Техно (СИ)

— Что вы делаете в наших краях? — прервал Корен наш разговор с Икарой. — Насколько я знаю, аномалы живут далеко на севере, за Морозным хребтом.
— Командир! — воскликнула Икара. — Быстро сделайте покер фейс, потому что я поняла, о ком идёт речь. Люди называли их «Диморфами». Это существа, которые относятся к какому-либо виду, но либо не имеют характерных, для этого вида, признаков, либо эти признаки слишком ярко выражены. Например, если говорить о зверолюдях, то это может быть существо без хвоста, ушей и других звериных особенностей, или же прямоходящий... волк. Как оборотень.
— Техно? — Корен внимательно посмотрел на меня.
— Прошу прощения, я задумался, когда вы упомянули о Морозном хребте, — сказал я, словно знал, о чём идёт речь. Икара вывела на экран данные из базы знаний Гипербореи о том самом хребте, и это помогло мне сориентироваться.
— Вы вспомнили дом? — спросила Цунэ, покосившись на меня. В её взгляде читалось недоверие, и мне показалось, что она пытается меня «просканировать».
— Дом... — с болью в голосе произнёс я, глядя на неё. — Я ушёл оттуда после гибели моей дочери и жены, — посмотрел я на огонь.
В тот момент я не притворялся. При упоминании слова «дом» меня охватывали не самые приятные чувства.
— Простите, если я затронула больную для вас тему, — с сочувствием сказала она и перешла к вычёсыванию второго хвоста. Несмотря на звериные черты, она производила впечатление очень интеллигентной особы. Словно была представительницей высокого сословия.
— Какой аромат! — прогремел низкий голос за моей спиной. Я обернулся и увидел, что к нам приближаются остальные участники группы. Лаплы среди них не было.
Первым, кто привлёк внимание, был высокий и крепкий зверочеловек. Его рельефные мускулы подчёркивали силу и мощь. Темнокожий мужчина с большими рогами напоминал буйвола. За ним следовал молодой человек с кошачьими ушами. На нём был необычный шлем и кожаная броня с металлической пластиной на груди. За его спиной виднелись колчаны со стрелами. Позади всех шла девочка лет пятнадцати. На её голове было что-то похожее на тиару, из которой торчали заячьи уши. На шее у неё был зелёный платок, а одета она была в одежду из кожи и ткани. Девочка напевала что-то себе под нос.
— Я уж было подумал, что вы сварили нашего пленника, — усмехнулся тот самый здоровяк, который ранее заметил запах. Он прошёл мимо и сел на камень напротив меня, за спинами братьев.
— Гренхейм, — протянула зайчиха. — В тебе иногда проглядывает орочье начало, — добавила она, садясь слева от Цунэ, а потом посмотрела на меня: — Итак?
— Познакомьтесь, — сказал Корен, взглянув на меня. — Это Гренхейм, наш воин-полукровка. Он крепкий парень, чей отец был зверочеловеком из рода быков, а мать — орком.
— Но я всё же больше считаю себя зверочеловеком, — пробасил Гренхейм.
— Это Мурлан, — продолжил Корен. — Он прикрывает наши спины своим точным луком.
Мурлан кивнул и в знак приветствия приподнял кружку с водой.
— А это, — Корен посмотрел на зайчиху, — малышка Тифа, которая может услышать муху за несколько десятков стадий. Именно благодаря ей мы узнали о твоём приближении к пещере.
— Командир, — неожиданно заговорила Икара. — Стадий — это единица измерения, которую использовали разные древние народы. У каждого народа была своя величина стадия. Если брать среднее значение, то 1 стадий равен примерно 200 метрам.
— Прости, что нам пришлось тебя вырубить, — сказал Мурлан, сделав глоток воды. — Мы не знали, кто именно преследует нас.
— Это были меры предосторожности, — ответил я. — Понимаю.
— Давайте уже поедим, — сказал Гренхейм, потирая руки от предвкушения.
В этот момент Корен вытянул руку, и из тени вылетели глиняные тарелки и деревянные ложки. Они подлетали к нему, и он начал накладывать в них похлёбку, а затем передавал каждому из нас. Казалось, что он обладает телекинезом.
— Где Лапла? — спросил он и налил очередную порцию.
— Она сменила меня у развилки, — ответил Мурлан.
Корен тяжело вздохнул и подул на суп, чтобы немного остудить его.
  
— Да не волнуйся ты так, — пробасил Гренхейм и залпом осушил свою тарелку. — Когда проголодается, придёт, — добавил он и вытер рот рукой. — Вкуснятина!
Я посмотрел на похлёбку и увидел в ней знакомые овощи: картофель, морковь и лук. Кроме того, в ней были стебли неизвестного мне растения розового цвета и какие-то, похожие на белые бобы, зёрна. Я медленно поднёс ложку с бульоном к носу, чтобы вдохнуть аромат.
— Ах, — послышалось в голове. — Как же это пахнет, я сразу почувствовала что-то в груди.
— Это голод, — мысленно ответил я и попробовал суп.
Вкус супа был необычным, но приятным. В нём не хватало соли и перца, но в целом он был вполне съедобен. После первых ложек, Икара смогла определить его состав и заверила меня в том, что пища безопасна для употребления. Более того, она утверждала, что похлебка не только питает организм, но и немного восполняет «эссенцию».
— Всё же крысы вкуснее, — проворчал гоблин.
— Вы только посмотрите, он ещё и недоволен, — сурово произнёс Гренхейм.
— Нет-нет! — воскликнул гоблин, едва не поперхнувшись. — Всё очень вкусно!
— Они кажутся слишком дружелюбными, — заметила Икара.
— Пока рано делать выводы, — ответил я. — Нужно сначала понять, кто они такие и что здесь делают.
Я немного помолчал и спросил: «А вы здесь зачем?»
Они обменялись взглядами и посмотрели на Корена. Тот отставил пустую тарелку в сторону, вздохнул и перевёл взгляд на меня.
— Мы разыскиваем внучку старосты нашей деревни, сестру Лаплы — Аулину.
— В наших лесах появился Арахнамор, — сообщила Тифа. — Он нападает на скот и уже похитил нескольких жителей поселения. Мы опасаемся, что он мог схватить Аулину.
— Командир, это не...
— Да, Икара. Кажется, речь идёт о том пауке.
— Жуткая тварь! — сказал гоблин, глядя в одну точку, словно представляя вид паука.
— Аулина исчезла вчера вечером, — сказала Цунэ. — Арахнамор не убивает свою жертву сразу. Он удерживает её в коконе, который впитывает «эссенцию» из окружающей среды и насыщает тело. Благодаря этому тело приобретает особый вкус.
— Мы пришли сюда, думая, что он может быть где-то в этих пещерах, — сказал Гренхейм. — Когда мы поднимались на холм, то увидели этого гоблина, — он кивнул в сторону Штыры. — Он убегал, как от огня.
— За мной гнался призрак человека!
— Ага, — усмехнулся Гренхейм. — А я дочь дракона.
— Мы считаем, — сказал Корен, не обращая внимания на Гренхейма и Штыру, — что Штыра видел именно Арахнамора. Паук может влиять на разум.
— Икара? — подумал я.
— У паука не было таких способностей. Или же мне о них пока неизвестно.
— Он не в пещерах, — сказал я. — Я видел поселение неподалёку и направлялся туда. По пути на меня напал огромный паук, и мне пришлось спасаться от него.
— Вам удалось уйти от Арахнамора? — Цунэ снова посмотрела на меня с подозрением. — Это не так просто.
— Командир… — занервничала Икара.
— Тише, Икара, — перебил я её и обратился к Цунэ: — Я укрылся под завалами, и паук отступил. Я могу показать, где это было. 
Цунэ взглянула на Корена, и тот кивнул. Мурлан скрылся в тени, отправляясь на поиски Лаплы, а остальные стали собираться. Пока они готовились к дороге, я осмотрел помещение и нашёл нужный металл. Икара рассчитала процент «эссенции» в моём организме. По её подсчётам, у меня оставалось 17% от максимально возможного запаса «эссенции». Этого количества было достаточно для обычной жизнедеятельности, но использовать магию, как мы стали её назвать, я мог только в ограниченном объёме.
Группа направилась к выходу, по пути подобрав Лаплу и Мурлана. Лапла была в смятении, когда узнала, что именно я дал зацепку о её сестре. С одной стороны, она радовалась, что все возобновили поиски Аулины. С другой — она не верила мне и опасалась, что я веду их в ловушку.
— Я не уверена, что это хорошая идея, — сказала Лапла, обращаясь к Корену. Они шли позади нас с Гренхеймом и Тифой. За ними следовали остальные.