Венец из окровавленных костей (СИ)

— Боюсь, что нет — неожиданно выкрикнул в красном.
— Тише, святейший. — Магистрат говорил все с той же улыбчивой сдержанностью. — Преступления вашего рыцаря чвязаны не только с городским законом, а с законом церкви. А в последнее время, по специальным указам короны, подобные дела очень тщательно расследуются самими святейшими отцами — он протянул ладонь, указывая на троих в красном.
— Святые отцы, прошу уверить вас, что сэр Марк богобоязненный верный трону земному и небесному рыцарь. И если он и с кем то спутался, то не по злому умыслу, а неведению. Позвольте мне…
— Не торопитесь милорд. Боюсь, дело куда сложнее.
— Дав чем же дело. Мне сказали, что Марк подрался с каким-то церковных рыцарем, отпустил несколько неуместных шуток. Но так это по пьяной голове, да и возраст у него уже.
— Ваш вассал сбежал сегодня ночью, вместе с одним из воронов, пойманных нашими стражниками вчера.
— Воронов? Это…
— Это те, кого корона Рейна преследует о всем землям.
— Отродья бездны. Еретики, что пожирают тела. — Добавил в красном.
— Теперь вы понимаете, что вашего наказания для сэра Рохмара недостаточно.
— Он должен явится на святейший суд. И может, сможет загладить часть вины, если выдаст нам богомерзких выродков. — Закончил в красном.
Оулден посмотрел на Найджела, глаза у того, чуть ли не выпадали из-под морщинистой кожи.
— Корона и святейшая церковь может рассчитывать на вас? Если сэр Марк попытается попросит помощи у вас. Вы, согласно закону Рейна и Всеотца, задержите его и отдадите нам.
— Разумеется — собрав всю волю в кулак, как можно громче и убедительно сказал Оулден. — Я не запятнаю свой род позором бесчестья. Я брошу все свои силы на его поиски и притащу этого ублюдка к ногам святой церкви.
Троим в красном слова понравились.
Вышел Оулден от магистрата с трясущимися руками и незаметной, даже для сэра Найджела улыбкой. А в голове его стояла лишь одна, адресованная старому другу фраза: «А ты подобрался ближе, чем я».
  
Глава 14
 
Глава 14.
Первая кровь.
север
Темные клубы появились над лесом, разбиваясь в высоте и посылая пришедшим недобрые предзнаменования. Хаг увидел их первыми. До горцев было достать рукой, так он полагал.
— Не торопись сын волка, — осадил его порыв тан Дунланг. — До туда почти день пути. Если рваться через лес, конечно.
— Ну так! Быстрее встретимся с этими ублюдками, быстрее погоним их назад, драть коз. — Воган вновь схватился за свой лук.
— Битва от нас не убежит. Каменные вороны так просто не уходят, мы будем ждать разведчиков.
К полудню на северян вышла толпа беженцев: потертые лица, злые взгляды. Хаг заметил, что у всех мужчин было оружие.
«Но почему же они не сражались?»
— Тан, может предложить их мужчинам присоединится к походу? — немедленно предложил он.
— Если бы они могли биться, то уже выставляли стену щитов на пути горцев. Нет, сын волка, это не северяне, так, рейнские переселенцы, до их селений горцы и тысячи шагов не сделали, а они уже бегут. — Он презрительно сплюнул под колеса телеги.
Всю толпу сопровождали королевские егеря. Они обменялись с щитоносцами недоверчивыми взглядами и поспешили убраться подальше от вооруженных северян.
— …мы для них большая напасть, чем горные племена. Поверь, будь у них возможность, рейнцы бы вырезали всех северян и застроили все своими фермерами. И нам должно напоминать им как можно чаще, что им это не под силу.
Даже вид пепелищ не смог стереть уверенность с ухмыляющегося лица Вогана. Он все еще сладостно, совсем с детским азартом, ждал битвы. Что нельзя было сказать о Хаге. Вид первой сгоревшей деревушки нагнал на него страх.
«Как же ты собрался до самого Первого леса добраться, раз тебя руины пепел пугают» — зло думал он про себя.
Страх сменился предвкушением. Разведчики Дунлага привезли весть о горцах. Вести о враге ускорили марш отряда. Уже через несколько часов поверх горизонта появился новый знак о враге: струящиеся к небу столбы темного дыма.
 
— Дунланг! — Тан Хрорек пронесся сквозь ряды, вскидывая руку вверх.
Все это время его воины плелись в конце, а сам он с самого начала не выражал желание поскорее встретится с горцами, даже наоборот. Не всем его воинам был по нарву настрой своего предводителя, но на то он и вождь, чтобы с ним разделять все, и доблести и опасения.
— …это явно вороны!
— Я вижу, брат мой… — тан произнес это без издевки, хотя, за весь поход, а Хагу казалось, что и за всю жизнь, Дунланг впервые так обратился к Хрореку. — Поэтому мы и спешим к ним! Они нас зовут! Разве ты не слышишь?! — Могучее, крепкое лицо опоясала по-ребячески искренняя улыбка.
— Слышу — Хрорек остановил коня.
В этом «слышу» Хаг, стоявший рядом с Железноногим, прочитал всю досаду и одновременно, раздраженность вперемешку со страхом. От самого выражения лица Хрорека излучалась злоба, словно перед ним стояли не союзники, а лютые враги.
— …поэтому и отговариваю тебя. Разве ты не понимаешь, они нас ждут?
— Понимаю, поэтому и спешу! Горец же, словно дева пугливая под луной, чуть припозднишься к ней, так она домой и убежит! — Снова широкая, разрезающая всякое сомнение и раздражающая собеседника улыбка.
— Я не поведу своих щитоносцев вслепую.
— Останешься, пока остальные будут драться? — Улыбка быстро сошла с широкого лица.
— Останусь, пока остальные будут умирать из-за твоего безумия.
— И твои воины продолжат называть за это таном, или тебя уже величают лишь графом?
Хаг видел, сколько усилий прикладывал Хрорек, чтобы не схватится за рукоять меча, ну или убраться как можно скорее.
— Вот мое слово… — он справился с нависшим комом в горле, — я не поведу своих людей на бойню вслепую.
— Мой тан! — Выехавший к Дунлангу воин, ударил по груди, как заметил Хаг, обожженной ладонью. — Разреши нам отправится вперед, чтобы щитоносцам тана Хрорека не пришлось драться с неизведанным.
— Да будет так, Овейн, — Дунланг перевел взгляд на всадника с обожженной рукой, — возьми десяток и найди этих проклятых горцев и доложи тану Хрорекеу об их количестве и о том, насколько опасны их топоры для его жизни.
— Мой тан!
— Я поеду с ним! — Вперед выскочил Воган. — Людям волчьего простора пора заняться делом.
— И то верно, — ухмыльнулся Дунланг.
— А кто тогда поведет людей простора? — Осадил младшего брата Вейлин. — Место вождя с его воинами.
— И это верно.
— Я хочу пойти. — Хаг устал плестись без дела в толпе.
— Овейн, возьмешь с собой сына волка?
Отряд разведчиков вышел на лесистый холм, от которого открывался вид на затянутую дымом долину. Еще на подходе к возвышенности они почувствовали вкус гари и пепла. Отряд Овейна поднимался осторожно, цепочкой. Хаг отметил, что никто из разведчиков не поднимал ни малейшего шума. В этой ватаге он не был самым тихим следопытом.
— Ничего не видно. — С легкой досадой прошептал Овейн, почесав обожженной рукой, скрытую за рыжеватой бородой, щеку.
— На той стороне долины должна быть сторожка… — Второй по старшине разведчик вглядывался вдаль. — Рейнская, прошлым летом обосновались там. — Он презрительно сплюнул — охраняют свои поселения.
— Тогда зачем мы здесь?
— Так от нас и охраняют.
— Видимо, этого форта уже нет. — Констатировал Хаг, скорее для себя.
— Если они напали на укрепление, значит их не так мало, и вооружены неплохо. — Овейн окинул взглядом свою ладонь.
— Или рейнцы ушли еще до прихода горцев. Это на них похоже.
— Так или иначе, нужно подойти ближе.
 
— Я пойду, — Хаг поправил ремень, державший щит за спиной.
— Онгхус и Илларих с тобой.
Онгхус — второй разведчик, светлобородый здоровяк, похожий на неуклюжую бочку, перехватил такое же неуклюжее толстое копье, с выдающимся наконечником:
— Ну, волчонок, не шуми внизу.