Измена. Во власти лжи (СИ)
Измена. Во власти лжи
Анна Томченко
Глава 1
— Я сказал не лезть ко мне с дебильными вопросами! — прорычал Рус и резко хлопнул дверью кабинета.
Я как стояла за шторами со стороны террасы так и заперла.
Муж был не в духе. И уже ни один раз предупреждал, чтобы никто не спел в его кабинет заходить.
Но я зашла.
— Не грузи! — Рус дернул ручку шкафа и та чуть не слетела с петель. Я этого даже не видела, только представила картину и звон стекла подсказал с какой силой Рус дернул створку на себя.
Я зашла, чтобы занести почту.
Иногда так бывало, что письма собирались на первом этаже в холле на столике, и Рус забывал о них, а там могли быть счета на оплату и прочее.
Я собрала всю кипу бумаг и пошла в кабинет супруга, раскладывать корреспонденцию, но Тимурка влетел внутрь и крикнул.
— В прятки погнали! Я вожу, ты прячешься! — зловеще прохохотал сын и выскочил опять в коридор.
Тринадцать лет.
Тимур хоть и был взрослым, но иногда выдавал нечто такое…
Странное.
Как например у нас с ним было, что надо подурачиться и вот играли то в прятки, то в дартс.
Я уже привыкла.
Поэтому оттолкнувшись от стола, я встала и придержала живот.
Беременность.
Немного осталось, скоро увидимся с малышом, и мне перед близящимися родами, конечно, только пряток не хватало, но я качнув головой подумала о том, что чем бы дитя не тешилось…
Оглянувшись, я не придумала ничего лучше чем спрятаться на террасе, как раз где шторы мешали обзору с кабинета и поэтому сейчас, слыша недовольного супруга, я кусала губы и не знала как выйти, чтобы не нарваться на новую нотацию о том, что кабинет не место…
Я вздохнула и сделала шаг в сторону.
Подглядела.
Рус сел в кресло и отбросил телефон.
Я переступила с ноги на ногу. Может через террасу спуститься с сад и обойти дом, вернувшись в него через главную дверь?
Я посмотрела на сухие тропинки.
Октябрь пусть теплый, но я в домашних туфельках.
— Да! — рявкнул муж, и я вздрогнула. Скосила глаза и увидела как супруг, откинувшись на кресло, бросил телефон снова на стол, включив громкую связь. — Алик, чего хотел?
Я качнула головой.
Алик, лучший друг мужа был почти членом семьи и ничего удивительного что Рус рычал и на него.
— Ты на выходные с женой приедешь или… — прозвучал голос друга мужа.
Я облизала пересохшие губы.
На языке почему-то почувствовался солоноватый слегка неприятный привкус.
— Куда жене ехать с ее пузом? Дома пусть пироги печет! — отозвался недовольно Рус и даже цыкнул.
У меня в голове словно бы церковным перезвоном зазвучали молоточки, которые старались разбить мне черепную коробку.
— Рус, ну ты красава! При молодой жене ехать ко мне…
— Заткнись! — рыкнул муж.
А я хлопнула глазами и замерла.
Даже дышать перестала.
Ощутила внутри как все покрылось толстой коркой наледи.
При молодой жене…
Ехать к нему…
Я же ошибаюсь?
Кто-нибудь, боженька, муж, Тимур скажите, что я ошиблась и мне послышалось.
Пожалуйста…
Последнее мысленно прозвучало так, как будто я проскулила.
Сознание заметалось и забилось внутри.
Я не почувствовала как наступила в маленький горшок с петуниями, который давно стоял на полу, потому что цветы отцвели.
Земля под ногой промялась, и тонкая глина горшка протяжно тренькнула.
Я обернулась и обняла живот руками.
Мне рожать со дня на день.
А я узнала, что у мужа есть какая-то другая женщина, с которой он в выходные поедет к другу.
Низ живота потянуло, и я всхлипнула.
У меня была неспокойная беременность.
Я дважды лежала на сохранении, сначала из-за низкого гемоглобина, а потом у меня было подтекание вод из-за неправильного предлежания малыша. Но госпитализация поправила дело, однако иной раз я чихнуть боялась, чтобы не спровоцировать повторение. Даже с Тимуром мы больше не занимались вместе спортом и вообще я предпочитала вот в этих прятках дойти до террасы, чем блуждать по саду или дому.
Спазм повторился, и я, зажмурив глаза постаралась успокоится.
Еще рано. Срок не пришел.
От обиды и злости я немного по-детски засопела и прикусила губу, чтобы не закричать и не зайти в кабинет.
— А ты не боишься, что жена узнает? — прозвучало тише, но интонация у Алика была такой паскудной, что я вся сжалась в преддверии ответа.
Сердце грохотало, а малыш распереживавшись, начал пинаться.
Я положила ладонь на живот и задышала ртом.
— Мне бояться нечего. Мы семья и никто этого не изменит, — зло усмехнулся муж, разбивая мне сердце вдребезги.
То есть наличии у него любовницы не повод для развода?
Я вдвойне тяжелее задышала и тут Алик отозвался.
— Офигеть мужик! — даже с какой-то нескрываемой гордостью протянул лучший друг мужа, и я на нем мысленно нарисовала мишень, такой же предатель. Такой же…
— Замолчи и закрой рот, — уже тише отозвался Рус и что-то в кабинете упало. Я зажмурилась, представляя как муж сейчас развернется и решит встать…
И что?
Я что должна делать?
Что мне делать накануне родов в декрете с изменником мужем?
С животом и чемоданом наперевес орать с порога, что он предатель и чудовище и детей ему не видать как собственных ушей?
Или может молча и тихо уехать? Так найдет же…
Или…
— Так, в общем не напрягай, — выдохнул Рус. — И последний раз говорю, еще раз начнешь эту тему обсасывать, в бубен получишь, понятно?
— Ой какой серьезный, — засмеялся так резко Алик, что я чуть от испуга не дернулась с террасы.
Я думала, что такой мужчина как Рустам никогда не предаст. Говорят же, что изменяют чаще всего нарциссы и эгоисты, а меньше всего предают мужчины, у которых высокий уровень интеллекта.
Рустам был очень умным. Я бы даже сказала внимательным, участливым.
Я не ожидала такого.
Это было подобно тому, что я просто оказалась в ледяной воде под толщей льда, и вдохнуть не получалось.
— Ага! — зазвенел на все лады голос Тимурки, и я прикрыла глаза, понимая что дальше произойдет. — Ой пап, а где ма?
— Я сколько раз говорил… — начал Рус и осекся.
В кабинете повисла тишина, и я туго сглотнула.
— Да я помню, помню, — замялся Тимур, — но я залетел, она тут возилась, думал она спряталась от меня, а я теперь не могу наушники свои найти и чай там…
Тимур еще что-то пробурчал и закрыл дверь.
Я задышала нормально и постаралась если уж и стать обнаруженной, то не лить слезы и вообще держать себя в руках, но…
В сердце гейзерами бурлила кровь состава яд. Сосуды сужались в нити и из-за этого мигрень все сильнее давила на разум.
Скрипнул паркет.
Рус очень гордился натуральными материалами, он мне говорил, что так дом по-настоящему живой становился. И поэтому паркет хоть и качественный, но временами издавал звуки.
Отодвинулось кресло.
Часы напольные тяжелые, которые Рус притащил из Праги, звякнули.
Что мне ему сказать? Как себя повести? Признаться, что все знаю, все слышала?
А как же дети, как роды? Я же на нервах рожу прямо сегодня вечером в душевой.
Я и так чувствовала как между ног все заходилось в коротких противных спазмах.
Черт.
Нет, малыш, родной, маленький, посиди еще немного. Мы же договаривались.
Штора качнулась.
Я глазами полными ужаса смотрела на это.
Бежать бы… Да куда с моим животом? Я и так добрую часть времени как утка передвигалась совсем лишившись прежней грации.
Пальцы Руса сомкнулись на ручке террасной двери.
Три…
Напряглись вены на тыльной стороне ладони.
Два…
Хрипловатый баритон уже звучал в ушах…
Один…
Глава 2