Очаг (СИ)

— У меня проблема.
— Уже? — прозвучал удивлённый голос моего адвоката. — Вроде только недавно просил тебя ни во что не вляпываться.
— Мой банковский счёт закрыли.
На другом конце наступила тишина, только иногда звучало дыхание Миши.
— Что пошло не так? Мне казалось, с «Очагом» всё утрясено.
— Это не «Очаг».
Тут уже дошло и до меня. После пожара я забыл о других своих проблемах.
— Чёрт! Они, что ли, не могли мне сделать поблажку?
— Приговор есть приговор. А ты совсем без денег остался? Давай сейчас пересечёмся, я привезу тебе денег. Думаю, ты ещё недалеко уехал, а мне как раз сейчас надо на Север.
— Всё в порядке, деньги есть, так что не переживай. Ладно, давай до скорого.
— Смотри, я всегда готов тебе помочь.
Я отключил звонок.
— И вот что ты сделал? — снова раздался голос Кирка. — Мы же на мели, выходит, а он хотел помочь!
— Я всё сделал правильно. Поверь, нам не нужна его помощь!
— Тогда смысл был ему звонить? Просто сколько раз мне тебе повторять: учись признавать свои проблемы, иначе вечно будет жопа!
— Единственная моя проблема — это ты. И я её признаю.
Продолжать его слушать я не хотел, поэтому направился обратно к машине. Пора было двигаться дальше.
Оказавшись в салоне, я со всей силы хлопнул дверью.
— Оу, полегче, братан! — с соседнего сиденья возмутился Кирк.
— Ты думаешь, я хотел твоего возвращения?! Ты всю жизнь мне доставляешь… — От произнесённой фразы меня перекосило. — …доставлял одни проблемы. И вот опять!
Я рванул с заправки и только по странному звуку удара по машине понял, что забыл вынуть пистолет из бензоколонки. Через стекло заднего вида увидел, что оторванный шланг валяется на дороге. Чтобы меня никто не заподозрил, я посильней вдавил ногу в педаль газа и переключил коробку передач.
— А толку? По камере увидят номер машины, — прокомментировал Кирк. — Ты неуравновешенный психопат, знаешь же об этом? Тебе давно пора в психушку — хотя бы от этого твоя семья будет в безопасности.
— Ты не знаешь, как лучше для моей семьи.
— Они и моя семья.
Я всё сильнее вдавливал педаль газа. Мне хотелось врезать Кирку по роже, лишь бы он заткнулся. Вспоминая тот день, я понимаю, что просто вспылил, — я кипел от злости, бесился, что он был прав. И раньше я вёл себя так постоянно. Но тогда голова была отключена, и рука автоматически переключала скорости.
— Психопат, что ты творишь! — заорал Кирк. — Так мы не доедем до дома!
Мне сорвало башню. Я хотел мчать в призрачную бесконечность, образующуюся за окном из растворяющихся объектов. Да, я пытался скрыться с места преступления, но, помимо этого, стремился сбежать подальше от всего, что связывало меня с прошлым.
— Я устал.
— Понимаю, но с жизнью прощаться-то не стоит, — затараторил Кирк.
— А тебе-то что с этого? Ты давно мёртв.
— Ты совсем чокнулся?! Забыл, что я плод твоего больного мозга?!
— Заткнись!
— Нет, ты меня выслушаешь.
— Заткнись! — Я не выдержал и закричал.
Позади меня окружение меняло тона из зелёного в сине-красное, а снаружи пробивался звук сирены. Полиция. С ними играться в догонялки я не собирался, поэтому потихоньку сбавлял скорость. Я повернулся к Кирку сказать, чтобы он вёл себя тихо, но его уже не было на соседнем сиденье, как и на пассажирском. На тот момент промелькнула мысль, что мне получилось его заткнуть, но как же я ошибался!
Я остановился на обочине и, не дождавшись служителя порядка, вышел из машины.
— Извините… — Диалог решил начать я — думал, чем скорее сознаюсь в своих грехах, тем быстрее искуплю всё. — Извините меня, пожалуйста, не знаю, что на меня нашло. Я совсем забылся в своих мыслях и прожал педаль газа.
— Вы ехали со скоростью более ста пятидесяти километров в час. — Полицейский говорил со мной спокойным тоном. — И проехали два светофора на красный. О чём вы думали?
— Извините, пожалуйста, обещаю: дальше я буду более внимательным. Мне срочно нужно на Север.
— Пройдите со мной. — Он указал на свою машину ДПС.
— Поймите, я спешу, мне сейчас некогда разбираться со всеми этими проблемами. Давайте решим вопрос на месте и разойдёмся.
 
Я достал из кармана кошелёк, но как только он оказался в руке, вспомнил, что у меня нет денег.
— Вы мне что, взятку предлагаете?
— Это не совсем то, чем кажется.
— Прошу пройти со мной.
Он приближался, и меня это испугало. Я оттолкнул его и побежал к своей машине. Неудачное было решение — он сбил меня с ног у самой двери.
— Пьяный, что ли? — Голос наконец-то изменился: из спокойного в тяжёлый. — Совсем страх потерял!
Полицейский завёл мои руки за спину и скрепил их наручниками. Каким-то волшебным рывком он поднял меня с земли, а если точнее — мои ноги сами поднялись по его указке. Не успел я опомниться, как оказался на заднем сиденье полицейской машины.
— Мой брат, мой брат остался в машине! — заверещал я.
Он оглядел салон автомобиля.
— Что? Ты под наркотой? — Он схватил меня за челюсть и уставился в глаза. — Да вроде нет.
— В бардачке его прах, — сквозь сжатые губы промычал я.
Полицейский нависал надо мной, соображая, о чём я и что делать. В итоге он запер меня на заднем сиденье полицейской машины и пошёл проверять мою Ласточку.
— Вот мы попали, братец! — Рядом со мной материализовался Кирк. — Будь я жив и рядом, то не влипли бы так.
— Будь ты здесь — всё было бы только хуже.
Полицейский вернулся с капсулой и бросил её ко мне на заднее сиденье. У меня не было возможности взять её, так как руки были связаны наручниками за моей спиной. Когда автомобиль тронулся, урна скатилась вниз.
— Эй! Мужик! — завопил Кирк. — Ты чуть меня не разбил!
Полицейский никак на него не среагировал — ведь Кирилла для него не существовало.
  
День 2
   
Глава 4
 
Моё имя Марк Штерн. И это мой аудиодневник, которой звучит как признание анонимного алкоголика. Откуда я это знаю? Ходил когда-то с братом на подобное мероприятие. У всех одни и те же проблемы, в которых они не могут разобраться, пока не выговорятся. Вот и мне потребовалось излить свою душу, хотя говорить это кому-то конкретному я не готов. Поэтому аудиодневник. А почему аудио? Да потому, что я не способен длительно вести письменные записи. Сколько бы раз я по совету психолога ни пытался заниматься дневником, я всё равно его забрасывал. Не знаю, откуда у остальных берутся силы заниматься этой писаниной, лично меня вечно пронизала дрожь, когда я с ручкой в руке думаю: «А что писать? Вроде это важно, а вроде и нет». Невыносимое чувство безысходности над листком бумаги. Из-за этого я вечно откладывал запись своих мыслей на следующий день, а потом на следующий и на следующий. Сколько же так было заброшено записных книжек и ежедневников, которые велись не по назначению! В результате одной из попоек мне подсказали идею — вести аудиодневник. Я же вечно пользуюсь голосовыми сообщениями — почему же тогда не записывать мой больной разум на диктофон? На самом деле бредовая идея, но мне это так сейчас необходимо.
И вот опять я не знаю, с чего лучше начать: нынешняя поездка для меня вся состоит из ненормальных эпизодов. Я пытаюсь анализировать всё, что случилось, но получается одна каша — не представляю, кто это будет разгребать. Хотя стоп! Это в первую очередь нужно мне, чтобы разобраться в себе. Да и кому я буду показывать этот бред?
Вся эта поездка затеяна только ради одного человека — ради моего мёртвого брата. Кирилл, или, как я его привык называть, Кирк, после своей смерти начал мне мерещиться на каждом шагу. Он встретил меня у «Очага», а точнее — у того, что от ресторана осталось. Я сперва подумал, что это глупый розыгрыш, но он действительно существовал, пусть даже только в моей голове. Не понимаю, за что мне такое наказание, ведь ещё при жизни я ненавидел его постоянное присутствие рядом, мне хватило общего детства с ним, а теперь он преследует меня везде и никогда не затыкается! И это невыносимо!