Наномашины, первоклашка! Том 4 (СИ)

Барон распахивает глаза и резко на меня поворачивается.
— Ты что, мелкий ублюдок… УЖЕ⁈ — не верил он.
Чувство, будто сердце ударило лишний раз. Будто разорвалось, будто раздулось в два раза больше! Лёгкие стали какими-то объёмными, и я с непривычки закашлялся, а прочистившиеся каналы создали ощущение, будто по моему телу разливается прохладная водичка.
Сердцебиение, естественно, ускорилось от стресса. *Тук, тук, тук. БАМ*.
— Кха-кха!
«Рой, отчёт!»
«Ядро эмитирует удар сердца. Импульс прочищает и расширяет энергоканалы, а застоявшаяся энергия начинает обновляться» 
«Что это значит⁈»
«Из-за течения энергии образуется естественные помехи, что повышает сопротивляемость магии. Плюс повышается ваше общее самочувствие и эффективность тела» 
Мне кажется, что в лёгкие помещается больше воздуха. Что тело стало легче, что осталось проходит быстрее, да что я вообще офигенен!
*Тук-тук-тук*, — раздаётся три удара, и перед глазами высвечивается магическая печать.
*БАХ*, — я её активирую.
Ощущения… будто камни в венах прочистил! Я живу. Я дышу! Мне просто офигенно! Да я себя так хорошо никогда не чувствовал, у меня будто второе дыхание открывается.
— Эй, мелкий… а в чём секрет? — всё не понимал Барон, — Ты вообще ополоумевший так быстро учиться?
— Я…
*Бр-р-бр-бр-бр*, — что-то забурлило.
Мою эпичную трансформацию прервал неожиданный и подозрительный звук. Мы все поворачиваемся на его источник и видим, как Максим сидит и тычет в старшаков коричневой стороной жезла.
А ещё пованивать начало.
— Мда-а-а… — почесал затылок Барон, — Ну жопа, чё. Ни капли не жалею о своём решении, ха-ха! Ладно, бывайте, — помахал он начал медленно утопать в земле, — Ещё увидимся!
Бульк, и всё — его съела земля. Типа буквально всосала.
Мы все собрались вместе, переглянулись, а Максим почесал затылок жезлом. Старшаки валялись и держались за животы, раздавались не самые приятные звуки, а про запахи вообще молчу.
Я достаю оба телефона и вижу, что помехи пропали. Побаивается Барон моей семейки, побаивается.
И тут мы слышим шаги в нашу сторону. Мы быстро прячем подарки в карманы и выпрямляемся по струночке, типа ничего не сделали.
Забегает мой батя, дворецкий Максима и тренер.
Они оглядывают занимательную картину. Мы стоим, переглядываемся. Выдать Барона — значит выдать подарки. И если я позже это сделаю, то вот Максу и Морозову лучше не палиться. А значит…
Это будет нашим общим секретом.
Секретом нашей компашки.
— Тренер, воры обосрались! — указал Максим на старшаков.
— Папа… — процедил я, — ПОЧИСТИ УШИ!
— Ха⁈
Благотворительность закончилась на позитивной, светлой ноте. Новая техника, новый жезл и…
Наверное, новый друг. Даже два.
А ещё — справедливость!
* * * 
Через день я стоял на пороге школы и, зевая, поднимался по ступенькам. Блин, предыдущие сутки выдались… наполненными.
По дороге встретился Максим. Мы переоделись, я чмокнул маму в щёку, и мы с другом лениво поползли в класс.
Блин, поспать бы…
— Вуа-а-а-а! — зеваю.
В коридоре попалась Катя. Она так же шла и зевала, и судя по неопрятному виду — её поднимали всем особняком. С растрёпанными волосами она выглядит забавно, так и хочется подколоть.
Если честно, мне нравится школьное утро. Оно такое… живое. Кто-то бодр, кто-то сонный, все идут, все просыпаются. Я сразу ощущаю жизнь. Людей. У каждого ведь в голове свои мозги, а вне школы своя жизнь!
Люди — прикольные существа! Мне они нравятся. Хотя раньше хотел половину поубивать за… просто так. Взрослею?
Или схожу с намеченной дорожки?
Морозов уже сидел в классе. И так всегда. Ëмаё, как успевает?..
Сидел он рядом с нами, так что когда мы с Максимом подошли, я неуверенно глянул на брюнета, покумекал и, вздохнув…
— Привет… Лёня, — сказал я.
— Ага. Здарова, — сказал Максим.
Он поднял на нас глаза и неуверенно глянул на каждого.
Ну, Морозов? Что ты сделаешь? Либо сейчас, либо уже никогда. Последний шанс решиться выползти из своего кокона.
  
— Ага… привет, — пробормотал он.
Мы с Максом переглянулись. Ну вот, походу, и всё.
Как-то так. Славься Барон Суббота? Вуду объединяет? А говорят — тёмная и плохая магия. Вон как врагов примирила!
Одноклассники, конечно, недоумённо переглянулись, но это ожидаемо.
Прозвенел звонок и в класс зашла математичка.
— Ученики! — объявила она, — Сегодня контрольная работа! Открывайте тетрадки!
— Да ну ё-ё-ё-ёп…
— Смоленцев! Сразу минус бал!
* * * 
Наступила большая перемена, а значит столовка. Мы поднимаемся с парт, собираем рюкзаки, и я уже вижу, что Морозов спешит покинуть класс, как Максим успевает сказать это первый:
— Леонид, пошли в столовку, — зевнул он.
— А? — не понял он.
— Б. В столовку. Жра-а-а-ать.
— А… да я сам, навер…
— Ой, да задолбал, пошли, — махнул он рукой, хлопая брюнета по спине, — Кто грустит — тот трансвестит. Так мама говорит.
Морозов неуверенно глянул на палящийся класс, а затем на меня. Ну а что я? Пожимаю плечами и киваю.
И с этого момента… мы пошли в столовку уже втроём.
— «Они что… подружились?..» 
— «О-они же дрались!» 
— «О нет, нас и Кайзер задирать теперь будет…» 
— «Мне страшно…» 
Сразу же послышались шепотки.
— Прости, Михаэль. Я порчу твою репутацию, — пробубнил Морозов, который всю дорогу смотрел в пол, — Я, наверное, всё-таки один пой…
— Да забей, — вздыхаю, — Привык.
В столовой, как всегда, нас ждала межвидовая борьба за лучшую булочку и клубничный коктейль. Максим же возмущался, почему тут не подают барбарисовый латте, а то, что детям в принципе кофе не подают — его не интересовало.
Под взглядами младшеклашек мы втроём садимся за стол, все от нас отсаживаются и, вздохнув, мы начинаем лениво жевать.
— Да уж… ну и денёк был, — вздохнул я.
— Ага… — вздохнул Макс.
— Ну да… — вздохнул Морозов.
Мы ещё раз вздохнули и продолжили есть.
Кушаем. Жуём. Пьём. На пялящихся детей внимания не обращаем. Пройдёт. Так и кушаем… так и сидим… вот…
— Что родители сказали? — спросил я у Максима.
— Мама обзавидовалась жезлу. Сказала, что крутая штука, и что я молодец. А твои?
— А мои…
Ух. Блин.
С чего бы начать.
* * * 
За день до этого. Дом Кайзеров. 
— ТЫ, БЕЗДАРЬ, СОВСЕМ УШИ НЕ ЧИСТИШЬ ИЛИ ЧТО⁈ — орала бабушка.
— Да он за стеной был! — оправдывался отец, — Я был в метре!
— ДА ХЕРЛИ МНЕ ТВОЙ МЕТР⁈
Эти двое опять за старое, каждое воскресенье одно и то же. Однако в этот раз все были на стороне, как ни странно, агрессивной Василисы. Да и сам Марк тоже, что уж тут.
Михаэль же сидел в зале и отвечал на расспросы.
— И что, он так и сказал? — спрашивала мать.
— Угу, — болтал он ногами, будто древняя сущность не пообещала вернуться, — Сказал типа, что он на нашей типа стороне, и… типа мы друзья. Вот.
Он мял в руке большую светлую жемчужину, ядро ангела. Это у него как антистресс был, постоянно пытался его очистить в свободное время, уже на автомате это делал.
В этот момент вернулся Марк с карикатурно огромной шишкой на голове. Справедливо. Он даже не оборонялся.
Отец взял свиток.
— Реально не прочесть, — нахмурился он, — Что там, сынок?
Мальчик рассказал и показал технику. Но проверить или вообще увидеть это со стороны невозможно, так как Михаэль невидим для магического зрения, так что для всех Миша лишь закашлялся.
— Нужны тесты, — нахмурился Марк.
— Я и так всё знаю, — пробурчал ребёнок.
— Конечно. Но тесты, всё же, проведём. Магия Вуду — специфична и вообще не проста! А тебе и вовсе дали ЕЩË специфичнее — магию семьи Геде, семьи Барона, покровителей смерти.