часть, не подчинявшаяся этим доводам, двигала губами и языком, выдавая ценную информацию.
— Я изменил параметры последнего прыжка. Мы выйдем из гиперпространства прямо над планетой. Слишком близко. Корабль рухнет и взорвётся. Никто не выживет.
— Что? Ты хочешь уничтожить нас! Немедленно исправь это! Измени параметры! Сейчас же!
В голосе вампира слышались нотки истерического страха. Он явно не хотел умирать. Владимир мысленно порадовался своей смекалке, но тело уже предавало хозяина, продолжая выбалтывать секреты.
— Я не могу. Это можно сделать только с контрольной панели. В двигательном отсеке.
Вампир зарычал. Секундное колебание, а потом Владимира рывком вздёрнули вверх, взвалив на плечо.
— Тогда я дотащу тебя туда! И ты спасешь наши шкуры! Какой же идиот достался мне в ученики!
  
Глава 23. Финал
 
Владимир висел, свесив руки и ноги, на плече Сигизмунда, больше походя не на живого человека, а на свёрнутый ковёр, который тащили в тёмную кладовку на вечное хранение. Не слишком высокий, с возрастным пузиком старичок, каким он был ранее, сейчас без всяких проблем тащил его на себе, не выказывая даже тени усталости. Даже ворчание его раздавалось постоянно, указывая на то, что с дыханием у него всё в порядке. Совершенно сюрреалистическая картина, если бы кто-нибудь увидел её. Вот только зрителей на «Золотой лани» больше не осталось.
Мужчина менялся. Он чувствовал это всё сильнее. Как и говорил вампир, первым признаком перерождения стала любовь к своему хозяину. Там, сидя в трюме, Владимир перестал контролировать свой язык. Он хотел бы промолчать, но тело действовало против воли. Теперь же изменения происходили и с сознанием. Мысли путались, блудили по извилинам мозга. Которые в данный момент ощутимо менялись, насыщаясь новыми смыслами и значениями. Непривычное чувство рождалось внутри, заменяя собой, вытесняя все остальные.
Это напоминало влюбленность, владевшую Владимиром в юности. Тогда он впервые влюбился, воспылав страстью к прекрасной девушке, отдавшись этому чувству со всем пылом, присущим молодости. Тогда он задвинул своё эго на задний план, став добровольным слугой, фактически рабом строптивой красотки. Теперь, вися на плече вампира, Владимир ощущал, как снова меняется его «Я». Вернее, как растворяется, исчезает его «Я». Он переставал воспринимать себя самостоятельной личностью, отдельным индивидуумом. Владимир становился частью древнего вампира, органом, который лишь по недоразумению имел собственный разум. Разум, но не волю.
 
Именно воля истаивала в первую очередь. Владимир утрачивал собственные желания, собственные мысли, собственные устремления, мечты и планы. Всё его существо наполняло, капля за каплей, желание служить Сигизмунду. Он хотел отдать всё, включая собственную жизнь, ради того, чтобы порадовать вампира. Ощущение было настолько всеобъемлющим, что не оставляло места ни для чего другого. Правда, имелась одна удручающая мелочь — собственная беспомощность, из-за которой владыка сейчас был вынужден тащить его на себе. Слёзы текли по щекам, Владимир хотел обрести власть над своими членами, чтобы идти, бежать на своих ногах только для того, чтобы выполнить приказ хозяина.
Они добрались до входа в двигательный отсек. Раздражённый сверх меры Сигизмунд махнул рукой, но панель не отреагировала. Бросив взгляд на неё, вампир зарычал.
— Какой пароль? Здесь требуется пароль!
Владимир пролепетал ответ заплетающимся, не слушающимся языком. Его тело горело, плавилось, перестраиваясь и не желая выполнять приказы мозга, который и сам менялся. Превращение из куколки в бабочку никогда не было простым делом. Сигизмунд в раздражении сбросил безвольное тело на пол, а затем, схватив за грудки затряс со всей силы. Голова мужчины моталась из стороны в сторону.
— Скажи мне пароль! У нас и так мало времени!
— Би… биб… те… карь.
— Библиотекарь? Серьёзно? Какой же идиотский пароль! О чём думал этот темнокожий охотник, когда придумывал его?
«Он думал о вас, о великий хозяин.»
Так хотел сказать Владимир, но непослушный язык смог извлечь только невнятное бормотание. Которое было оставлено вампиром без внимания. Сигизмунд уже стоял у дверей, набирая ход. Дверь послушно открылась перед ним, после чего вампир шагнул внутрь. Когда железная переборка отрезала Владимира от хозяина, он не смог сдержать слёз. Его сущность рвалась туда, к Сигизмунду. Будь у него такая возможность, он бесплотным духом вырвался бы из физического тела и умчался в двигательный отсек. Но такой возможности не было. Оставалось только лить слёзы, мечтая о том, чтобы хозяин вернулся как можно скорее.
Через несколько минут дверь открылась, и на пороге показался разгневанный до предела вампир. Он одним рывком оказался рядом с лежащим мужчиной. Снова вздёрнув Владимира вверх, больно ухватившись за плечо, старый вампир прорычал:
— Что ты там сделал? Я пытался изменить параметры прыжка, но всякий раз видел на экране надпись о том, что любые изменения невозможны! Как ты это сделал?
Тая от наслаждения, Владимир не сразу понял смысла обращённых к нему вопросов. Он буквально купался в лучах счастья только от того, что хозяин был рядом. Лишь грозный рык Сигизмунда несколько снизил градус эйфории и позволил понять, о чём его спрашивают.
— Микросхема. Я вытащил микросхему, — пролепетал он.
Удивительное дело, но Сигизмунд его понял.
— Где она?
— В кармане. Нагрудном кармане.
Вампир бесцеремонно принялся обшаривать беспомощно лежащего мужчину. Владимир не возражал, он наслаждался каждым прикосновением хозяина. Он чувствовал волны блаженства, прокатывающиеся по телу. От них приятно щекотало в мозгу и волоски на коже вставали дыбом.
— Вот она. Куда вставить эту микросхему? — грубо спросил Сигизмунд.
— Там. Маленькая комната. Справа. Я…
Вампир, грязно выругавшись, выпрямился. Он перестал слушать лепетание своего подопечного. Решил, что сам разберётся без проблем. Дверь открылась и закрылась, оставляя Владимира в одиночестве. Тонкий вой вырвался из открытого рта мужчины. Всё ещё не владея телом, он пытался, извиваясь червём, ползти за ушедшим хозяином. Причина была всё той же — безграничная любовь. Но теперь у неё имелась несколько другая подоплёка.