Сердца и медведь (СИ)

— Гы, да он боец, типо, — сказал тот, что заходил слева, — покажешь приём против этого лома?
У него в руке появился нож. И не просто появился: он достал его очень ловко. Вполне возможно, занимался ножевым боем или чем-то в этом роде. У меня по спине холодок пробежал.
Правый, пользуясь тем, что моё внимание переместилось, рванул вперёд, метя мне в челюсть рукой в защитной перчатке. Я увернулся, и с разворота ногой попал ему в шею. Ощутимо — но не настолько сильно, чтобы убить или покалечить. Молодчик отлетел, хватая ртом воздух.
Тот, что с ножом, оскалился и рванул на меня. Для меня время будто замедлилось. Я пытался предугадать направление его удара. Сработать на опережение. Начал двигаться вправо: сбить его с ног, обездвижить, разоружить — до того, как отдышится первый.
Краем глаза я заметил, что третий молодчик освободил девушку. Он пытался зайти мне за спину. Плохо!
И тут парень с ножом в рывке навзничь падает на землю, едва не напоровшись на собственный нож.
Я остановился в растерянности. Оставшиеся двое молодчиков переглянулись, после чего одновременно направились к упавшему приятелю. Я же повернулся к девушке.
Она дрожала, глядя на троицу испуганными глазами.
— Пойдём, — тихо сказал я, протягивая руку, — скорее!
Она с недоумением посмотрела на меня.
— Надо уходить! –повторил я, уже громче.
— Он не дышит!!! –заорал один из мотоциклистов. — Помогите!!!
Поразительно, как резко поменялось настроение нападавших. Только что они были кровожадной бандой, уже почуявшей кровь жертвы — и вот они испуганные дети, столкнувшиеся нос к носу с настоящей трагедией.
— Скорая! — надрывался тот, который хотел зайти мне за спину. — Позвоните в скорую! У него сердце не бьётся!
Он глядел на меня со смесью испуга и мольбы.
— Оль, он прав, надо уходить, — сказал толстый парень.
Похоже, он первым пришёл в себя. Что ж, хоть такая помощь.
— Идём, — кивнула девушка.
Она направилась туда, где лежали их вещи, и быстро собрала в матерчатую пляжную сумку.
— Помогите! Тут приёма нет! — продолжал надрываться один из молодчиков.
Я бросил быстрый взгляд на того, кто нападал на меня с ножом. В районе его головы по светлому камню растекалось красное.
— На гору поднимись, — сказал я, когда мы проходили мимо, — там приём есть. Но можешь не торопиться. Он мёртв.
Я нисколько не сомневался в своих словах. Если в случае с Егором это ещё могло быть совпадением — то теперь сомнений не было: эти смерти связаны со мной. Это осознание было похоже на холодный душ, от которого замирает сердце, сбивается дыхание, но проясняется голова.
Мы были уже на полпути к лестнице, когда сзади послышался звук заведённого мотоциклетного мотора. Кто-то из молодчиков поехал наверх, вызывать помощь.
— Ты думаешь, он на самом деле мёртв? — Спросила меня Ольга, как бы невзначай опираясь на мою руку.
— Да, — кивнул я, — думаю.
— У него нож был… — проговорила она, задумчиво. — Какая мгновенная карма…
Я пожал плечами.
— А ты мне сразу понравился, — вдруг заявила Ольга, состроив глазки.
Я с недоумением посмотрел на толстого парня. Тот и ухом не повёл.
— Ты мне тоже, — решил признаться я.
— А чего не подошёл?
— Ну, ты, вроде как не одна, — сказал я, — не в моих привычках разбивать пары.
Ольга прыснула.
— Денис — не мой парень, — сказала она, — как ты вообще мог такое подумать? Дэн, без обид!
Вместо ответа парень показал неприличный жест. Ольга только хихикнула.
Блин, и правда: почему я сам не догадался, что они — не пара? Теперь это казалось очевидным.
— Брат, да? — предположил я.
— Снова мимо. Он… коллега. Партнёр. Мы работаем вместе, — сказала Ольга.
Теперь она уже увереннее опёрлась на мою руку. Я же положил ладонь на её талию.
Сухогруз вскоре скрылся за скалой. Скажу честно: если бы не Денис, я бы рискнул попробовать довести дело до самого интересно прямо тут, на берегу моря. После всего случившегося кровь закипала. Я вспомнил, как Пашка рассказывал, как он в одиночку от гопников отбился в городском парке: «Когда до своего дома добрался, подтянулся раз тридцать подряд. И два раза передёрнул». Теперь я отлично понимал его эмоции.
 
— А что это у тебя тут? — будто нарочно поддразнивая меня, Ольга показала на карман на моих плавках.
Я специально выбрал такую модель, чтобы не оставлять звезду ни на мгновение. Почему-то от одной мысли, чтобы просто запереть её в сейфе и пойти гулять самому, мне становилось нехорошо. Будто эта вещь каким-то образом срослась со мной, стала одним целым.
— Потом покажу, — пообещал я.
— Договорились, — Ольга улыбнулась так, что у меня голова закружилась.
Оставалось только радоваться, что плавательные шорты на мне были достаточно просторными. Иначе подниматься наверх, к людям, было бы просто неприлично.
  
Глава 8
 
Легенда
 
Вчера я перебрался на другой берег Цемесской бухты, в местечко, которое называется Кабардинка. Типична курортная зона: организованные пляжи, многочисленные кафешки и нехитрые развлечения, вроде поездок в горы на внедорожниках или морских прогулок.
Я снял номер в гостевом доме, рядом с пляжем. Крошечный, но со всеми удобствами: душ с туалетом, кондиционер и даже небольшой балкончик с сушилкой для полотенец. Пригласить Ольгу было не стыдно. Что я и сделал после того, как мы посидели на берегу бухты, в ресторанчике и прогулялись по набережной, в пёстрой и шумной толпе отдыхающих.
Она лежала на моём плече, положив тонкую ладонь на грудь. Свет Луны, которая выглянула украдкой из-за тёмной горы, серебрил её волосы. В какой-то момент мне показалось, что она уснула. А я продолжал любоваться ей, стараясь не потревожить.
— Откуда ты взялся, Сашка?.. — вдруг спросила она, сжимая ладонь и легонько потягиваясь.
— Из Подмосковья, — ответил я, улыбнувшись.
— О, значит, столичный житель? — Оля приподнялся голову и посмотрела мне в глаза. — С детства мечтала влюбиться в москвича, чтобы переехать.
Я не сразу понял, что она шутит.
— Я живу в Егорьевске, — сказал я, — это больше ста километров от столицы. Всё равно, что дальнее замкадье. Так что вряд ли ты мечтала обо мне.
Она улыбнулась и снова закрыла глаза.
— А ты откуда? — спросил я.
— Местная я, — ответила Оля, — из Новороссийска.
— Хороший город, — сказал я.
— Смеёшься, да? — она снова открыла глаза и подняла голову. — Нет, не смеёшься. Новороссийск мало кому нравится. Рабочий городок. Просто, грязненько… заброшек много.
— Это да, — кивнул я, улыбаясь, — такого добра хватает!
— Нравятся заброшки? — спросила она.
Я задумался на секунду. До этого лета я как-то равнодушен был к таким вещам, хотя слышал, что многие увлекаются красотой и романтикой упадка… пожалуй, всё изменилось после того, как я нашёл звезду. Это ощущение волшебства, призрачные линии в воздухе… теперь это со мной навсегда. И оно как-то связано с заброшенными местами, вроде той станции.
— Да, — кивнул я, — нравятся.
— Можно было догадаться. Ты ведь недавно приехал? И сразу на «Рио» пошёл, — сказала она. — К счастью для меня!
— Я ещё в Новороссийске несколько мест видел, — добавил я.
— Какое больше всего понравилось?
— Старый дворец культуры, пожалуй, — ответил я. — Необычная история. Странная. Я читал, что его планировали открыть в тот день, когда война началась.
— Так и есть, — кивнула Ольга, — а ещё про него самые разные легенды ходят.
— Какие? — Заинтересовался я.
Ольга нахмурилась и почесала бровь.
— Вообще разные, — сказала она, — но самая страшная про школьную учительницу.
Я насторожился.
— Расскажи.
— В том доме культуры творческую секцию по совместительству должна была вести одна из лучших учительниц города. Как-то её звали, типично для училки, — Ольга нахмурилась, вспоминая, — то ли Роза, то ли Лилия…