Дресс-код для жены банкира
— Мы вернем вдохновение. Приедешь сегодня?
— Нет. — Мне пришлось говорить равнодушным тоном, потому что Юра оторвался от своих газет и стал прислушиваться.
— Я позвоню завтра.
— Это бессмысленно.
— Я буду звонить каждый день.
— Это не поможет.
Он повесил трубку. Жаль, что я не успела бросить ее первой. В этом есть что-то обидное, когда прекращают разговор, не попрощавшись.
— Кто звонил? — поинтересовался Юра. — Что за история про университет?
— Это одна моя знакомая пристает. Делать ей нечего, зовет ездить по магазинам. Вот я и придумала про поступление в университет, она, наверное, решила, что я рехнулась.
— Да уж, наверное, — хмыкнул Юра и вернулся к своему занятию.
А я пошла принять ванну и подумать. Будет ли он звонить каждый день и приеду ли я? Конечно же, я хочу приехать. Он, наверное, тоже этого хочет, по крайней мере сегодня. А что потом? Какие у меня достоинства, кроме порывистого характера и склонности к авантюрам? Сомнительное положение в обществе, только и всего.
Наутро мне прислали букет роз без сопроводительной карточки. Я взяла букет, поехала в университет и попросила передать его на кафедру Ольге Арсеньевне На следующий день история повторилась. На третий день мне уже показалось глупым проделывать маневр с передачей цветов и, получив розы, я задумалась. Через некоторое время зазвонил телефон.
— Не трудись пересылать цветы Ольге Арсеньевне. Она уехала в Швецию на конгресс, банк выделил ей грант, — раздался в трубке голос Лекса. — Тебя что, волнуют наши отношения? Я не состою ее любовником, этого достаточно? Приезжай сегодня, я буду ждать!
— Почему ты морочил мне голову столько времени?
— Я уже говорил тебе, что являюсь занятым человеком, зарабатываю деньги. Мне нужно было как-то разобраться с делами. Теперь я свободен и как идиот жду, чтобы ты соизволила явиться. — В его тоне чувствовалось раздражение.
— Не отчитывай меня, я не твоя секретарша.
— Извини, я нервничаю.
— Куда ехать? — Я вдруг поняла, что очень хочу к нему и ничто не в силах заглушить это желание.
— Ближайший к нашему «Роднику» пляж на заливе. Если сразу поедешь, через час с небольшим будешь на месте. Не забудь розовую юбку и будь внимательна за рулем.
Сразу поехать, конечно же, не вышло. Надо было принять душ, вымыть голову, намазать тело кремом с запахом любимого парфюма. Макияж не нужен, укладка тоже. Не стану выпрямлять волосы, пусть будут мои естественные растрепанные кудри. Что же касается наряда, то я остановилась на компромиссе Пресловутая юбка, а сверху — рваная маечка с дурацкой картинкой. Довольно долго пришлось усаживаться за руль, пышная юбка не давала нащупать педали и совершенно закрыла рычаг коробки передач. Наконец злосчастный кринолин кое-как умялся, и я рванула по Московскому проспекту в северо-западном направлении, в сторону залива.
Глава 3
Как ни странно, какого-то особого волнения я не чувствовала. Наоборот, была настороженность, а вдруг со мной сыграют какую-нибудь злую шутку. Вполне вероятно, что этот импозантный и сексуальный Лекс — законченный мерзавец, а мой раззадорившийся на секс организм не позволяет затуманенному мозгу осознать этот факт.
В таком настроении я доехала до Зеленогорска, где даже решила повернуть назад, но любопытство все-таки подтолкнуло меня ехать дальше. Через какое-то время качество дорожного покрытия заметно ухудшилось, и, вдоволь напрыгавшись по колдобинам, я наконец увидела указатель, после которого следовало свернуть с дороги.
Справедливости ради надо отметить, что место было выбрано с юмором. Огромный пионерский лагерь, видимо принадлежавший какому-нибудь монстру тяжелой индустрии, занял несколько гектаров дефицитного побережья. С советских времен здесь сохранился весь пионерский декор, включая гипсовых барабанщиков и горнистов. Корпуса украшали выцветшие панно с изображением сцен покорения космического пространства и апофеоза дружбы народов СССР. Кругом было пусто, но признаков распада не наблюдалось. Видимо, у предприятия еще были силы держаться на плаву, и лагерь готовился принять очередную смену. Преинтереснейшее место, но самым замечательным здесь был, конечно же, пляж. Не только потому, что заводчане отхватили лучшую часть берега, с дюнами, живописными валунами и теми особенными соснами, какие встречаются только на балтийских пляжах, с могучими корявыми стволами и длинной пушистой хвоей. Кроме обычных скамеек и кабинок территорию украшали монструозные сооружения из бетона — нечто среднее между олимпийским факелом и ростральной колонной, но высотой почти с пятиэтажный дом. Вершины факелов венчало жестяное пламя, выкрашенное в алый цвет. У подножия одного из факелов стоял на небольшом валуне Лекс и дымил сигарой. Никакого смокинга на нем не было, одет он был абсолютно по-домашнему: шорты, мягкая рубашка поло, мокасины на босу ногу. Я заглушила двигатель и, не вылезая из машины, рассматривала его через лобовое стекло. Он смеялся. Ну что же, посмеемся вместе, на шею бросаться совсем не обязательно. Я открыла дверцу и тут вспомнила про свой кринолин. Да, уже 2:0 в его пользу. И приехала почти по первому зову, и оделась почти как приказали. Увязая каблуками в песке (опять все в русле сценария) и наступая на юбку, я двинулась к нему, на ходу пытаясь придумать какую-нибудь шутливую фразу. Насчет эпичности местного антуража, например. Или неэпичности… Скорее, здесь будет уместным вспомнить Фрейда. Типичные фаллические символы, эти, с позволения сказать, факелы.
— Я знал, что тебе здесь понравится, — сказал он, подходя ко мне.
Я открыла рот, чтобы достойно ответить, но тут Лекс приблизился ко мне вплотную. Сердце мое стучало так громко, что я перестала слышать плеск волн. Тем временем Алексей бросил сигару в песок, снял очки, аккуратно сложил их и положил в карман шорт, затем обнял меня за плечи… Я закрыла глаза. Потом последовал поцелуй, от которого у меня буквально подкосились ноги.
Взрослые люди, искушенные и слегка подуставшие от секса, часто целуются формально. Зачем тратить силы и пыл, когда дальше ожидается все остальное Иное дело в подростковом возрасте, когда поцелуй обрушивается на тебя и через него зачастую можно ощутить такую богатую гамму чувств, которую не всегда даст оргазм. Не всякий оргазм, по крайней мере.
Так вот, это был именно такой поцелуй, абсолютно равноценный оргазму. Я прижалась к его худощавому крепкому телу, и если бы он не держал меня, наверное, осела бы в песок. Хотелось, чтобы эти минуты длились вечность, но очнулись мы быстро — вокруг злобно звенели комары. Они вонзали в нас свои жала с таким же сладострастием, с каким мы только что целовались.
— Романтического свидания не получилось, зря я затушил сигару. — Лекс яростно чесал ногу.
Мои ноги были надежно укрыты юбкой, зато плечи, руки и спина были беззащитны перед комариной атакой.
— Быстрее побежали в машину, — скомандовал он, смеясь.
— Сначала почеши мне спину, или у меня остановится сердце.
Мы понеслись к машине. Запрыгнув в нее, Лекс спросил:
— Как насчет продолжения свидания? Ужин в загородном ресторанчике? Или сразу…
— Сразу, — выпалила я. — Куда ехать?
— Выруливай на трассу и побыстрее. Я тоже очень хочу… сразу…
Это был тот же дом в пресловутом садоводстве «Родник». Только сейчас здесь никого, кроме охраны, которая не показывалась, не было.
— Искупаемся в теплом бассейне? Это хорошо снимает зуд. Принести тебе выпить? Ты ведь не любишь шампанское? Вина или чего-нибудь покрепче?
Он частил фразами. Неужели волнуется?
— Можно белого вина. А кстати, винный погреб уже организовали? — ответила я слегка осипшим голосом.
К сожалению, сегодня, несмотря на некоторый опыт, я не смогу помочь ему справиться с волнением. Саму колотит крупной дрожью. Может, это и есть любовь?
Я стала раздеваться. Сейчас он впервые увидит мое тело, надеюсь, что оно его не разочарует. Вполне ладная, подтянутая фигурка, плоский живот, маленькая, аккуратная грудь, слегка накачанные руки, худая спина и округлый задик. Еще стройные ноги и маленькие ступни. В рассеянном свете белой ночи это все должно было произвести впечатление, поэтому я не стала сразу прыгать в бассейн, а, увидев, как Лекс идет по дорожке от дома, слегка задержалась на верхней ступеньке лесенки, ведущей в воду. Пусть он меня увидит.