Венец из окровавленных костей (СИ)

Тем неожиданней для него был ее визит. Девушка положила ладонь на руку. Пальцы скользнули по выпирающим из короткого рукава матросской рубахи бугоркам вен.
— Ты кажешься напряженным. — Она церемонно выхватила глиняный кувшин с вином и отпила из него, разлив добрую часть на платье, из-за чего взору Ангуса представился полный вид груди.
— Это вино стоило, примерно, как и вы. Вычесть это из твоей платы? — Лицо Ангуса выделяло полную серьезность его слов.
— Я постараюсь отработать. Ты же здесь начальник…большой, сильный, важный. — Ее пальцы продолжали ходить по его предплечью, да и он был и не против. Хоть что-то приятное за последние недели. — Ну, если не хочешь меня, можешь взять мои слова.
Ангус недоумевающе взглянул на нее:
— Информацию, слухи, тебе, как важному человеку почти задаром.
— Решила подмазаться к начальству — улыбнулся Ангус, искренно.
— А почему нет? Трахаться скучно, — она отпила вина из кувшина, на этот раз не пролив ни капли. — Пару лет поработаешь и понимаешь, что механика у всех одна и та же, ну или почти, а вот разговоры, которые постоянные клиенты, начинают вести после дела намного интересней. Знал бы ты, как любят поговорить эти ребятки, когда кончат. Наверное, подсознательно — они окинула взглядом толпу головрезов.
— Подсознание? Необычное слово для людей нашего ума.
— Трахалась со студентами. Знаешь, люблю спать умными, они нежные сами по себе, как будто ум не дает им причинять боль другим. Ты кажешься мне умным парнем.
— Благодарю, но что ты хочешь взамен? Защиту? Боюсь, я не смогу платить тебе постоянно. Да и та информация, что могут тебе выболтать эти ребята, мне и не особо интересна.
— Защита мне не нужна, мой дом находится под личным контролем Бругги, а его имя очень хорошо защищает.
— Тогда что?
— Может быть — она наигранно смутилось и улыбнулась. — Что бы ты просто обо мне знал, ну и твои друзья.
— А, хочешь подмазаться к начальству?
— Ну, не дожидаться же мне, пока кто-нибудь замуж из клиентов возьмет. А до смерти ноги раздвигать не хочу, ну разве что перед тобой.
— Ну чтож, каждый человек пригодится. Будем знакомы…
— Беттанна — она протянула свою маленькую ладонь.
— Беттанна — он пожал ее.
Дверь как раз распахнулась, нет, буквально вылетела, как раз в тот момент, когда их пальца разошлись, но взгляды держались друг на друге. Ангус не повернул бы головы, чтобы посмотреть на прибывшего, если бы не вид изменившихся вокруг головорезов. Казалось, вмиг убийцы, воры, насильники, не чтящие ни богов, ни демонов, превратились в примерных сыновей. Часть из них даже оттолкнули от себя девок, поспешили убрать кубки. В таверну вошел Бругга.
— Дорогая Беттанна, не трать свое обаяние на эту черствую каменюгу. — Змеепоклонник по дружески хлопнул Ангуса по спине и улыбнулся, как можно дружелюбней.
От этого дружелюбного оскала хотелось держаться подальше от его носителя, а по спине бежали холодные колющие мурашки. Однако Беттанна, кажется, была не согласна с этим. Она широко улыбнулась и кинулась на шею самому жестокому человеку, которых знал Ангус.
— Все уже здесь? — Спросил Бругга, когда девушка отстала от него.
Ангус коротко кивнул в ответ.
Неназванный «Король убийц» величественно прошел между рядами воров и головорезовв полной тишине. Таверна наполнилась привычными звуками, только тогда, когда он скрылся из виду.
— Хороший человек — заметила Беттанна, — и красивый мужчина, от него так приятно пахнет. — Ирония так и сочилась из ее взгляда.
Ангуса чуть не разорвало от смеха, который он не смог скрыть.
— И улыбка красивая… — Продолжала она. — От нее прям и веет доброжелательностью.
— Да, именно это я и почувствовал, всеми поджилками.
Девушка потянулась рученкой к ноге и извлекла из края чулка на бедре тряпичный сверток, развернула и протянула Ангусу.
— Хочешь, в знак нашего маленького соглашения, раз я тебя не интересую?
«Молоко пустыни» — догадался он.
— У меня и трубка есть? Где то?
— Убери это! — Трудно было не заметить смену настроения здоровяка.
 
Беттанну явно напугала такая резкая смена настроения собеседника.
— И здесь эту дрянь не употребляй, а то не смотря на все наши уговоры, выкину нагой из таверны.
— Ладно, ладно, — она поспешила убрать все на место. — В свою защиту скажу, что я не знала, что ты настолько не любишь расслабляться.
— Ты некому еще не успела эту дрянь всучить?
— Нуууу, я продала немного… — виновато протянула девушка.
— Кому?
И словно в ответ на вопрос, из-за угла за стойкой потянуло дымом, за которым пришла характерная вонь. Ангус предельно точно швырнул в источник наркотического запаха огромную деревянную кружку. Недовольный возглас и вспрыгивающий с обнаженным ножом бритоголовый лопоухий головорез. Поняв, кто кинул в него снаряд, он порпидержал свой пыл.
— С этой дрянью иди на улицу, или в какое другое место! — Пробасил Ангус. — И кружку верни.
***
Мердок находился на втором этаже, и наблюдал сверху за предельно точным полетом кружки своего друга. Он хотел уйти к себе, когда убедился, что на собрание явился Бругга, но интересно было наблюдать за редким явлением: беседой Ангуса с девушкой. Его позабавила легкая перебранка внизу, но после того, как бандит убрал наркотик и уселся обратно.
Королевский бастард закрылся в своей комнате, налил себе вина и уселся на мягком кресле напротив открытого окна. Портовые кварталы были на удивление тихими в эту ночь, видимо князьки преступности позаботились о комфортном своем пребывании.
Эта ночь обещала быть очень длинной, для начала необходимо было дождаться, так называемый «совет» князьков городских низов, глав банд и наемников, которые, бывают полезными и короне, а потом поговорить с глазу на глаз с некоторыми из них. Разговор обещал быть долгим. Ждать Мердок никогда не любил. Но общаться с омерзительными его естеству людьми, хоть парочку, включая страшного Бруггу, он можно сказать, даже любил, было его долгом перед отцом и перед короной. Раньше следить на организованным при его деде и отце верхушкой преступного мира было задачей отдельного министра, но теперь. Теперь это легло на его плечи, в общем, сам вызвался, все казалось тогда безумно интересным.
Мердок усмехнулся, глядя на вплывающий в комнату лунный свет, вспоминая, как с огнем в глазах, впервые встречался с Бруггой и другими крупными шишками. Как он им завидовал, их свободной, полной опасности жизни. Хоть он никогда полностью и не понимал, зачем они нужны королевству. Конечно, лорд-канцлер, который понимал в этом лучше, проводил с принцем-бастардом разъяснительные лекции, и даже давал почитать какие-то списки народных волнений в столице, которых случалось по нескольку в год и сопровождались массовыми погромами и резней. Эти списки пестрили разнообразной интересной информацией, но основу ее составляло обязательное наименование религиозной общины или секты, в которую входила та или иная банда. Как мог понять Мердок, своей, как он считал, не слишком обремененной умом головой, все началось с воссоединении короны и культа, тогда еще лишь Всеотца-вседержителя. Но подавление старых культов привело к войнам, результатом которой стал великий исход» несогласных на восток, к Восточному хребту, и на сесер, вдетям Дану. Однако те, что не ушли, лишь формаьно приняли Всеотца, а затем и его мать-кормилицу. А там где оставались старые боги, оставалась и старая вражда. Секты объединялись вокруг определенных ремесленных цехов или семей, что порождало крупные банды со своими внутренними религиозными законами. Десятилетия вражды и кровопролития и выстроилась, не без помощи его деда, бандитская иерархическая лестница, не без помощи короны. Главарей не трогали и внимательно наблюдали, порой прикармливали, а кого-нибудь и карали, прием руками банд, а не королевской стражи. Крови стало меньше, да и цехи стали исправно платить подати церкви Всеотца и Всематери. В общем, выгодней стало не боротся в открытую, а сдержанно поддерживать самых удачливых и сильных головорезов.