В гостях у сказки 1 (СИ)

М-да, странно сказать, но моя блондинка на фоне этой «очеловечившейся» троицы выглядит самой нормальной.
Допив чай, я всё же переборол искушение попросить добавки (гордость не вовремя проснулась), вытащил из кармана сигареты и, взглядом спросив разрешения у хозяев дома, устроился на подоконнике у открытого окна, прихватив с собой блюдце под пепел.
Конго, так же закончив с чаем, задумчиво покрутила опустевшую чашку (отчего у меня затрепетал робкий огонёк надежды — неужели прониклась?) и, поставив её на стол, вперила испытующий взгляд в сидящую напротив неё рыжую.
— Хьюга, ведь раньше у тебя не было ментальной проекции.
— А разве я не рассказывала? — словно бы удивилась та.
— Не припоминаю.
— Ах, да, точно. — Хьюга с какой-то мечтательностью воззрилась в пространство. — Знаешь, Конго, в тот момент, когда сестрица Иона разбарабанила мой корпус торпедами, я подумала — ах, как же хочется жить! А потом... — рыжая прижала ладони к щекам, с таким выражением посмотрев на 401-ю, что я впервые понял, что значит «глаза сердечками». — Как же хочется увидеть Богиню войны, что сделала это со мной!
Блин, она реально чокнутая. Любопытно, кстати, с каких это пор подлодка линкору «сестрица»? Но даже если вдруг… тогда что получается, она не просто на потопившую её девицу запала, так ещё и на родственницу?! Полный мрак.
— Кхм… давайте не будем о прошлом, — торопливо прервал откровения рыжей Гонзо.
— Да, вернемся к нынешнему моменту, — с готовностью поддержала смену темы Конго, которая походу и сама прифигела с бывшей соратницы. — Чихайя Гонзо, зачем ты пригласил меня на эту встречу?
— Потому что хотел поговорить с тобой. Вернее… — Гонзо обвел печальным взглядом притихших туманниц, — со всеми вами. Сейчас люди разделены морями, мы поминутно слабеем, человечество на грани вымирания, и я хотел бы знать — почему? Почему мы должны исчезнуть с лица Земли?
В комнате повисла драматичная пауза и я, не удержавшись, пару раз беззвучно приложил ладонь к ладони, изображая аплодисменты.
Какой актер! Нет, ну какой актер! Прямо слезу вышибает.
Туманницы, правда, моего жеста не поняли, зато Гонзо слегка напрягся.
Ещё бы, я ему тут всю патетику момента обламываю. Любопытно, он всерьез рассчитывает этой речью на Конго повлиять или только своим мозги промывает? Думаю, — второе. Пацан явно не дурак, и то, что моей блондинке на судьбу человечества откровенно фиолетово, понимает прекрасно.
Первой нарушила тишину Такао, задумчиво протянув:
— Все наши действия предписаны Адмиралтейским кодом.
— Если перевести на человеческий, Адмиралтейский код — это наша директива, правила, по которым мы существуем, — добавила Хьюга.
— Иона говорила то же самое, — согласно кивнул ОЯШ. — Но почему?
— С тех пор, как мы осознали себя, мы знали, что должны действовать в соответствии с установками Адмиралтейского кода, — ответила Такао. — Почему? Потому что в этом суть нашего бытия.
— Но тем не менее, вы все пренебрегли ими, — обвиняюще процедила Конго.
— Да? — Такао стрельнула глазками в её сторону и повернулась ко мне. — Скажи, Виктор, а как ты оказался у Конго?
— Случайно, — пожал я плечами.
— Как это?
— Да вот… тону я, значит, никого не трогаю, а тут, оп-па, за шкирку из воды вытаскивают. Глаза открываю, а предо мной Конго стоит, вся такая недовольная, типа: «плавают тут разные».
— И она оставила тебя на борту?
— Ну так выкинуть обратно-то нельзя было.
— Почему?! — хором удивились Хьюга и Такао.
— Так если выкинуть, я же опять поплыву! — как само собой разумеющееся пояснил я. — А людям в море плавать запрещено.
Такао хихикнула, Хьюга фыркнула, а Конго отвернулась, всем своим видом демонстрируя, что ей мой плоский юмор безразличен.
— Конго, а как же Адмиралтейский код? — сладким голоском поддела её Хьюга. — «Любой покинувший берег должен исчезнуть в тумане»?
Вот же с-су… суперская стерва!
— А что не так? — показательно удивился я, раньше, чем Конго успела открыть рот. — Берег покинул, в Тумане исчез. Причем не где-то там, а на флагмане Второго флота. Куда уж дальше-то?
  
— И какой же берег вы покинули, уважаемый Виктор? — как бы между прочим влез с вопросом Гонзо.
— Российский.
— Какой?! — снова Такао с Хьюгой в один голос.
— Россия. Небольшое такое государство. Вон оно, — я кивнул на висящую на стене карту мира, — традиционно красным цветом обозначено.
— Если мой алгоритм анализа не ошибается, это «небольшое государство» занимает приблизительно шестую часть суши, — иронично заметила Хьюга.
— А что делать, если лезут? — вздохнул я.
— Кто лезет? — непонимающе нахмурилась Такао.
— Да все подряд, — пожал я плечами. — Что ни век, появляется очередной великий воитель и непременно лезет к нам. Французы, шведы, турки, поляки, немцы, австрийцы, монголы, японцы… кто только не отметился. Разве что папуасы из Африки не приплывали.
— А какая тут связь с размером территории?
— Так мы же подобных гостей встречаем. А потом провожаем. Бывает, что прямо до их столицы. Ну а идти обратно домой тяжело. Победа, праздник, все дела. Вот и останавливаемся на полпути передохнуть. Денек отдохнули, два отдохнули, а потом думаем, а чего бы и здесь не пожить? Вот так и приросли территориями.
— И как у вас в России сейчас? — словно бы из вежливости поинтересовался ОЯШ.
— Неплохо, — пожал я плечами.
— Неплохо? — удивилась Такао. — Но ведь вы, люди, вымираете. Гонзо говорит… — она неуверенно оглянулась на Чихайю.
— Э-ээ… — я озадаченно помассировал переносицу, не зная, как бы помягче объяснить этой девочке, что её любимый ОЯШ звездит, как Троцкий.
— Понимаешь, Такао, уважаемый Гонзо, как бы не совсем прав. Человечество, если брать вообще, не то что не вымирает, но даже не собирается. Более того, оно сейчас только в себя приходит, после глобализации.
— После чего? — туманницы запереглядывались, а ОЯШ заиграл бровями, кусая губы.
Вздохнув, я спрыгнул с подоконника и подошел к карте.
— Видите ли, дамы, всё в этом мире относительно. Да, в Японии из-за блокады Тумана ху… кхм, плохо, поскольку жила она за счет импорта сырья и энергоносителей. Но вот тут, неподалеку, расположен континент Евразия, где этого самого сырья дофига и больше, а посевных площадей хватит, чтобы прокормить всё население, даже если оно внезапно увеличится раз в пять от нынешнего. И вот им, евразийцам, от того, что по океанам флот Тумана плавает, по большому счету ни жарко, ни холодно. Там на одно освоение Сибири лет двести уйдет. А потом ещё триста на заселение.
— Но в Европе сейчас война, — прищурившись, бросил Гонзо.
— Ну ещё бы там войны не было, — хмыкнул я. — Вот только Туман-то тут при чем? Посадить на пособия несколько миллионов эмигрантов, а потом их этого пособия лишить… Понятно, что полыхнуло.
— Вас послушать, так блокада Туманного флота человечеству только во благо, уважаемый Виктор, — чуть издевательски протянул ОЯШ.
— Вы сейчас про человечество вообще или про какое-то конкретное человечество в частности, уважаемый Гонзо? — в тон ему осведомился я. — А то, предположим, в России население сто сорок миллионов и им от этой блокады только лучше.
— А что значит, эта «глобализация»? — влезла Такао, переводя взгляд с меня на своего кумира.
— Это… — я задумчиво потер лоб, подбирая определение, — можно сказать, величайшее достижение американцев. Если коротко, то к 2000 году окончательно сложилась ситуация, когда вот тут, — я постучал пальцем по США, — ни в чем себе не отказывают, а, к примеру, вот тут, — мой палец переехал на Африку, — по двадцать тысяч детей умирают от голода и истощения. Ежедневно.
— Двадцать тысяч ежедневно?! — лицо туманницы вытянулось.
— Ну, двадцать — это только официальная цифра, то есть, те, кого посчитать смогли, реальная была раза в три больше.
— И какая связь, между этими событиями? — недоверчиво прищурилась Хьюга, смерив взглядом расстояние на карте.